Глава 45

Джиллиан точно знала, когда именно её связь с Пьюком оборвалась, потому что остатки её сердца разбились вместе с этим. Печаль волна за волной разрушала то чувство удовлетворения, которое ей удалось достигнуть. Горе пришло на смену радостному возбуждению.

Каждая клеточка её тела оплакивала связь с мужем.

Когда-то она прожила без него пятьсот лет и (в основном) процветала. А теперь она не может прожить и пяти секунд?

Металлическая лента на запястье Пьюка развязалась и упала на землю. Как будто последний гонг звал воинов домой с битвы.

Она посмотрела на своего мужа - своего бывшего мужа - который смотрел на неё с отсутствующим выражением лица, и её чуть не вырвало. Неужели он вернулся к Ледяному человеку? Нет-нет. Он больше не одержим Безразличием, так что лёд ему не нужен. А может, он просто не хотел иметь дело со своими эмоциями?

Нет! Пьюк не станет призывать лёд, только не рядом с ней. Он же обещал.

Неужели он её разлюбил? Неужели наступил её несчастливый конец?

Неужели она его разлюбила?

Она перевела взгляд с Пьюка на Уильяма, который выжидающе смотрел на неё. Когда Джиллиан заглянула в его ярко-голубые глаза, любовь затмила печаль, но... эта любовь все ещё основывалась на дружбе. У неё не было никакого романтического интереса к Уильяму.

Её внимание вернулось к Пьюку, и сердце забилось быстрее, побуждаемое к действию любовью и вожделением, непостижимым количеством каждого из них и абсолютно романтичными.

Она пристально посмотрела на непроницаемое лицо Пьюка.

- Изменились ли твои чувства ко мне?

Если и так, она... что?

"Ты - воин. Ты будешь бороться за то, что хочешь, вот что".

И это было правильно. Джиллиан вздёрнула подбородок. Если понадобится, она будет ухаживать за ним. Будет бороться за него и отвоюет обратно. Это был ещё не конец.

И вообще, почему она так боится? Когда ей что-то не нравится, она все меняет.

- Я не хочу, чтобы мои чувства к тебе повлияли на твоё решение, но... - Маска спала с его лица, показав обожание, привязанность, нежность - любовь. - Ты не просто любовь всей моей жизни, девочка. Ты - моя жизнь. Я ведь уже говорил тебе об этом, так?

Обняв его, Джиллиан воскликнула:

- Я тоже тебя люблю. - Очень. Все это беспокойство было напрасно. Абсолютно! Она могла бы уберечь себя и Пьюка от многих неприятностей, если бы просто поверила в их настоящую связь.

Любовь никогда не подведёт.

- Это очень скучно. - Винтер поморщилась, мол, мне стыдно за вас обоих. - И довольно мерзко. Любовь - отстой.

- На этот раз я согласен с тобой, Винни. - Пока Винтер бормотала о своей ненависти к новому прозвищу, Уильям поднял Джиллиан на ноги. Однако он не смог заставить её отпустить Пьюка. Возможно, понимал, что потеряет руку, если попытается это сделать. - Вы двое не собираетесь же провести большую часть своих одиноких часов в гляделках. Если вы все-таки решите снова быть вместе...

- Мы вместе, - в унисон ответили Джиллиан и Пьюк.

- ...то вам нужно обезопасить крепость Коннахт, чтобы я мог убедиться, что у моей Джиллиан есть вечный дом.

- У моей Джиллиан. - В мгновение ока Пьюк вскочил на ноги и ударил Уильяма кулаком в живот. При этом ни на секунду не отпуская Джиллиан. - Только моей. И никогда твоей.

Уильям поднял руки ладонями вверх, демонстрируя свою невинность.

- Твоя Джиллиан. Хорошо. Как угодно. Считай, что твоё требование поставлено на кон. В любом случае, пойдём, скажем твоим людям, что здесь за главного новый придурок.

Отлично. Пьюк ещё раз поцеловал костяшки пальцев Джиллиан, прежде чем направиться к дереву, где они в последний раз занимались любовью и где Уильям со спутниками привязали своих химер. Он оглянулся раз, другой, третий, чтобы убедиться, что Джиллиан не убежала, и её сердце воспарило.

"Он все ещё любит меня. Я все ещё его люблю".

Все сработало!

С надеждой она вскочила на Арахиса. Уильям ехал слева от неё, а Пьюк - справа, сделав из неё начинку в сэндвиче. Винтер возглавила их отряд, а Камерон прикрывал тыл.

Один час перетекал в другой, разговор прекратился. Неужели все остальные так же усердно следят за солнцами, как Джиллиан, и ждут, когда они сядут?

Только Винтер поддерживала постоянную беседу... сама с собой. Камерон считал деревья. Очевидно, это его новая навязчивая идея. Джиллиан было жаль ту женщину, в которую он влюбиться. Его преследование будет безжалостным. Но только пока он не получит своё.

Может ли хранитель Одержимости жить долго и счастливо?

Сможет ли Джиллиан? Ни один счастливый конец не означал бы жизнь без Пьюка. "Он все ещё любит меня. Я все ещё люблю его".

Она никогда не устанет от этих слов.

Когда они добрались до густых зарослей деревьев, Пьюк спешился, и все остальные последовали его примеру. Один за другим они повели своих химер сквозь листву.

- Хорошо, - сказал Уильям, его голос был полон раздражения. - Я уже целую вечность жду, когда кто-нибудь задаст мне вопрос о том, как мне удалось одержать величайшую победу всех времён. Поскольку каждый член моей команды твёрдо решил быть грубым и не обращать на меня внимания, мне придётся унести свою историю в могилу. Не то чтобы я когда-нибудь умру.

