Глава 11

Элли заканчивала с бумагами, предвкушая момент, когда уже уйдет. Приближался конец дня, а вместе с ним и выходные, на которых они должны были поехать к Ханне и Джексону. Она так сильно скучала по лучшей подруге и ужасно хотела увидеть детей.

Она подпрыгнула от стука в дверь. Секунду спустя Итан уже был внутри и закрывал за собой дверь. В руках он гордо держал черный горшок с небольшой елью.

— Что это? — спросила Элли, поднимаясь со стула с улыбкой.

— Мой вклад в рождественское настроение в твоем офисе, — сказал он, ставя дерево в угол ее маленького кабинета. Бумажные пакет выпал у него из кармана пальто, он поднял его, озорно улыбаясь.

— Что в нем?

Он усмехнулся.

— Печенье от Ханны, но все это не причины моего визита, — ответил он, пересекая комнату и притягивая ее к себе. Весь факт ее отношений с Итаном был всепоглощающим. — Я скучал по тебе, — сказал он напротив ее губ, — и я знаю, что на этих выходных в коттедже Джексона и Ханны нам вряд ли удастся побыть вдвоем.

— У меня политика открытых дверей, — сказала она ему в губы.

Он обошел ее, бегло что-то написал на стикере и резким движением открыл дверь. Прилепив стикер, он захлопнул дверь и закрыл замок, затем вернулся к поцелую с ней.

— Что ты там написал?

Он наклонился, чтобы поцеловать ее.

— Моя политика открытых дверей все еще действует. Просто сперва постучите, и я открою.

Она смеялась, пока не забыла, что вообще ее рассмешило. Итан прижал ее к двери, касаясь одной рукой ее лица, другой же залез ей под свитер и положил на грудь. Ее телефон завибрировал.

— Проигнорируй его, — сказал он, целуя ее в мочку уха. — Это Ханна с Джексоном хотят знать, во сколько мы приедем.

— И во сколько же мы приедем?

— Я не понимаю, как мы ввязались в эту ежегодную поездку, — сказал он, помогая ей с попытками снять с него пальто. Оно приземлилось на пол с глухим стуком.

— Думаю, причина кроется в том, что мы крестные родители Эм, — сказала она, пока возилась с его галстуком.

Он стянул его за секунду.

— Они просто пользуются нашей щедростью.

Она рассмеялась.

— Тебе нравится быть ее крестным, ты постоянно ее балуешь.

— Да, что ж, она милая. Жаль, ее родители так уперты в плане организации ужинов близко ко сну, — он снял с нее свитер, быстро заменяя собой волну холодного воздуха.

— Я, правда, думаю, что нам не стоит заниматься этим здесь, — прошептала она.

— Дверь закрыта. Помимо этого, у тебя есть назначенные встречи?

— Нет, — сказала она, ее колени подогнулись, когда он начал прокладывать дорожку поцелуев от ее уха вниз по шее. Ощутимый стук в дверь отдался вибрацией ей в спину, и она подпрыгнула. Итан выругался.

— Ну и каковы были шансы?

— Я знала, что не стоило тебя слушать! — сказала она, когда он бросил ей свитер.

Он засунул галстук в карман и надел пальто, раздраженно бормоча.

— Ладно, я нормально выгляжу? — спросила она, стоя перед ним. Стук повторился.

Итан кивнул, садясь на край ее стола.

Она распахнула дверь и увидела стоящего перед ней Макса.

— Привет, Макс! — она содрогнулась от собственного голоса, слегка визгливого, чересчур веселого.

Взгляд Макса переметнулся от нее ей за плечо. Она раскрыла дверь шире.

— Эм, простите, что побеспокоил...

— Нисколько, проходи. Меня все равно здесь не должно быть, — сказал Итан раньше, чем она смогла ответить. На лице Макса отразилось облегчение, и он зашел в комнату. Казалось, ему было комфортно рядом с Итаном, и Элли припомнила, что они разговаривали во время украшения ели на Рождество. — Я уже ухожу. Вот, не хочешь печенку?

Элли подумала, что Макс однозначно откажется, но тот посмотрел на Итана и взял у него одно печенье.

— Спасибо. Вообще-то, я вроде как хотел поговорить и с тобой. Ну, я не планировал просить поговорить с тобой... но хотел спросить через Элли.

Итан сел обратно на край стола, отламывая голову печенки в виде снеговика. Он протянул ей пакет, но она покачала головой. Она не отнимет у него ни одного декабрьского печенья.

— Выкладывай, Макс, — сказал он на молчание Макса.

Макс нервно перевел взгляд с нее на Итана.

— Я, эм, думал, нет ли у тебя в офисе работы для меня. Я знаю, что это будет после Рождества и все такое и что это лишь на неполный день до лета. Но я пойму, если ты не можешь.

— Не проблема, приходи в понедельник после школы, я найду что-нибудь для тебя. Идет?

Макс минуту ничего не говорил, затем резко поднялся.

— Серьезно?

Итан кивнул и достал визитку из кармана.

— Просто приди по этому адресу и спроси меня, — он протянул руку, и Макс пожал ее с очевидным рвением.

— Спасибо, чувак... в смысле, Итан, или мистер....

— Итан подойдет.

Макс кивнул и пошел в сторону двери. Он улыбнулся Элли так, что ее сердце сжалось.

— Спасибо, Элли, — она улыбнулась ему в ответ.

— Я, эм, закрою дверь и пойду, — сказал он, подчеркнуто смотря на Итана.

