ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Что-то касалось моих волос. Жевало их?

Я не хотела открывать глаза и выяснять. Голова болела, гул усиливался.

Если подумать, все части меня болели. Потому я и проснулась, а не спала дальше.

Хотя я не видела сны прошлой ночью. Все было во тьме.

Может, я спала впервые за месяцы.

Ощущение, что волосы жевали, вернулось, и я нахмурилась и попыталась отодвинуться. То, что жевало меня, издало тихий звук и шлепнуло меня по лицу.

Шлепнуло меня?

С каких пор у меня в комнате было то, что могло так сделать?

Моя комната.

Тут все вернулось на места.

Падение. Гора. Путешествие. Другой мир. Сражение.

Эмори.

Брэлинн.

Люкен.

Родес.

Истон.

Королева.

Рыцарь.

Все вернулось, и мои глаза открылись. Я была не в своей комнате. Я не узнавала это место. В комнате пахло цветами и мрачными духами, которые я не знала. На окне были лиловые шторы, хотя свет проникал, намекая, что был день.

Я не знала, сколько времени прошло, и когда началось сражение. Столько всего произошло сразу, что было сложно все отследить.

Я упала у тронного зала, закрыла глаза и не знала, проснусь ли.

Но где я была теперь?

Что-то вдруг пошевелилось у моей головы, и я чуть не села, но тело было слишком тяжелым для этого. Я хмуро посмотрела на маленького кота, обходящего мою голову. Он лизнул мой лоб и пошел к моим ногам.

Кот?

Там, где я была, обитал кот.

Я опустила взгляд, пытаясь сосредоточиться.

Кот. С черными крыльями.

Может, я умерла, и такой была загробная жизнь.

Потому что это был кот. Я присмотрелась, у него были дополнительные пальцы на лапах. Кот-полидакт с черными крыльями летучей мыши.

Да, я сошла с ума.

— Ты не сходишь с ума, Лирика.

Я застыла, не знала, что в комнате был кто-то еще.

Судя по звуку, человек был у изножья кровати.

Но я знала этот голос. Просто какое-то время его не слышала.

Я повернулась на спину, уперла ладонь в кровать, чтобы сесть.

Кто-то переодел меня в футболку и джинсы, одежду людей. Я не ожидала, что снова буду в таком, так что отвлеклась на то, что меня одели. А потом поняла, что сидел на краю моей кровати, и кот был на ее коленях. Кот с крыльями.

— Розамонд.

Она улыбнулась мне, и я попыталась увидеть, все ли с ней было в порядке. Под ее глазами были тени, на лице и ладонях виднелись синяки и порезы.

Она была в человеческой одежде — водолазке с длинными рукавами — и я не знала, что еще с ней было не так.

Но Розамонд была жива. И она сидела на моей кровати. Гладила кота. Кота с крыльями летучей мыши. Может, я была мертва.

— Ты не мертва, — сказала Розамонд.

— Ты Пророк и читаешь мои мысли?

Розамонд покачала головой, пока чесала кота под подбородком.

— Нет, ты говоришь вслух. Хоть и хрипло. Тебе принести воды?

Я покачала головой, игнорируя то, как от этого пульсировало в голове. Может, качать головой было плохой идеей.

— Я в порядке. Просто не поняла, что говорила это.

— Многие не понимаю, когда только просыпаются. Ты не говоришь во сне, уже хорошо.

— Ты в порядке? — когда я видела Розамонд в последний раз, ее утащили в портал нэги. Я думала, что она могла быть мертва, хоть и делала все, чтобы найти ее.

И хоть мы прошли Обскурит и соседние территории для ее поисков, мы нашли только рыцаря, который похитил ее ради ее сил. Я не знала, могли ли мы снова увидеть Роуз.

Но она была тут, гладила кота с крыльями.

— Я в порядке. И это не ложь. Лор мне не вредил. Не так, как думает брат.

Я напряглась от упоминания ее брата. Я не хотела думать о Родесе, и что означало то, что он не смог меня исцелить. Может, если бы я не попала в этот мир магов и судьбы, я не ощущала бы, что что-то потеряла. Но я ничего не могла поделать.

— Я рада. Но можно задать вопрос?

— Всегда можно, Лирика.

— Почему ты гладишь кота с крыльями?

Розамонд посмотрела на кота, словно только заметила его. Она улыбнулась.

— Это фамильяр. Думаю, ты ее знаешь.

Я покачала головой, глядя на кота.

— Это кот с крыльями. Откуда я должна его знать?

— Как я и сказала, Брэлинн — фамильяр.

Я напряглась.

— Брэлинн?

— Когда кто-то, кого ты любишь, умирает жертвой, магия их души дает им вернуться. Может, не так, как ты их знала, но так, как нужно. Да, это Брэлинн, которую ты всегда знала. Когда она привыкнет к новому телу, ты узнаешь ее лучше. Но она твоя. Твой фамильяр.

Слезы жалили мои глаза, и я посмотрела на кошку, а та моргнула большими глазами.

Глазами Брэлинн.

— Это не может быть моя лучшая подруга.

— Может. Она просто немного отличается. Она привыкает к новой себе. Вскоре она поймет, что означает роль фамильяра, как и ты. Но она твоя, и она будет заботиться о тебе. Как ты будешь заботиться о ней.

Брэлинн прошла по коленям Розамонд и оказалась на моих. Я протянула ладонь, чтобы она понюхала ее, не понимая, как моя жизнь приняла такой оборот.

Брэлинн понюхала мою ладонь, лизнула ее, потерлась об мою ногу, устроилась на моих коленях подремать.

Я провела пальцами по ее спине, ощущая кожистые и нежные крылья летучей мыши.

