— Никогда? — полный шок в его голосе был очевиден.

Я не знала, как ему сказать, что делать это в одиночестве казалось неправильным, и что у меня никогда не было в планах искать выгоды у тех парней, с которыми я встречалась. Конечно, мы целовались и ещё много чего делали помимо поцелуев, но никогда не расслаблялась до такой степени, чтобы получить полноценный оргазм просто от поцелуев.

— Я не хотел толкать тебя за границы твоих желаний, — сказал он.

— Ты не толкнул. Просто... просто прекрати болтать, — я кинула взгляд на часы на тумбочке. — Ты растрачиваешь день рождения.

И снова прижала свои губы к его.

Мы снова начали целоваться, и его рука опустилась, остановившись на моём бедре, но на большем он не настаивал. А я хотела этого. Я хотела это закончить. Больше никаких поддразниваний.

— Хорошо, — прошептала я.

— Хорошо? — он отклонился и посмотрел мне в глаза. — Ты уверена?

Я кивнула.

Проведя своими губами по моим, он сказал:

— Только скажи, и я остановлюсь.

Он очертил пальцами пояс моих штанов, затем скользнул внутрь. Тепло его руки отдалось в моём животе, затронуло трусики и устроилось между бёдер. Он коснулся меня пальцами. Я выгнула бёдра и прижалась к нему тем местечком, где он меня держал.

Я легла обратно на кровать, остро ощущая на себе его взгляд. Давление от того, что для него это шоу, могло бы запросто испортить момент, но тут он повторил своё движение, на этот раз немного нажав. Я зажмурилась, и он осыпал поцелуями мою ключицу, остановившись у основания шеи. Удовольствие пересилило страх, и я коснулась его головы, пропуская волосы через пальцы.

Его рот работал в гармонии с рукой. Когда он дразнил лёгкими прикосновениями, его губы порхали по моей шее, но, когда Райдер применял точное давление, он посасывал и покусывал шею и ухо.

Знакомое томление от его поцелуев стало накапливаться в животе. Интенсивное покалывание распространилось от моего центра до кончиков пальцев. Дыхание стало рваным, бёдра слегка покачнулись. Жар от его руки казался невыносимым. Я хотела, чтобы эти ощущения прекратились, потому что были настолько интенсивными, что я могла сгореть, если бы это не прекратилось.

Райдер вернул свой рот к моему, и ворвался в него языком. Его поцелуи казались более голодными, будто он питался моим удовольствием. Он прикусил мою нижнюю губу зубами достаточно сильно, чтобы почувствовать боль, но вместо этого из моей груди вырвался стон. Я сделала всё возможное, чтобы подавить звук, но, когда он опустил губы к моей груди и вобрал в рот сосок, я всё же застонала.

Практически неистово он двигался в моих трусиках, и его палец с лёгкостью скользнул в меня. Райдер замер и сделал пару успокаивающих вздохов. Его палец практически полностью вышел из меня, а затем, дюйм за дюймом, вновь вошёл.

Я переместила ногу, и его твёрдость прижалась к моему бедру. Казалось неправильным позволить ему довести меня до конца, а ему не дать ничего. Может, он ждал взаимного обмена, несмотря на то, что говорил. Я пробежала пальцами по его рёбрам и прессу, но не достигла джинсов, потому что он схватил мою руку, переплёл наши пальцы и вжал их в матрас рядом с моей головой.

Его губы вернулись к моим, язык повторял движения пальца, проникая внутрь и наружу. От его действий мои бёдра непроизвольно дёрнулись, и мысли о том, что же там, за стеной, завладели каждым движением. Звуки нашего дыхания смешались, жар его прижатого ко мне тела... всё это перегрузило мои чувства. Сфокусироваться только на одном ощущении было невозможно, все они составляли симфонию удовольствия.

Райдер отстранился, лишив меня своего вкуса. Я посмотрела на него и обнаружила, что он наблюдает за мной. Сознание немного прояснилось, и я попыталась выровнять дыхание.

Он переместил руку так, чтобы основание его ладони терлось о меня синхронно с движениями пальца, и я сдалась. Я больше не могла держать глаза открытыми. Губы приоткрылись, выпуская рваное дыхание. Он лизнул мою верхнюю губу и снова отстранился, только на этот раз мне было всё равно. Я знала, что он смотрит, но удовольствие вытеснило логику.

