— Эй! Итан!

Боже. Она подбежала к нему, все пятьдесят килограммов подросткового поведения и сарказма.

— Какого черта это было? Ты такой двуличный! Ты сидел и читал мне лекции о том, как обращаться с моей сестрой. Как бы я не выступала против нее, то даже близко не подходит к этому. Ты предал ее. Ты такой придурок! Она доверяла тебе.

— Мне жаль, я все исправлю.

— Ты не можешь исправить такое. Пошел ты за то, что претворялся хорошим парнем, — сказала она. Ее голос сломался, и слезы покатились по щекам. Она сердито стерла их и наступила ему каблуком на ногу, перед тем как уйти.

Он уже был в машине, когда его снова позвали. Он стоял и ждал, когда его лучший друг обойдет машину. Учитывая, что во дворе Джексона все сияло, как в Вегасе, он смог увидеть удивление на лице друга.

— Какого хрена, Итан?

Итан пожал плечами.

— Чего ты от меня ожидаешь? У меня не было выбора.

— Это идиотизм. У каждого есть выбор. Ты выбрал дерьмовый вариант и ударил в спину единственную хорошую женщину в твоей жизни.

Он выдержал злобный взгляд своего друга минуту и потом отвернулся. С каких пор Джексон стал разумным и здравомыслящим из них двоих?

— Мне нужно было ткнуть этим в Карсона. Мне нужно было обыграть его и доказать, что я лучшее и умнее его.

— Тебе что, пять лет?

— Тебе не понять, поэтому заткнись.

— Что я понимаю, так это то, что какая-то часть твоей бредовой головы думала, что ты можешь начать отношения с Элли, которая так влюблена в тебя, что даже я это вижу, а затем действовать за ее спиной и стать тем, кто закроет приют, в который она вложил все свое сердце.

— Все не должно было быть именно так. Я нашел другое место для этих детей и знаешь, что, Джексон? Кто ты такой, чтобы судить меня? Я помню, когда Ханна впервые пришла в твою жизнь с Эмили.

— Неа, даже близко не сравнится, потому что я осознал свою ошибку намного, намного раньше тебя. Черт, я не уверен, что ты вообще ее осознаешь.

Итан подавил желание ударить своего лучшего друга по лицу. Он не мог. Это было бы несправедливо по отношению к Ханне и детям, если бы их отец вернулся с синяком.

— Мне нужно убраться отсюда. Передай Ханне, что я сожалею насчет ужина.