В этом не было смысла, как и во всем тут.

— Когда она поймет, кто она, она опомнится. Некоторые фамильяры могут говорить с их людьми. Точнее, их магами. Некоторые имеют больше, чем видно. Но это придет больше. Если придет.

— О, — я не знала, что еще сказать. Что говорить, когда оказывалось, что лучшая подруга стала кошкой с крыльями летучей мыши?

— Я хочу извиниться, Лирика.

Я посмотрела на Розамонд, гладя Брэлинн, мурчащую на моих коленях.

«Это странно звучит».

— За что?

— За все. Прости, что не смогла сразу все рассказать. Я просто не могла. Иначе сработало бы не так, как нужно.

Я смотрела в ее глаза и знала, что она что-то Видела. Я не знала, сколько стоили видения будущего, видения дорог перед тобой, когда не понимал, где была правда. Но я знала, что цена была высокой. Она Видела будущее, где, если она мне расскажет, все станет не так, как должно быть.

И я знала, что не могла сейчас думать о таком.

Бремя на плечах Розамонд было тяжелым, но таким было и мое бремя.

— Где Родес? — я не поняла, что собиралась это спросить, пока это не прозвучало.

— Он… тут, — Розамонд выдохнула и прильнула к стене. — Но ему нужно поскорее домой, потому что не только этот двор страдает. Все территории нужно объединить. Я не думаю, что это произойдет без применения силы.

Я пыталась понять, что она говорила. Родес был тут, но не ждал, когда я проснусь? Он не ждал меня.

Он не хотел быть рядом? Или собирался домой, в королевство Люмьер?

Хотел ли он, чтобы я была с ним? Потому что я не знала, могла ли.

Я хотела домой.

Я хотела вспомнить, кем была.

Я чуть не умерла. Моя лучшая подруга была убита и стала кошкой на моих коленях.

Это было слишком. Я просто хотела домой.

И мир мейсонов вряд ли был для меня.

— Лирика, ты — эта сила. Сила, которая объединит нас.

Я посмотрела на Розамонд и покачала головой.

— Нет. Мне нужно домой, — я не была той силой. Я не смогла спасти ту, что была мне дорога. Я как-то исцелилась, но только с помощью магов Духа. Без них я умерла бы. Королева Обскурита умерла из-за меня. Многие пострадали из-за меня. Я не стоила этого. Я стала сильнее, чем когда только попала в этот мир, но мне нужно было домой. Вернуться и понять, какой мне нужно быть, а потом понять, что произойдет дальше.

— Я не могу так. Вряд ли я — ваша Жрица, — я резко вдохнула, пытаясь привести мысли в порядок. Я не могла быть такой, как им нужно было. Мне не хватало сил. Я не могла уберечь друзей. Я многое сделала неправильно, потому что думала, что поступала верно. Мне нужно быть лучше. Должен быть тот, кто сможет помочь мейсонам.

Если я была той, кем они меня считали, если я была Жрицей Духа, я не была бы такой слабой. Я бы не была близко к смерти.

Я думала о шепоте магов Духа в голове, о том, что я сосредоточилась на том, что они мне сказали, а не том, что другие делали за меня. Не на том, что Родес не смог сделать для меня.

Я поддалась тьме.

Я умерла.

Но теперь я жила.

Я покачала головой, пытаясь выразить мысли словами.

— Все тут изменилось. Королева мертва. Истон потерял мать. Мы чуть не потеряли тебя. Я пришла сюда и сделала все хуже.

— Рыцарь мертв. Кристалл не смог остановиться, магию рыцаря не удалось обратить. Но теперь Обскурит знает об этом, может, им удастся спасти свой народ.

— Но… он мог узнать это сам. Истон мог бы. Я только мешалась.

Розамонд посмотрела на меня, но она не покачала головой, выглядя разочарованно. Она будто ожидала такое.

Она была Пророком. Видимо, она знала и такое о будущем.

Может, она Видела, что мне нужно побыть одной, вдали от мира, который тянул меня. Я не хотела убегать, я это знала, но мне нужно было собраться. И я не знала, где еще это сделать, кроме дома.

Я не могла оставаться тут, не в королевстве, где из-за меня умерла королева, где я потеряла Брэлинн и часть себя.

Я не знала, могла ли отправиться с Родесом в другое королевство. Там я встречу больше людей, узнаю больше о мире, который не знала, могла ли спасти. Я не знала, смогу ли идти рука об руку с Родесом, не зная, хотел ли он меня.

Я не знала, подходила ли ему.

Из-за этих мыслей я знала, что мне нужно было время перевести дыхание.

Я не знала, сколько у меня было времени.

— Ладно, — Розамонд встала, и я игнорировала разочарование, что она не стала уговаривать меня остаться. Я не хотела. Я боялась, хотела домой, даже на минутку.

Народ полагался на меня, и я не знала, смогу ли соответствовать ожиданиям.

— Возьми это, — Розамонд протянула мне большую книгу.

Я взяла том, вес оказался тяжелее, чем должен был у книги такого размера. Пахло старым пергаментом и кожей, и ощущалось от книги нечто большее.

«История мира Мейсон».

Я провела пальцами по выпуклым буквам. Обложку сверху и по бокам украшали завитки и руны. История моего народа. Но кем был мой народ? Я родилась в мире людей. Была там выращена. И хоть я могла управлять воздухом и заставить землю дрожать под ногами, я не знала, была ли настоящим магом. Как, если я не знала, кем была?

— Изучи свою историю. Нельзя смотреть в будущее, не зная прошлого, — Розамонд посмотрела на мое лицо, глаза были темными и далекими. И я поняла, что она видела будущее, которое было важным.