Итан мягко рассмеялся, когда Макс вышел, захлопывая за собой дверь.

Элли повернулась к Итану.

— Ты такой милый. Самый лучший, Итан, — сказала она, подходя к нему. Она ожидала, что он игриво пошутит или примет похвалу с озорным высокомерием, но вместо этого что-то блеснул в его глазах, и он слабо улыбнулся.

Он притянул ее к себе в объятия.

— Подожди секунду, — прошептал Итан ей в ухо. Вопреки ее ожиданиям, он не прошел в дом, а закрыл дверь за Дани. Он заключил Элли в объятия, хотя снаружи и было холодно. Они уже приехали в коттедж Джексона и Ханны. Он прислонил ее к стене и глубоко поцеловал, словно его убивало отсутствие уединения по дороге туда. Она притянула его еще ближе, целуя в ответ, пока дверь не распахнулась.

Приглушенное ругательство Итана напротив ее губ заставило ее рассмеяться.

— Я хотел всего несколько минут наедине, до начала двадцати четырехчасовой засады.

— Что ж, вы опоздали. Тащите свои задницы внутрь. Ханна сделала закуски, и осталось всего два часа до того, когда Кристофер должен лечь спать. Привет, Элли.

Взгляд Элли перешел от привлекательного лица Итана к Джексону.

— Привет, Джексон, — сказала она, избавляясь от объятий Итана. Она рассмеялась по пути внутрь, Эмили с Кристофером подбежали к ней. Поездка к семье ее лучшей подруги быстро стала ее любимой праздничной традицией. Даже Дани не возражала.

— Я так рада, что ты здесь, — завизжала Ханна, обнимая ее. Эллисон ответила на объятия. Какой долгий путь они прошли. То время, когда они вместе работали в жалком офисе по социальным услугам, казалось, было вечность назад. Элли скучала по подруге, но не отняла бы у той ни грамма счастья. Джексон оказался лучшим, что могло с ней случиться. Хотя раньше его и называли Скрягой, он был человеком с большим сердцем, и она знала, что они были абсолютно счастливы.

— Заходи, ты столько мне должна рассказать, — сказала подруга, когда Джексон забрал пальто Элли. Как только дети переключили внимание на «дядю Итана», она последовала за Ханной на кухню. Прекрасный запах индейки накрыл ее уж в дверях.

— Боже, пахнет так вкусно.

— Спасибо, но ты обязана рассказать мне все о жизни с Итаном.

Элли провела взглядом по контейнерам с ягодами и подошла к ним.

— Могу я помочь и помыть?

— Только если при этом способна разговаривать, — сказала Ханна, переходя к нарезке хлеба.

Элли начала опускать в раковину ягоды в большом дуршлаге. Как она должна была ей объяснить то, чего и сама не понимала? Она не могла говорить про рак, потому что была уверена, что об этом от Итана никто не слышал. Она ополоснула ягоды водой, судорожно ища слова. Пару минут спустя, Ханна подошла к ней и закрыла кран.

Она перевела взгляд на подругу, которая настойчиво смотрела на нее в ответ.

— Думаю, ягоды уже чистые. Так Итан?

Недостаточно, подумала она; ее мысли моментально перешли на то, что вчера шептал ей Итан. Она прочистила горло и попыталась вернуться к насущному вопросу.

— Мы с Итаном вроде как вместе...

Ханна ладонями заглушила собственный вскрик.

— Я надеялась на это с самого начала! Что заставило тебя передумать?

Образы Итана в квартире, упакованные подарки, выражение его лица, когда он узнал о пожаре, как он обращался с Дани… как он обращался с ней.

— Он оказался не таким, как я думала. И горячим. Такиииим горячим, — сказала она и закрыла лицо руками. — Я облажалась, Ханна, у нас ничего не получится.

Смех ее подруги быстро затих.

— Разумеется, все получится. Не думаю, что он из тех, кто так легко сдается. Если верить Джексону, он заинтересовался в тебе еще на свадьбе.

Она бросила на нее взгляд.

— У нас очень разное прошлое. Да, может я и недооценила его как человека, но не факт, что это приведет нас к чему-то… похожему на вас с Джексоном.

Ханна с минуту ничего не говорила, и Элли поняла, что ее подруга пыталась подобрать убедительный аргумент, но в этот момент на кухню зашел Джексон.

— Мне сообщили, пора подавать индейку. Мистер Сампсон сказал, что умрет, если продолжит чуять еду и при этом не есть.

Они оба улыбнулись. Пожилая пара стала очень близка семье Джексона и Ханны, практически стали их суррогатными бабушкой и дедушкой. Что было очень мило, ведь у них самих биологической семьи не было.

— Хорошо, ткни мне в правильном направлении, и я помогу накрыть на стол, — сказала Элли.

Десять минут спустя они все уселись за огромный стол, который словно сошел со страниц журнала по декору. На против каждого стояла фарфоровая тарелка с золотыми и краями и маленькими оленями, скачущими по кругу. Сверкающий хрусталь, столовое серебро и изобилие домашний еды заполняли остальное пространство. Беседа была громкой и шумной, особенно громкой, потому что, по непонятным причинам, Сампсоны считали, сто у Джексона проблемы со слухом. Рука Итана на ее колене была самой неожиданной и приятной частью ужина.

Рождественский дух у Джексона и Ханна всегда был тем, чего он ждал с нетерпением, но в этом году, вместе с Элли, все было даже лучше. Все было лучше вместе с Элли. Единственным, с чем ему не удалось разобраться, был приют. С каждым днем это напрягало его все сильнее.