Мэтт был ошеломлен. Он понятия не имел, что ответить Пити. Если бы кто-то другой говорил с ним таким образом, Мэтт бы сильно разозлился и послал этого человека. Но это был Пити. И Мэтт знал, насколько ему было не все равно. Он вспомнил слова Мопа, что когда Пити на твоей стороне, он действительно на твоей стороне.

Пити отпустил Мэтта.

— Да ладно, приятель, — сказал он. — Ты хороший мужик. Ты заслуживаешь большего, чем то, что получаешь от этого парня. Я не эксперт по долговременным отношениям, и, возможно, я человек, который просто хочет в увольнение, и провести время с любой сучкой, у которой достаточно узкая киска. Но, Конхоул, думаю, здесь ты тратишь время зря.

Мэтт знал, ему надо быть аккуратней с Пити, ведь все идет к тому, что он может стать одним из самых лучших друзей, что у него когда-либо будут. Черт, возможно, он даже уже пересек эту черту. Но Пити просто не знал Брайана и того, что у Мэтта было с ним.

Мэтт провел рукой по практически лысой голове, пытаясь понять, как правильно ответить. Он положил руку на плечо Пити.

— Пити, клянусь богом… ты самый жесткий человек, которого я когда-либо встречал, но однажды ты встретишь женщину, и будешь счастлив с ней, и сведешь ее с ума. И… сделаешь ее очень счастливой.