— Что с ним?

— С кем?

— С Нео! Что случилось с Нео!? — выкрикнул парень.

Что ответил мужчина, принёсший новость, Лизи уже не слушала. Нео? Она ведь не ослышалась, он назвал это имя? Но мог ли король Осирии знать именно этого мальчика, или его имя просто совпадение?

— Кто… кто такой Нео? — едва слышно спросила девушка, сама не зная, хочет она, чтобы её услышали, или нет. Но её услышали: Эргонес пристально посмотрел на неё.

— Девица, ты ещё здесь? Почему не убежала? Хотя… — парень улыбнулся, и Лизи снова подумала, что он похож на ангела,— ты сказала Нео, ты встречала кого-то с таким именем?

— Да.

— Как он выглядел?

— Мальчик лет двенадцати, серебряные волосы и…

— Не продолжай. Где ты видела его, и когда это было?

— Он жил в нашей деревне, думаю, и сейчас он должен быть там, Кай его привёз.

— Так, милочка, как тебя зовут? — колдун приблизился к ней.

— Лизи, — девушка вздрогнула, потому что Эргонес протянул руку, и, взяв её за запястье, поднял на ноги.

— А теперь, Лизи, рассказывай всё и по порядку. Что ещё за деревня, в которой живут леди? Кто такой Кай? И как там оказался Нео?

— В деревне живут беглецы, те, кто остался верен королевской семье Лейрон, нас немного, точнее их. Я сбежала оттуда. Кай – это человек, которого я любила, — Лизи резко выдохнула, и её глаза зло сузились, — но он предпочёл мне этого мальчишку.

— Кай, говоришь, — перебил её парень, нехорошо улыбнувшись,— и какой он, этот Кай?

— Красивый, умный, добрый, заботливый, самый лучший, и, чёрт бы его побрал, как я его за это ненавижу! Он выбрал этого мальчика, а не меня! Ведь меня он знал с самого детства, и я знаю, что он полюбил бы меня, если бы не появился ЭТОТ, и не завладел всем вниманием Кая!

— Кай и приверженцы короля Дорена Лейрона. Кай…. Кай Лейрон?! Ты… милочка, да ты…

— О, если вы хотите спросить, не сошла ли я с ума, то мой ответ — нет, меня обо всём этом уже спрашивал Онер. Он ведь вам писал, просил прислать колдунов. Законный принц и наследник трона Агреи жив, и Нео догадался, кто мы, почти сразу же. Этот найдёныш вообще оказался сообразительным. Он всегда держался рядом с Каем, крутился вокруг него, а я не замечала, не понимала, даже не представляла тогда, что такое может быть между двумя парнями…

— Мы отвлеклись, — голос Эргонеса стал холодным, и даже пугающим, — как он попал в вашу деревню?

— Его привёз Кай. Нашёл где-то на дороге еле живого и привёз. Мальчишка поначалу выглядел совсем слабым и беспомощным, даже говорить не мог, долго не мог, больше полугода,— Лизи замолчала, но, немного погодя, всё же решилась спросить, — Ваше Величество, могу ли я узнать, почему вы всё это спрашиваете? Вы знаете этого мальчишку?

— Знаю ли я? — Эргонес усмехнулся, а потом неожиданно схватил Лизи за подбородок, и посмотрел ей в глаза. — Нео мой брат! Второй принц Осирии – Эрнеос!

Лизи отшатнулась, и потрясённо уставилась на короля. Она слышала что-то о втором принце, но очень мало, ей вообще были неинтересны осирийские принцы и правители, но Нео?! Нео — принц?!

— Ваш брат… — прошептала она, — он… он тоже колдун?

— Разумеется! Где находится ваша деревня?

— В Ни… Нисветском лесу.

