- Если вокруг мрачного замка Великого Треххвоста столько сторожевых поясов, то сколько же их должно быть вокруг Моря Счастья? - сказала Смешинка. - В замке жить несладко, но как его охраняют! А уж в Море Счастья все хотят попасть, наверное. Отбоя нет!

- Да, видать, там охрана поставлена что надо, - поддакнул Храбрый Ерш. - Не прорвешься… Но где оно?

И он с сомнением посмотрел на Сабиру, которая уверяла их, что плывут они правильно.

Крылатки устали, и карета опустилась на дно. Путники сошли прогуляться.

- Надо спросить кого-нибудь, туда мы плывем или нет, - Храбрый Ерш ухватил пробегавшего мимо Шримса-Медвежонка.

- Скажи нам, где Море Счастья?

- О-о! В Море Счастья не каждый попадет! - Шримс-Медвежонок хитро улыбался.

- А кто же? - придвинулись к нему путники.

- Узнаете… В ту сторону поезжайте и узнаете, - Шримс-Медвежонок вырвался и проворно нырнул в какую-то щель.

- Я же говорила, - сказала Смешинка, - там охрана - ого!

Они сели и задумались. Что же делать? Вдруг раздался торопливый стук Морского Уха.

- Тревога! Тревога! Я опять слышу погоню! Все вскочили.

- Какую погоню? Кто гонится?

- Лупибей.

- Но ведь Акулы растерзали его.

- Значит, не растерзали. Я слышу его голос… он кричит. Ох, плохи наши дела! Горе нам!

- Что такое? - переполошились беглецы.

- Он напал на наш след.

- Да как же он сумел? - удивился Язык. - Море такое большое!

- В его карете находятся три Угря-сыщика. Их носы учуют в воде даже прошлогодний след крохотной Пандаги - рыбы-Муравья. А уж по нашим следам они идут, нигде не сворачивая. Меч-рыб в упряжке теперь вдвое больше, и несутся они, не останавливаясь ни на миг.

- Тогда и нам нельзя задерживаться. В путь! В путь! Со стонами впряглись Крылатки в карету и потащили ее.

Храбрый Ерш поплыл рядом, чтобы не перегружать карету, и заставил Языка сделать то же.

- Сколько дней пути до Моря Счастья? - спросила Смешинка.

- Три, - грустно ответила Сабира.

- А скоро ли нас догонит Лупибей?

- Он догонит нас за один день, - печально прошелестело Морское Ухо.

- Веселее смотрите, друзья! - воскликнула Смешинка. - Нам осталось жить целый день. Большой прекрасный день!

Карета плыла над угрюмыми скалами, на которых там и сям виднелись воротники актиний. Потом скалы кончились. Потянулся ровный желтый песок. Путешественники увидели, как впереди вырастает какая-то голубая гора. Они подъехали поближе и оказались перед лежавшим на песке большим синим Китом. Он заговорил, глядя на них помутневшими от страдания глазами:

- Сжальтесь надо мной, проплывающие! Замучили меня прилипалы, присоски и балянусы. Не могу дальше плыть, опустился на дно и задыхаюсь. Если вы не поможете, не снимете с моей шкуры паразитов, то я погибну.

- А если мы остановимся, то тоже погибнем… - возразил было Язык, но Смешинка оборвала его:

- Ну и пусть! Зато спасем Кита! А так и мы погибнем, и он, - какая же от этого будет польза!

- Верно, - согласился Храбрый Ерш. - Неужели мы так боимся Лупибея, что откажемся помочь Киту и пустимся удирать?

- Это будет большое дело нашего последнего дня, - добавила Сабира.

Они остановили карету и принялись обдирать с кожи Кита присосавшихся противных паразитов. Их было видимо-невидимо.

- Чего пристали к бедному Киту? - кричал Храбрый Ерш. - Обрадовались, что можно жить на дармовщинку? Нет, поползайте по дну, потрудитесь, собирая корм, нечего на чужой спине ездить!

На удивление, они довольно быстро закончили работу. Кит облегченно взмахнул хвостом и сказал:

- Спасибо вам от всего сердца! И счастливого пути! Он не знал, что беглецов вот-вот догонит свирепый Лупибей. А они не стали ему говорить об этом, чтобы не расстраивать доброго Кита. Ведь он выглядел таким счастливым!

- Погоня совсем близко, - сказало Морское Ухо. - Мы даже и до вечера не доживем.

