Курт посмотрел на работницу.
— Мы ее берем.
Губы работницы дрогнули, и она сказала:
— У нас существует процесс подачи заявки, занимающий всего пару дней на получение одобрения.
— Мы обходим процедуру подачи заявки, — объявил Курт.
— Курт, — успокаивающе пробормотал Кэди, и он почувствовал, что она поднимается на ноги.
— Сэр, я понимаю, что вы представитель органов власти, — начала работница, косясь на рубашку и куртку шерифа. — Но наши процедуры предназначены для защиты животных, и мы относимся к ним серьезно. Процесс подачи заявки занимает всего три дня, так как мы также, очевидно, хотим, чтобы наши животные обрели теплый и уютный дом.
— Мисс Морленд подаст заявку, но она забирает собаку прямо сейчас, и если у вас возникнут какие-то проблемы с ее заявлением, вы сможете сообщить ей, и мы разберемся с этим позже. А поскольку они не возникнут, все будет в порядке.
— Сэр…
Он был не из тех, кто злоупотребляет властью.
Если только в этом не было необходимости.
Как сейчас.
— Шериф, — поправил он.
Работница взглядом обратился за помощью к Кэди.
И Кэди сделала, что смогла, сказав:
— Я могу подождать эту красавицу три дня.
Кэди запустила руку в шерсть между ушами сидевшей рядом с ней собаки, та, высунув язык, не сводила глаз с Курта.
Курт посмотрел на работницу.
— Как давно собака здесь находится?
— Около четырех месяцев.
Кэди издала огорченный звук, который Курту совсем не понравился.
Вот именно.
— Мы обходим процедуру, — заявил он.
— Сэр... то есть, шериф…
— Вы серьезно хотите, чтобы эта собака оставалась в клетке еще три дня? — спросил Курт.
Она посмотрела на Кэди, собаку, Курта, а затем вздохнула, прежде чем сказать Кэди:
— Я принесу вам бланки.
Она ушла, а Кэди приблизилась к нему.
Собака шла рядом с ней, будто была рождена идти рядом с Кэди.
Блестяще.
— Курт, у меня нет ни поводка, ни ошейника, ни еды или…
— Мы заедем в зоомагазин.
Ее брови взлетели вверх.
— Разве тебе не нужно ловить поджигателя, убийцу, бывшего торговца наркотиками?
— К счастью, у меня есть сообразительные помощники, вроде меня, и они полностью осведомлены о том, что их шеф — вероятная цель поджигателя, убийцы, бывшего торговца наркотиками, так что они могут начать дело, пока я свожу тебя и твою новую собаку в зоомагазин.
— Я думаю, ты немного сумасшедший, — прошептала она.
— А я думаю, что не засну ни на одну чертову минуту, пока не узнаю, что Ларса поймали, так, может, ты мне поможешь, позволив устроить вас с гребаной собакой, чтобы я мог поспать ночью хотя бы час, а не, скажем, совсем нисколько.
Она смотрела на него большими глазами в течение нескольких минут, показавшихся вечностью, прежде чем сказала:
— Ладно.
— Хорошо, а теперь давай заполним заявку и заберем отсюда эту девочку.
На это она одарила его улыбкой.
— Хорошо.
Она заполнила заявление.
Они съездили в зоомагазин.
И, наконец, он отвел ее обратно к маяку, проигнорировав взгляд, которым Кэди его наградила, когда он отказался позволить ей нести огромный пакет с собачьим кормом в дом (как и не позволил ей грузить его в тележку в магазине или в пикап, и в те разы она бросала на него те же самые взгляды).
Собака не стала осматриваться в новом доме.
Она вскочила прямо на диван Кэди и со стоном улеглась, будто жила здесь с тех пор, как была щенком, и придя после утомительной прогулки, ей нужно было немного поспать.
Когда Кэди это увидела, она лучезарно ему улыбнулась.
Чертова улыбка.
Ладно, ладно.
Он определенно скучал по тому, чтобы держаться с ней за руки, и точно по всему остальному.
А еще он скучал по ее улыбке.
— Я вернусь позже, чтобы вставить глазок, — ответил он на эту эмоцию.
Улыбка погасла, и она ответила:
— Я могу попросить Уолта.
Он не знал, кто такой Уолт, и сейчас у него не было способности думать об этом без того, чтобы, скорее всего, не прореветь требование точно знать, кто, черт возьми, этот парень Уолт, и, вероятно, напугать ее больше, чем то, что она уже стала возможной целью мести.
Это означало, что ему также необходимо прийти к пониманию того, почему он чувствовал такое непреодолимое желание спросить, кто именно, черт возьми, этот парень Уолт.
Хотя, черт бы его побрал, он знал, почему у него возникло это желание.
Вместо этого, сохраняя жесткий контроль, он спросил:
— Может ли Уолт бросить все и сделать это сегодня вечером?
— Может, если я напугаю его тем, что кто-то может хотеть моей смерти. Но тогда он приедет только ради того, чтобы похитить меня, потому что такой уж он парень, но даже если и нет, его жена — такая женщина. Так что, возможно, стоит просто сказать, что я чувствую себя немного странно из-за того, что у меня нет глазка, и попросить его заняться этим как можно скорее. Он все еще здесь со своими парнями, которые занимаются помещением над гаражом, хотя сегодня днем они свободны, потому что утром уложили полы и пока не могут по ним ходить. Но мне придется подождать самое большее до завтра.
У Уолта была жена.
И они еще не закончили работу в помещении, так что Кэди оставалась одна только по ночам, а все остальное время команда мужчин находилась на территории.
Курт расслабился.
— Как насчет того, чтобы просто сказать, что он у тебя будет сегодня вечером, потому что его установлю я?
— Курт.
— Кэди.
Больше он не сказал ни слова, и по какой-то причине она сжалась всем телом.
У него не было на это времени.
У нее была собака. Собака, которая, как им сказали, яростно защищала своего владельца. Курт понятия не имел, знает ли в данный момент собака, кто такая Кэди, но он предчувствовал, что собака знает, что такое пакет с кормом и диван, так что если она еще не осознавала своего положения, то была к этому близка.
Так что в этом вопросе он мог передохнуть час или два.
Ему нужно в участок, посмотреть, как далеко продвинулись люди с его распоряжениями. Он должен приказать установить сигнализацию в доме Ким. И ему нужно добраться до хозяйственного магазина, чтобы найти глазок. Затем следует отвезти Ким фотографию Ларса Педерсена.
— Я напишу, прежде чем приехать, — сказал он.
— Хорошо.
— Кэди, всегда запирай двери.
Она кивнула.
— Ладно.
Он посмотрел на нее, все еще в шапочке, с волосами, обрамлявшими щеки и шею.
Посмотрел на собаку, которая, казалось, крепко спала.
Затем вышел за дверь.