Джиллиан выгнула бровь, намеренно сохраняя молчание. Он расколется на пять, четыре, три, два...

- Прекрасно. Я вам все расскажу. Перестаньте умолять меня своими глазами, - сказал он. - У Красной Королевы было предчувствие, и, поскольку она Хранитель, связанная с Землёй, временами года и даже с другими реальностями, она смогла связаться с Амарантией, чтобы создать портал под облаками. В который провалились я с Арахисом, а также Пандора с Галеном, и мы оказались в Преисподней. А Гадес поймал нас потоком силы и спустил вниз.

- Как вы вернулись в Амарантию? - спросил Пьюк. - Ведь для нас прошло так мало времени.

От тембра его голоса по телу Джиллиан пробежала дрожь желания.

- Никто не удерживает меня от встречи с моим лучшим другом, - сказал Уильям. - Как только Син использовал магию, чтобы заманить Джиллиан в ловушку с Оракулом и пригвоздить тебя к месту, барьер, который он поставил вокруг Амарантии, ослаб. Я прорвался внутрь, связался с Рэтбоуном и та-дам. Вот и я. Что же до времени. - Он пожал плечами. - Давайте просто скажем, что моя магия лучше всех.

Друг. Он назвал её другом. Она протянула руку и похлопала его по руке.

Они перевели своих химер через дюну и вскоре увидели крепость Коннахт. У Джиллиан перехватило дыхание. Это сооружение напомнило ей гигантский замок из песка. Самое прекрасное, что она когда-либо видела. Кроме Пьюка, конечно. Самая высокая точка исчезала в облаках, и по обеим сторонам возвышались башни, соединённые парапетом, где патрулировали вооружённые солдаты.

Солнца опустились ровно настолько, чтобы создать вокруг замка золотистую ауру...

Подождите. Солнца садились! Уильям сказал, что не будет возражать, если Джиллиан и Пьюк подождут до заката, чтобы снова создать связь.

Стоит ли ей сейчас просить о церемонии? Или подождать, пока Пьюк устроится? Или подождать, пока Пьюк не спросит её?

- Это и есть твой дом? - спросила она его.

- Наш дом, - непреклонным тоном ответил он.

Она усмехнулась.

- Будут ли жители негодовать, когда ты объявишь о своём новом, возвышенном статусе?

- Нет. Тот, кто носит корону, тот и правит. Никаких вопросов не задают. Хотя они могут жаловаться за нашими спинами.

Так. Её бывший муж официально стал королём Коннахта, а Джиллиан собиралась стать королевой Шоузонов и Коннахта и помочь ему объединить все кланы.

Их группа двинулась вперёд. Один из охранников заметил их, и прозвучал боевой клич. Затем раздался звон колокола.

Кто-то закричал.

- Стойте! Я думаю, что это... принц Нил?

Нил? Брови Джиллиан изумлённо приподнялись. И тут она вспомнила. Нил - так называли его соплеменники.

Снова раздались крики.

- Принц Нил больше не принц. Он - король! - Крикуны, похоже, не слишком обрадовались.

Солдаты опустились на колени.

- Да здравствует король Пьюкинн! - Нет, определённо не обрадовались. Слова были произнесены ворчливо.

- Они ожидают, что я буду таким, как Син, - сказал Пьюк напряжённым голосом.

Передние ворота открылись, показывая ещё больше коленопреклонённых людей.

- Ты завоюешь их сердца, - сказала Джиллиан. - Мы оба это сделаем.

"Намёк, намёк. Попроси меня снова выйти за тебя замуж, Пьюки!"

- Ну, хорошо. Прежде чем мы расстанемся, мне нужно кое-что рассказать. - Уильям тяжело вздохнул. - Я поцеловал твою жену, Пьюк. Стой, стой. Не смотри так мстительно своими глазами... да, именно так. Она не ответила на мой поцелуй. И я этому очень рад. Мне казалось, что я целую свою двоюродную бабушку Труди. Если бы у меня была двоюродная бабушка Труди. - Он вздрогнул.

- Я знаю, что ты её поцеловал, - ответил Пьюк сквозь стиснутые зубы. - Если ты ещё раз это сделаешь, я убью тебя без малейших угрызений совести.

Уильям рассмеялся - пока колючая лоза не вылетела из земли и не сбила его с ног. Он перерезал лозу, затем встал и выплюнул грязь изо рта.

Теперь Джиллиан рассмеялась, и в её голосе зазвучали радостные нотки.

Радость...

Понимание ударило её, словно бейсбольной битой. Пророчество было верным! У неё не будет счастливого конца. Нет. Только не у неё. У неё будет счастливое начало. Эта связь возникла потому, что они с Пьюком добровольно выбрали друг друга. И как только у них будет своё новое начало, они будут жить долго и счастливо.

И проведут вместе целую вечность!

- Не волнуйся, счастливчик Пьюки, - поддразнила она его. - Я не позволю Уильяму снова меня поцеловать. У меня хороший вкус. Я имею в виду, что ожидала больше мастерства от того, кто проводит большую часть своего времени, трахая любого, кто дышит. Увы, Уильям... - театральным шёпотом она сказала, - некомпетентный.

Уильям издал притворное рычание.

- Как ты смеешь, крошка? Я просто потрясающий. - Только что он был слева от неё, а в следующую секунду уже стоял перед Пьюком, обхватив его сзади за шею и дёрнув вперёд, чтобы прижаться губами к его через ладонь.