Но почему-то Лупибей не догнал их до вечера. Ночь застала беглецов на дне. Обессилевшие Крылатки тащили карету, а Храбрый Ерш и Язык помогали им. Смешинка подталкивала карету, толком не зная, зачем она это делает. Ведь скоро уже никакая карета не будет нужна им.

Потом они свалились и тут же заснули. На рассвете Звезда разбудила всех:

- Эй, вставайте! Или вы хотите попасть в щупальца Спрутов сонными?

Они вскочили, растерянно озираясь. Лупибей до сих пор не догнал их! А ведь его упряжка не останавливается и ночью!

- Карету Лупибея засосал песок, - пояснило Морское Ухо. - Я слышу, как Меч-рыбы выкапывают ее, а Спруты тащат.

Крылатки с новыми силами замахали плавниками.

- Значит, мы нежданно-негаданно получили в свое распоряжение еще один большой-большой день! - закричала Смешинка.

Все радостно рассмеялись.

- Осторожнее! - предупредил Язык. - Впереди заросли. Как бы нам не запутаться в них…

- И тут они услышали тоненькие испуганные голоса:

- Спасите! Помогите!

- Кто кричит? - насторожился Храбрый Ерш. Из зарослей толстой травы зостеры высунулись остренькие мордочки:

- Это мы кричим, Карасики! За нами гоняется зубастый Окунь. Он хочет погубить нас. Спасите!

- А вот мы сейчас ему покажем!

Храбрый Ерш распряг Крылаток, приказал им спрятаться в траве и стал с важным видом прогуливаться у зарослей.

Долго не пришлось ждать. Из-за толстых стеблей выскочил Окунь с выпученными побелевшими глазами и распахнутой пастью, усеянной острыми зубами.

- Ага, попался! - заорал он и, не разобравшись, бросился было на Храброго Ерша, но тот выставил свои колючки, свистнул, и девять грозных ядовитых Крылаток-Скорпионов выскочили из зарослей. Увидев их перед собой, Окунь побелел от страха и задрожал:

- Я… я ошибся, простите! Не буду-у! - и с воплем бросился наутек.

Храбрый Ерш крикнул вслед:

- Смотри, не ошибайся впредь!

Обрадованные Карасики выскочили из травы и устроила целый хоровод вокруг путников…

Карета отплыла уже далеко, а сзади доносились звонкие голоса:

- Спасибо вам! Счастливого пути! Вечером Смешинка сказала:

- Вот и второй день минул, а Лупибей так и не догнав нас. В чем дело. Морское Ухо?

- Теперь его задержали водоросли. Он въехал прямо в них, туда, где прятались Карасики, и запутался там. Меч-рыбы рубят зостеру.

- Вот видите! - сказал Язык. - Я вовремя предупредил Крылаток, чтобы они держались подальше от зарослей. Он с удовольствием потянулся и тут же заснул. Едва только рассвет стал пробиваться сквозь толщу воды, Сабира опять разбудила путешественников.

- Если мы сегодня поднажмем, то, может быть, выскользнем из лап Спрутов. Скорее, скорее, друзья!

- До Моря Счастья остался лишь день пути, но почему-то мы до сих пор не встретили ни одного дозорного! - недоумевала Смешинка.

- Еще, наверное, встретим! - сказал Храбрый Ерш. Но за весь день им никто не встретился, если не считать рыбу-Рохлю, кружившую на одном месте. У нее был такой растерянный вид, что Смешинка сразу же остановила карету и окликнула Рохлю:

- Вы что-то потеряли?

- Представьте себе, потеряла! - всплеснула та плавниками. - Несла моим ребяткам и вот выронила…

- Что?

- Раковину! Красивую такую раковину. Вот бы игрушка была моим детишкам! Да жаль, выронила… Слепая я, не вижу… Если бы вы помогли…

- Что ты! Что ты! - ужаснулся Язык. - Только мы остановимся - нас сцапает Лупибей.

- Да, он уже близко, - подтвердило Морское Ухо. Но Смешинка вышла из кареты.

- И вчера, и позавчера он гнался за нами, а мы, несмотря на это, помогали всем. Так неужели в последний день мы струсим и не поможем Рохле отыскать игрушку?

При слове «струсим» Храбрый Ерш встрепенулся:

- Конечно, поможем! Что мы, Лапшевники, что ли? - И он энергично бросился шарить между камней.

- Какая она с виду, эта раковина?