– Ну тогда на кухню, – заскулил Вовка. – Ты знаешь, как это облагораживает интерьеры! Если у вас на левой стене, как входишь, обозначить соответствующее цветовое пятно, совсем другой вид будет!

– Перестань, гешефтмайстер, лучше дай мне консультацию по одному живописцу, – тут Игорь задумался, сказала ли Ольга Мостовому, что лысого зовут Григорий Борисович? Почти сто пудов гарантии, что не должна была, но один процент всегда существует, могла же недомыслить.

– Ой-вей! Кто же из местных пачкунов удостоился вашей оценки, милорд? Если вы сейчас скажете, что это Кулькин, я объявлю вам свое фи!

Кулькин был для Игоря почти мифической личностью. Он никогда не видел ни его самого, ни его работ, но Вовка упорно подозревал Игоря в каких-то тайных сношениях с этим типом.

Игорь подумал и начал осторожно подводить: – Это ню, нечто вроде Дали, но местного разлива, с заходом в сатанизм, но уровня среднего.

– У тебя с женщинами все в порядке? – неожиданно забеспокоился Ляфман, – а то могу помочь, выбор есть. С какого перепугу ты вдруг увлекся этим дерьмом? Или у тебя шутки такие?

– Ты будешь консультировать, или мне к Кулькину обратиться? – сухо поинтересовался Игорь и даже начал с досады грызть ногти, чего не было с ним со времен далекого детства. Задача – натемнить так, чтобы Мостовой ничего не понял, а Вовка дал необходимые сведения, стала уже казаться неразрешимой.

На той стороне трубки возникло молчание, похоже, Вовка тоже соображал и, вдруг его шустрые еврейские мозги внезапно включились:

– Слышь, Игорек! А кто у тебя там в гостях?

Игорь вздохнул с облегчением: наконец-то понял! Он снова со значением откашлялся и сказал, будто поддерживал легкий разговор:

– Именно так. Ты все правильно сообразил, давай теперь дальше рассказывай. Кстати, я тебе уже сказал, что консультация платная?

– Да. Только что, – Вовка стал говорить серьезно, насколько мог: – Таких живописцев, как собак нерезанных. Это хоть масло?

– Ну конечно!

– Уже кое-что. Выставляется?

– Я думаю, да.

– Игорь! – взмолился Вовка. – Мы так месяц будем переребирать, дай мне еще хоть что-нибудь. Он наш ровесник или старше, или младше?

– Очень неординарная личность, очень, ты прав, будь он помоложе, да если бы учился раньше...

– Кустарь! Тебе кустарь, что ли, нужен? Лысый хрен с большущей придурью? Он уродов малюет, да? Голых баб неаппетитного вида!

– Мне кажется, ты прав. Очень перспективный художник.

– Ни х... подобного! Больше тебе ничего не надо?

– Серьезно? А еще что у него дома есть?

Мостовой зевнул, встал и пошел в туалет, Игорь проследил за ним взглядом, но осторожничать не перестал.

– Чего? – удивился Вовка и заткнулся.

– Алло! Алло! – Игорь дунул несколько раз в мембрану, – Алло! Ты куда пропал?

После некоторого молчания снова послышался голос Ляфмана, но уже настороженный:

– Я не понял тебя... Ты хочешь спросить, знаю ли я, где он живет?

– А как же!

– Фу ты, а то я уж подумал, что ты хочешь ехать к нему прямо сейчас! Это где-то в Заводском районе, в частном доме, он затащил меня туда однажды. Хорошо выпили! Качественно.

– Володь! Ну к чему такие прелюдии?! Мы же свои люди с тобой! Конечно, помогу. Тебе сколько денег нужно? Что?

– Три сотни дашь взаймы? Я как только, так сразу! – Ляфман выпалил эту фразу на одном дыхании и затаился, ожидая.

– Базаров нет... Не понял?.. Как – сейчас? Да ты пьяный? Не понял? – Вовка что-то пытался вставить, но Игорь не давал ему такой возможности, выводя свою линию: – Что значит очень надо? А сколько сейчас времени, ты знаешь? Даже так... – Игорь помолчал еще для пущей убедительности, Вовка выходил из себя и что-то выкрикивал, Игорь, хорошо зная его слабости, был почти уверен в успехе. Если не вмешается какая-нибудь неожиданность, вроде жаждующего помочь Мостового. Или, не дай Бог, Ольга внезапно проснется...

