Конечно, не каждый день король карликов сталкивался с многовидовым трибуналом в Этерналии, где все двенадцать Членов Совета, а также лидеры четырех разумных рас, пострадавших от его преступлений, единогласно проголосовали за то, чтобы его изгнали за государственную измену и приговорили к Сомнаториуму.

А поскольку именно Набити захватила и свергла короля Энки по законам карликов, она унаследовала корону гномов-карликов.

Королева Набити.

Название звучало очень мило… хотя Софи не была уверена, что хочет представлять своего бывшего телохранителя бритой наголо.

И первой задачей королевы Набити было выследить всех гномов, поддержавших восстание короля Энки, и проследить, чтобы они были должным образом наказаны за свое предательство. Скорее всего, оставшиеся предатели уже бежали к Невидимкам. Но когда Эделайн пришла проведать Софи после трибунала, она сказала, что Набити произнесла вдохновляющую речь, поклявшись доказать, что Лоамнор — это рай для правосудия и страстный союзник всех остальных миров.

И Софи была уверена, что Набити сделает все, что в ее силах, чтобы сдержать это обещание.

Но пройдет еще много времени, прежде чем Софи захочет вернуться в Лоамнор.

И, тем не менее, Черный Лебедь и Совет, по-видимому, последовали за трибуналом с собственной зажигательной речью, стоя вместе перед толпой и заявляя о событиях в Лоамноре как о победе… что, возможно, заставило Софи бросить свою бутылку молодости через лечебный центр, когда Грэйди впервые сказал ей.

Победа?

Неужели им все равно, что случилось с Кифом?

Или тот факт, что все Невидимки снова сбежали… за исключением Мерцания, которая не считалась, потому что решила дезертировать?

А как насчет того факта, что, по крайней мере, в группе Софи, Члены Совета практически ничего не делали, а Коллектив даже не присутствовал?

Но потом Эделайн мягко напомнила Софи, что ее группа вернула Тама, и что все, кто отправился на задание, тоже вернулись домой живыми.

И Софи неохотно признала, что эти вещи действительно что-то значат.

К тому же, когда Декс, Стина и Биана остались, чтобы поделиться своим рассказом о том, что произошло на главном рынке, это действительно звучало как довольно явная победа для их группы… хотя помогло, что Гезен и Веспера почти сразу ушли.

Стина и Декс были убеждены, что их успех был обусловлен «безумными боевыми навыками и супер-удивительными устройствами».

Но у Бианы была другая, гораздо более интересная теория.

Биана подумала, что Веспера хочет, чтобы ее план провалился… хотя бы немного.

В конце концов, леди Гизела вынудила Весперу вступить с ними в Союз, и Веспера ясно дала понять, что у них противоположные взгляды. Так что, возможно, Веспера решила, что идеальный момент для того, чтобы взять власть в свои руки — это когда леди Гизела отвлекается на все свои грандиозные планы по наследию сына. Это объяснило бы, почему появились Веспера и Гезен, подняли тревогу в городе, сказали кучу полуправд, чтобы разозлить всех, а затем сбежали, оставив карликов сражаться за них… что определенно не имело зрелища и чутья обычных схем Весперы. И это дало группе Бианы время закончить бой и отправиться в качестве прикрытия против леди Гизелы.

И если Биана была права… Веспера почти получила то, что хотела.

Там вырубил леди Гизелу… и связал ее узами теневого потока.

Но каким-то образом леди Гизела все-таки ускользнула.

Там чувствовал себя ответственным, потому что он только связал ей руки, думая, что заставляет ее чувствовать то, что она сделала с ним, и не подумал, что, оставив ее ноги свободными, даст ей шанс уйти, если она придет в сознание.

Но Софи не могла не задаться вопросом, имеет ли к этому отношение Мерцание… и Софи была не единственной, кто так думал.

На самом деле, после разговора со всеми ее друзьями, звучало так, будто они хотели узнать намного больше о таинственной Вспышке, прежде чем будут готовы доверять ей… а Мерцание была ужасно скрытной.

— Она даже плащ не снимает! — сказала на следующее утро Линн, когда зашла в лечебный центр, чтобы проверить, как там дела: — Она ушла от Невидимок два дня назад и даже капюшон не опустила. Я готова сорвать его приливной волной.

Софи улыбнулась, глядя, как Линн расхаживает вперед-назад.

— Напомни мне никогда не задевать твою плохую сторону.

Но она определенно понимала, почему Линн так защищала ее.

Она только что вернула своего брата.

А Мерцание даже не назвала им своего настоящего имени.

К тому же… Софи поняла кое-что еще… кое-что, на что она решила не указывать, пока у нее не будет времени задать Мерцанию еще несколько вопросов.

Но… у Мерцания не было веревок на запястьях, которые заставляли бы ее что-то делать.

И все же она нисколько не колебалась, прежде чем взорвать этертиновую корону на голове Кифа.

— Я ей не доверяю, — пробормотала Линн, собирая воду в воздухе и превращая ее в птицу, заставляя летать по комнате. — И Там считает, что мы должны пригласить ее жить с нами.

Софи выпрямилась.

— Ты ведь не позволишь ей, правда?

Водяная птица опустилась на плечо Линн.