Одной рукой я сжала одеяло в кулак, а второй усилила хватку на его руке. Моё тело дергалось от покалываний, будто между животом и бёдрами была натянута струна. Бёдра покачивались в устойчивом ритме, идеально совпадающим с ритмом его руки. Наслаждение достигло невыносимого пика, а затем разлетелось, как кусочки сахара. Восхитительный экстаз толчком расколол моё тело. На мгновение я лишилась способности двигаться. Нужно было перестать так прерывисто дышать, но в мышцах образовалась слабость.

Райдер прижался к моим губам в нежном поцелуе, из-за чего я остро почувствовала его и то, что только что произошло. Он ещё несколько раз поцеловал меня. Когда он отстранился, я, наконец, открыла глаза.

Он заправил мои волосы за ухо и провёл большим пальцем по подбородку, неотрывно глядя мне в глаза.

Я отвела взгляд.

Приподняв моё лицо, он заставил меня посмотреть на него.

— Взгляни на меня.

Я попыталась установить зрительный контакт, но не смогла и опустила взгляд.

— Пожалуйста.

Я подняла глаза и закрыла их ладонями, чувствуя себя полной идиоткой из-за того, что позволила ему смотреть, как я кончаю.

— Ты сердишься на меня?

Я одёрнула руки от лица.

— Нет, конечно, нет.

— Тогда что?

Я покачала головой.

— Просто... Не знаю. Я смущена, — я снова прижала ладони к лицу.

— Не прячься от меня, — он убрал руки от моего лица. — Если бы ты только знала, насколько это было великолепно, ты бы не пряталась.

Он поцеловал меня в нос, взял мою футболку, помогая мне надеть её, лёг на спину и притянул меня к себе. Выключил лампу и натянул на нас одеяло.

Его тело прижалось ко мне сзади, и я почувствовала, насколько он возбуждён, что по каким-то причинам завело и меня. Я старалась лежать неподвижно, чтобы избежать трения моей задницы по его штанам. Мне казалось, что лежать так — пытка, но он не возражал. Вместо этого он водил пальцами по моей руке снизу-вверх и обратно, изредка целуя шею. Все его нежные прикосновения противоречили тому парню, которым, как я когда-то верила, он был. Его рука замедлилась, и возбуждение ослабло.

— С днём рождения, — прошептала я, когда сонливость одержала верх и мои веки опустились.

— Ты делаешь меня счастливым, — сказал он едва слышно. Сцепив руки на моей талии, притянул меня ближе. — Мне ненавистна мысль о том, что другой парень получит другую часть этого.

— Другую часть чего? — я подавила зевок.

— Этого, — слово вырвалось с тяжёлым выдохом, и перекинутая через меня рука стала тяжелее. — Тебя. Всего этого.

О чём это он? Наверное, он пьянее, чем я думала.

— То, что только что случилось, было только частью, но я хочу полностью... — его слова стали невнятными, дыхание замедлилось до устойчивого ритма.

— Райдер?

Ответа не последовало. Я перевернулась к нему лицом, и его рука переместилась вместе со мной, прижимая меня ближе. Положив голову рядом с моей, он обвил меня. Когда я уткнулась носом ему в грудь, меня наполнил его аромат. Мне и в голову не приходило, что у него есть собственный запах, но теперь, окружённая им, я поняла, что его запах — что-то, с чем ассоциируется Райдер. Смесь мыла и геля для бритья с намёком на что-то ещё. Что-то уникальное для него. Что-то, из-за чего я хотела пройтись языком по его шее, губам и остановиться на прохладном металлическом кольце.

На моей тумбочке зазвенел его телефон. Я оглянулась и смогла увидеть экран.

Пейдж: Где ты?

Учитывая, что он в моей постели, я не должна была ревновать. Но ревновала. Кто такая Пейдж? У него были планы на неё после меня? Он не должен был засыпать? И если бы я не бросилась на него, он был бы сейчас с ней? Его телефон зазвонил, экран засветился. Имя Пейдж промелькнуло на экране вместе с картинкой. Улыбающаяся девушка... и Райдер. Они сидели рядышком, и её голова склонена к его плечу.