— Ну конечно же! Как я сам об этом не подумал! Куда мог податься полуэльф-полуколдун, как не в проклятый эльфийский лес! — король развернулся, и радостно направился к своим спутникам. — Он в Нисвете! Если не прямо сейчас, то рано или поздно он вернётся туда. Лизи, — громко позвал он девушку, снова посмотрев на неё, — ты ведь хочешь мести? Тебе нужен этот Кай? Я отдам тебе его. Сможешь сделать с ним, что пожелаешь: околдовать, влюбить, пытать, кастрировать, любые фантазии! Но Нео – мой! Я дам тебе силу и власть, о которых ты и не мечтала. Так что, Лизи, пойдешь со мной?

— Зачем я вам? — тихо спросила девушка.

— Я вижу в тебе обиду, злость, разочарование, а ещё силу воли и жажду мести. Ты чем-то похожа на меня. Я убил на твоих глазах твоего любовника и его дочерей, судя по сходству, твоих родственниц, а ты не проронила ни слезы. Конечно, тебя это шокировало, но я не вижу, чтобы ты сильно расстроилась, а ещё ты смотришь на меня без страха. Такая, как ты, мне подходит. Тебе нужно лишь согласиться стать моей преданной и верной подданной. Ты не пожалеешь. Так что?

— Наверное… — неуверенно ответила Лизи, а потом шагнула вперёд, прямо по луже крови тех, кого совсем недавно начала считать своей семьёй.

Она смотрела в глаза этого ангела смерти, но, как он и сказал, почему-то не боялась его. Переживала, нервничала, сомневалась, но не боялась. Онер, который мог помочь ей отомстить, мёртв. Её новая жизнь разрушена. А этот человек предлагал ей ещё один новый шанс. И главное, у него был свой интерес – Нео. С таким братом этому мальчишке и враги не нужны. Так почему нет?

— Да. Да, я согласна.

— Подойди ко мне, и я сделаю тебя колдуньей, — Эргонес протянул ей руку, и Лизи, больше не задумываясь, протянула свою в ответ.

Глава 23 Клятва.

Нео разрывало от боли, и он кричал, кричал так пронзительно, что те, кто находился неподалёку, пытались заткнуть уши, вот только это не помогало: крик мальчика принёс им такую же боль, какую он испытывал сам. Кто-то падал и тихо стонал, кто-то умолял остановить это, но Нео уже ничего не замечал, последним его осознанным воспоминанием было тело Кая. Не заметил он и то, как потерял контроль над силой, как она хлынула из него мощным неудержимым потоком. Большая часть ударила в стену города, круша камень и хороня под ним ближайшие дома и постройки. От Нео по земле расползались глубокие трещины, а в воздухе поднялся страшный ураганный ветер, который сбивал всех и всё. Ни о какой битве речи больше не шло, люди просто пытались уползти подальше от разворачивающегося у города ада. Но и этого всего оказалось мало: вскоре из земли стали молниеносно прорастать тонкие, но острые и прочные ветви, которые пронзали тела самых нерасторопных людей, не успевших отползти.

Нео больше не осознавал себя: ни где находится, ни что происходит вокруг, перед его глазами был тот момент, когда он обернулся к Каю, снова и снова. Он оборачивается и видит любимого, лежащего на земле, с огромной раной на животе, бледным лицом и посиневшими губами, и Рена плачущего над ним… Эти слезы сказали ему больше чем все остальное – Кай мертв. И он кричал. А потом все начиналось сначала: он оборачивался и видел…

Нео распахнул глаза, захлёбываясь в собственных слезах и стонах. Если раньше его кошмарами были смерть матери и предательство Гнеса, то теперь самым страшным сном стал умирающий Кай. Изо дня в день, из ночи в ночь… Нео почти перестал спать, как и есть, но когда организм не мог больше без сна, мальчик всё же обессилено засыпал, чтобы вскоре проснуться от очередного кошмара. Нео повернулся, чтобы посмотреть на такое любимое и родное лицо, а потом осторожно провёл по щеке пальцами. Уже почти месяц… Месяц, как Кай не просыпается, и, не смотря на все усилия Нео, возможно, не проснётся никогда.

