Эльфы были правы… Кай находился на грани жизни и смерти, и Нео оказался на ней вместе с ним. Физически он жил – ходил, ел, если мог проглотить хоть кусок, спал, или точнее пытался, но любые желания, стремления и эмоции практически исчезли. Умом он понимал, что Вили желает ему добра, что он его друг, вот только Нео не чувствовал к нему ни дружбы, ни привязанности, ни даже симпатии. Вили и все остальные как будто растворились, перестав существовать. Остался только Кай. Взгляд на парня или воспоминания о нём возвращали Нео к чувствам. Нет, это были не просто чувства, а буря эмоций, которая захлёстывала его, причиняя боль, но эта боль была лучше, чем пустота, она заставляла его продолжать какое-то подобие жизни. Кай, Кай, Кай! Он ещё не потерял его окончательно, но уже страдал и рвался на части. Боль и ожидание стали его постоянными спутниками. Он ждал каждый день, каждый час, каждую минуту и секунду, ждал и надеялся, что Кай очнётся. Но время шло, и надежда таяла, а сердце продолжало ждать. Может, он тогда сделал что-то не так? Откуда ему было знать, как правильно, ведь он лишь однажды читал об этом. Но если он ошибся, тело Кая не восстановилось бы, правда? Тогда почему он до сих пор не очнулся?!

Над Варнией всходило солнце, и жители начинали постепенно выходить на улицы, а Нео повернул обратно к трактиру. Ему было тяжело находиться среди людей, лучше запереться в комнате с Каем, чтобы никого не видеть и не слышать. Хорошо бы ещё не встретить своих в обеденном зале, но обычно они в такую рань не вставали.

В Варнию они прибыли пару недель назад. После того как осирийцы отступили от стен Санпура и пустились в бегство, перийские войска ещё какое-то время гнали их на север, а раненные и умирающие вошли в город. Туда же отправились и Нео с ребятами, и те, кто выжил, сражаясь с отрядом Асмуна. Лекари едва успевали оказывать помощь всем нуждающимся, город кипел и бурлил, тела погибших перийцев складывали прямо на улицах. Весть о том, что с южным войском прибыл второй принц Осирии, разлетелась быстро, и через час об этом знал уже весь город. Подойти к мальчику никто не решался, пока к нему не вышел глава города, местный шайт, со своими советниками. Слова благодарности за спасение Санпура Нео практически не различал, единственное, что его волновало – это где можно разместить Кая, и когда к ним пришлют лекаря-колдуна. Глава поселил Нео и его друзей у себя, даже не смотря на то, что с ним каким-то образом оказалось четверо осирийцев, хотя это тогда волновало мальчика в последнюю очередь. Лекаря они дождались лишь к ночи, но он сказал, что для Кая сделать ничего не может, да и никто не сможет, так как мальчик сделал уже возможное, и даже больше: лекарь удивился, как парень вообще ещё жив с такой раной, зато перед уходом он вылечил Рена.

В Санпуре они пробыли всего три дня: купили телегу, и, сделав в ней лежак для Кая, покинули город. Выжившие осирийцы, что сражались на стороне Нео в последнем бою, отправились с ними, так их небольшой отряд пополнился ещё четырьмя людьми. Они не задавали мальчику никаких вопросов, да и вообще мало с кем разговаривали, но кто-то из них непрестанно находился рядом с ним, и он был им благодарен, они как будто стали для него защитной стеной от взглядов и вопросов друзей. Единственным, на что хватало Нео, были односложные ответы и предложения, при необходимости.

Рана Кая хорошо затягивалась, кормил же его Нео бульонами или жидкими кашами, осторожно вливая их ему прямо в горло. Также он готовил питательные и восстанавливающие отвары из трав, которые дал ему лекарь. Времени на их приготовление уходило много, а мальчик делал их каждый вечер, да и с телегой скорости в пути не прибавлялась, так что передвигались они медленно, благо ни одного осирийского отряда они по дороге не встретили.

Граница стала для Нео новым испытанием, потому что когда он попытался накрыть всех покровом, оказалось, он не может: у него просто не хватало сил. Видимо битва забрала слишком много, или это случилось, когда он впервые потерял контроль, а может это последствия того, что он спасал Кая, и того, что он за это отдал. В общем, ни на какой покров сил у него не было, а на восстановление может уйти много времени, да и не думал Нео, что вообще сможет сейчас восстановиться, учитывая его эмоциональное состояние. На помощь неожиданно пришёл Зир. Найтмар подошёл к мальчику, и, подставившись боком под его ладонь, чуть вспыхнул. В этот момент Нео почувствовал, как в него медленно потекла энергия, пополняя его запас. А он и забыл об этом, ведь дядя показывал ему, как черпать при необходимости силу из существ или магических мест. Рядом с другой рукой появился Мин, и мальчик сам запустил ладонь в его белую шерсть, так что теперь сила потекла в него с обеих сторон. Он постоял так немного, и вскоре сам убрал руки, Зир посмотрел на него недовольно, но Нео лишь качнул головой. Он сейчас практически не чувствовал их запаса, поэтому не собирался брать слишком много и оставлять существ беззащитными. Конечно, тех сил, что он позаимствовал, надолго не хватит, но надолго и не надо. Мальчик попросил отряд пройти ещё немного вперёд, подходя максимально близко к границе, и тогда накрыл всех покровом.

— Можем идти, — негромко сказал он.