— Я сказала ему, что если он попробует, то дождевая туча будет преследовать ее повсюду. Это не такая уж страшная угроза, но… я не знала, как разозлить Тама. Его… сейчас трудно понять. — Она снова отправила водяную птицу в полет.

— Он через многое прошел, — сказала Софи, что Линн уже знала, но Софи не могла придумать, что еще сказать. — Как у него дела? — тихо добавила она. — Честно?

Линн вздохнула.

— Он… другой.

Это слово заставило их обоих повернуться к Кифу, который все еще не проснулся и даже не пошевелился.

— Как у него дела? — тихо спросила Линн.

Софи вздохнула.

— Элвин говорит, что все его жизненные показатели в норме, и нам просто нужно набраться терпения. И когда я проверила его сны, там было что-то про армию печений в форме эльфов… не спрашивай, — добавила она, когда брови Линн поднялись.

— Ну… это звучит как очень хороший сон, — решила Линн.

— Да, — согласилась Софи. — Но… я хочу, чтобы он проснулся.

Он не проснулся и на следующий день — на третий — даже после того, как Софи решила снова и снова повторять свою просьбу.

Проснись! Проснись! Проснись!

Киф! Киф! Киф!

Когда это не сработало, она попыталась торговаться.

Потом угрожать.

Ро даже остановилась и закричала ему прямо в лицо.

— Он просто пытается избежать наказания, — решила принцесса-огр, — потому что знает, что я должна ему за амеб и нарушение нашего пари.

Она начала перечислять возможности… громко.

Пытаясь напугать Кифа, чтобы он проснулся.

— Для протокола, я голосую за все, что включает бритую голову, — сказал Фитц с порога.

И Софи издала звук, который был чем-то средним между вздохом и писком.

Но она ничего не могла с собой поделать.

Это был первый раз, когда она увидела его после Лоамнора.

Он несколько раз проверял телепатически… но только быстрые вопросы и односложные ответы.

И вот теперь он был здесь.

Выглядел великолепно, идеально и… нервно.

И она выглядела как человек, который бежал прямо из Лоамнора в лечебный центр и не покидал его в течение трех дней, полагаясь на поспешные обтирания губкой и одалживая цветастой пижамы Элвина.

Конечно, пижама, которая была на ней в данный момент, была покрыта крошечными аардволками.

— Сейчас не время? — спросил Фитц, когда Софи ничего не ответила, и его взгляд метнулся к Ро.

— Дай угадаю, — проворчала Ро. — Вы двое хотите побыть наедине?

— Мы будем не одни, — напомнила Софи, указывая на Кифа.

К тому же Сандор был с Элвином в соседней комнате.

— ТЫ СЛЫШИШЬ, ОФИГЕННОВОЛОСЫЙ? — крикнула Ро. — ТЫ БУДЕШЬ ЕДИНСТВЕННОЙ КОМПАНЬОНКОЙ ФИТЦФИ. ТЕБЕ НЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО ДЛЯ ЭТОГО НАДО ПРОСНУТЬСЯ?

К сожалению, Киф до сих пор никак не отреагировал.

Но Софи и Фитц определенно съежились.

Ро наклонила голову, чтобы рассмотреть их, и ее губы растянулись в улыбке.

— Ладно, пожалуй, я оставлю вас наедине, чтобы вы могли поговорить. Веселитесь!

Потом она исчезла, и все, чего не хватало — это звукового сопровождения стрекочущих сверчков.

— Извини, что не зашел раньше, — наконец сказал Фитц, проводя рукой по волосам. — Я пытался найти Альвара.

Софи откинулась на подушку.

— Если ты пришел сюда, чтобы…

— Нет! — прервал Фитц, протягивая руки. — Извини, я не хотел, чтобы это прозвучало так. Я просто имел в виду… я подумал, что Альвар может знать немного больше об этой трансформации или что-то еще… что-то, что поможет нам узнать, должен ли Киф уже проснуться или нет.

— Мне кажется, что так и должно быть, не так ли? — тихо спросила Софи.

Фитц кивнул.

— Но… я почти уверен, что был без сознания гораздо дольше, после того как подвергся воздействию теневого потока.

— Так и было, — согласилась Софи. — Но… Элвин также давал тебе успокоительное.

— Да. Верно. — Он снова провел рукой по волосам.

И снова воцарилась тишина. Пока Софи не сказала:

— Думаю, ты не смог найти Альвара.

Он покачал головой, и она ждала, что он скажет, что если бы она не отпустила Альвара, им не пришлось бы его искать.

Но он просто сказал:

— Пока нет. Но я продолжу поиски. Обещаю. Я имею в виду… знаю, что Киф будет в порядке. Знаю, что он проснется, и у него будет какая-то действительно классная новая способность, которая сведет нас всех с ума. Но… ждать тяжело.

— Да, — согласилась Софи, подергивая ресницы.

Она начала загадывать желания на них каждый раз, когда какая-то вырывалась.

Пожалуйста, проснись, Киф.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— Но это помогает не терять времени, — тихо добавил Фитц. — Именно поэтому я здесь. Знаю, ты не хотела оставлять Кифа одного. Но… думаю, ты умираешь от желания пойти домой и принять душ, переодеться…

— Ты хочешь сказать, что от меня плохо пахнет? — перебила Софи, улыбнувшись, когда глаза Фитца расширились. — Я шучу. Знаю, это не то, что ты имел в виду.