– Я не понял тебя, Игорь! Ты что, хочешь прямо сейчас к нему тащиться? У тебя чердак слетел, на фиг?! Ни за что!!! – надрывался Ляфман, но было уже поздно: попался.

– Ни за что!!! – убедительно рявкнул Игорь. – Утром, так это еще может быть. Сколько-сколько? Почему же ты сразу не сказал? Ладно, дам тебе пятьсот, мы же друзья. Верно?

– Конечно! – тут же согласился Вовка.

– Ну, если такие дела... Только быстро, ладно? – голос Игоря стал чуть ли не просящим: – У меня небольшие проблемы, я бы не хотел Ольгу оставлять. – Игорь тяжело вздохнул и сказал: – Приболела она у меня. Ну ладно, выезжай через пять минут, я буду ждать..

– Как через пять минут?!! – Ляфман готов был твердо противостоять грубому нажиму, но пятьсот рублей, как вражеский подкоп, сильно ослабили его обороноспособность.

– Ладно, уговорил, не лягу, пока ты не приедешь, редиска. Будешь мне очень должен, – поставил точку Игорь и положил трубку.

Тут и Мостовой подошел с отсутствующим видом. Не давая Игорю возможности первому сказать, что скоро подъезжает его знакомый, Василий Семенович озабоченно вэглянул на часы:

– Ничего себе! Я засиделся у тебя, пора и честь знать. Я тут краем уха слышал, гости ожидаются?

Игорь, играя в легкое раздражение, замахал руками, вынул из пачки сигарету:

– Приятель мой звонил. Просит взаймы, и так срочно ему надо, что он готов приехать прямо сейчас, на ночь глядя... Честно говоря, думаю, опять к женщинам собирается, но у меня по отношению к нему долги моральные. Пойду посмотрю, как там Ольга.

Игорь вышел из кухни и действительно направился к жене, тут уж он темнить не собирался. Есть какие-то шансы на то, что сегодня он встретится, наконец, с пресловутым Григорием Борисычем. Ради этого можно решиться ненадолго оставить Ольгу одну.

Ольга лежала в том же положении, в каком он ее и оставил. Игорь подошел и наклонился над нею. Положив под правую щеку ладонь, Ольга спала и дышала тихо и ровно. Игорь наклонился и осторожно поцеловал ее в лоб, потом подумал, а вдруг это нехорошая примета, и поцеловал еще раз – в шею. Она и не услышала. Так же тихо, как и вошел, Игорь постарался и выйти.

Мостовой уже стоял в коридоре, одетый в пальто:

– Ты сегодня собираешься куда-нибудь ехать? – спросил он.

Не желая давать Василию Семеновичу поводов для подозрений, Игорь ответил отрицательно и тоже начал одеваться.

– Провожу вас и покурю на улице, душно что-то, сказал он.

Вышли вместе, машина Мостового радостно чирикнула, завидев своего хозяина. Игорь остановился примерно на середине пути к своей «БМВ» и повернулся к Мостовому, приготовясь распрощаться, но тертый подполковник РУБОП приготовил для него маленький сюрпризец, так, на всякий случай.

Пожав Игорю протянутую им руку, Мостовой улыбнулся и задержал ее:

– Встреча со старым приятелем будет опасной?

– Да вы что, Василий Семенович – едва не рассмеялся Игорь, – Вовка, наверно, даже рогатку в руках никогда не держал. Нет, я дам ему пять сотен, какие он просил, и на этом все.

– Ну, что ж, ты меня успокоил...– Мостовой улыбнулся и закончил, – Отдай пистолет, пожалуйста.

Игорь молча посмотрел ему прямо в глаза.

– Ты уверен, что все будет нормально? – повторил Мостовой и снова широко улыбнулся.

– Абсолютно, – спокойно ответил Игорь и, вынув из кармана оружие, протянул ему рукояткой вперед.

Мостовой вэял его, хмыкнул и спросил:

– Этот парень, что стрелял в вас, все еще бегает где-то или уже отбегался?

– Бегает, к сожалению, бегает. До свидания, Василий Семенович, – Игорь повернулся и быстро пошел к подъезду.

– Пока, – тихо ответил в спину ему Мостовой.