— Нас точно не видно? — неуверенно спросил Вили.

— Точно.

— А звуки? Стук копыт и телега издают немалый шум, — Дион глянул на мальчика.

— Нет, покров скрывает всё. Нас не увидят и не услышат, пока я не начну снимать его. Только… Я не знаю, на сколько меня хватит. Саму границу-то мы пройдем, но как далеко успеем отойти…

— Ничего, — кивнул Дион, — главное пройти пост.

У самой дороги агрейских солдат было человек двадцать, но Нео заметил и тех, что патрулировали лес, а ещё несколько десятков находились в пограничных домиках, наверняка были и другие, обходившие округу. Когда они ехали в Перию, здесь от силы нашлось бы человек десять, от кого же теперь такая защита? Если из-за страха перед Осирией, то все эти люди не выстоят и против одного хорошего колдуна, или же они боялись беженцев из Перии? Но тогда это просто жестоко, не помочь нуждающимся и пострадавшим людям. Пост они прошли без каких-либо проблем, а вот минут через десять Нео начал чувствовать слабость и стремительную потерю сил. Он сжал поводья Зира, пытаясь сосредоточиться. Ещё рано, слишком рано, им нужно отъехать подальше… Сколько ещё минут он продержался, сказать было сложно, последнее, что он услышал перед тем, как потерять сознание, это «Ваше Высочество, держитесь!», а потом кто-то подхватил его падающего с коня.

Очнулся Нео рядом с Каем, а неподалёку ругался Вили:

— Вы не имеете права не пускать меня к нему!

— Имеем, он наш принц, и мы будем его защищать. К тому же, за всё время нашего пути я что-то не заметил, чтобы он хотел общаться с кем-нибудь из вас. Пока Эргонес без сознания, ни ты, ни твои друзья и близко к нему не подойдёте, — а вот это говорил кто-то из осирийцев, и Нео нехотя приподнялся, чтобы остановить их спор.

— Ваш принц!? Да это вы же и предали его! — выкрикнул Вили. — Когда он убегал из Осирии, Кай нашёл его едва живым и привёз к нам!

— Никто из нас об этом не знал, это…

— Хватит, — тихо сказал Нео, но его услышали и замолчали, — пропустите его. Где мы сейчас? — спросил он, когда Вили подошёл.

— К ночи будем в Варнии.

— Сколько…

— Ты проспал почти двое суток.

— А Кай?! Вы кормили его? А отвары?

— Я не знаю, как ты делал те отвары, а бульон давал ему Дион.

Нео неожиданно закрыл лицо руками и заплакал.

— Пожалуйста, не надо, ведь всё ещё может быть хорошо, — Вили коснулся его плеча, и хотел утешить, но мальчик отшатнулся от него.

— Нет. Оставь меня. Не могу… Вили, уйди, я не хочу никого видеть.

В тот раз Вили ушёл с расстроенным лицом, и больше старался без надобности не подходить к Нео. В Варнии они поселились в том же трактире, где год назад останавливались Нео с Каем, мальчик даже выбрал для них туже комнату. Осирийские воины заняли две соседние от него, кажется они старались его оберегать, но и лезть к нему тоже не спешили. В путь до Нисвета они собирались отправиться через пару дней, но их планы опять нарушились. Торопиться домой теперь не было смысла: Онер больше не угрожал деревне, ведь он мёртв, а Гнес захватил Лейрию. В тот день Нео и осознал, что с ним что-то не так, новость о брате ни сколько не тронула его, а потом он и вовсе понял, что все, кроме Кая, стали ему безразличны. Его эмоции умирали… Это даже не напугало его, но вот то, что он может забыть Кая, и то, как любил его — это было по-настоящему страшно.

Мальчик вошёл в трактир, надеясь как обычно тихонько добраться до своей комнаты, но почему-то сегодня остальные встали раньше, и уже сидели за одним из столов и завтракали. Вили, увидев его, поднялся и пошёл навстречу, и Нео, нехотя, направился в их сторону.

— Поешь с нами? — предложил друг.

— Я не хочу есть.

— Но тебе нужно питаться. Мало того, что ты изменился, ты ещё и совсем исхудал, а твоя бледность и эти синяки под глазами? Пожалуйста, поешь хоть немного, — Вили потянул его за руку, усаживая рядом с собой на скамью, и пододвигая ему хлеб с маслом и ломтиками мяса.

Нео взял один и откусил, медленно разжёвывая и совершенно не чувствуя вкуса.

— Как Кай? — спросил Рен, и мальчик вздрогнул: лишь от произнесённого имени его резануло болью.

— Без изменений, — ответил он тихо, с трудом проглатывая еду, которая и до этого в него не лезла, а теперь и вовсе застревала в горле.

— Неужели даже твоя магия не помогает?

Нео встал, собираясь уйти, но Рен тоже поднялся, преградив ему путь.

— Ну нет, Ваше Высочество, рядом с тобой наконец-то нет твоих верных осирийских псов, так что сегодня придётся говорить. Я не видел Кая уже пару недель, вашу комнату всё время охраняет кто-то из этих, — Нео удивлённо поднял брови, он этого не знал, хотя… нет, он просто не хотел замечать ничего вокруг, — почему он не просыпается? — продолжил Рен.— Ты не можешь ему помочь? Не можешь вылечить? Ты же обязан ему! Всё это случилось с ним из-за тебя!