В тот день, вышедшая из-под контроля сила в итоге уничтожила бы и самого Нео, но его привели в себя Зир, Мин и Вили. Найтмар выбежал из леса и пронёсся по полю огненной искрой, сбивая Нео с ног, а подоспевший оборотень, верхом на котором был Вили, огромной лапой прижал мальчика к земле и зарычал на него. Но окончательно его привёл в себя Вили, он спрыгнул со спины Мина и стал трясти его за плечи и кричать:

— Нео! Нео, остановись! Прекрати это, ты всех убьёшь! Нео, пожалуйста, ты должен остановиться!

И он услышал, а потом увидел Вили, который смотрел на него со страхом. Его впервые в жизни боялись! Он чуть толкнул лапу Мина, тот отпустил его, и мальчик смог сесть, чтобы спросить, почему Вили так смотрит на него, но осознание пришло раньше, чем он задал вопрос. Нео вскочил на ноги и понёсся к Каю. Он ещё дышал, слабо, но дышал.

Взглянув на рану, мальчик чуть снова не взвыл. Такое не смог бы вылечить даже самый лучший лекарь-колдун, а Нео и вовсе в лекарстве разбирается лишь на базовом уровне. Он с силой сжал ладони, понимая, что ещё немного, и он снова сорвётся, и в этот раз Вили с существами вряд ли его остановят. В ладонь больно впилось что-то металлическое, и Нео опустил туда глаза: он всё ещё держал кинжал тьмы. Мальчик не раздумывал ни секунды, и, перевернув рукоять оружия другой стороной вверх, вонзил тонкое лезвие в предплечье Кая.

— Что ты делаешь? — Рен попытался помешать, но Нео лишь оттолкнул его руку.

Если что-то ещё и могло спасти Кая, то это сила, и Нео был намерен испробовать всё возможное, даже если после этого он станет ещё больше похож на брата, ведь всё это не имело никакого значения, если он потеряет Кая. Он уже чувствовал, как сила из кинжала перетекала в парня, кровь останавливалась и края раны стали подсыхать, но этого мало, слишком мало, чтобы спасти жизнь. В тот момент он вспомнил об очень старой эльфийской книге, которую читал на острове, там были описаны некие чары, которые один эльф может применить всего однажды. Он закрыл глаза, сосредотачиваясь, если и это не поможет, не поможет уже ничто.

Нео поднялся с постели, стараясь прогнать мрачные воспоминания, хотя о каких воспоминаниях речь? Он живёт среди этого мрака и по сей день. Вся его жизнь слилась в сплошные страхи, боль, отчаяние и ожидание. Сейчас рана Кая уже полностью затянулась, сила, которую Нео влил в парня, сделала своё дело: она быстро залечила тело нового колдуна. Кай стал колдуном… Нет, станет если очнётся. Нео не говорил об этом никому, никто не знал о свойствах кинжала, и не догадывался, что именно он сделал, пытаясь спасти Кая.

Нео покинул комнату и спустился вниз, Мин увязался за ним. Прогулки перед рассветом в последнее время стали для них двоих нормой, ведь спать мальчик всё равно не мог. Мальчик… Теперь, глядя в зеркало, ему сложно было так себя назвать, он не выглядел, как ребёнок, его внешность стала соответствовать его возрасту. Никто из друзей не спрашивал об этих изменениях, никто вообще не пытался о чём-то спрашивать или разговаривать. Все как будто понимали, что его лучше не трогать, или даже опасались его, а взгляд Рена в его сторону и вовсе становился всё мрачнее и неприветливее. Единственным, кто пытался поговорить, был Вили, и мальчик иногда прилагал неимоверные усилия, чтобы хотя бы выслушать друга, но это было тяжело, и он всегда быстро уходил. Нео хотел, чтобы его оставили в покое, хотел одиночества, и ничего более.