Старший брат Хорикиты тихо выслушивал. Класс C желал пойти на компромисс. Если бы не Сакура, Судо могли бы отстранить больше чем на месяц. Это хорошее предложение.

— Не надо крутиться вокруг да около! Это не шутка!

Судо был в ярости.

— Чабашира-сенсей. Что вы думаете?

Сакагами-сенсей даже не посмотрел на Судо.

— Похоже, мы пришли к логическому заключению. Нет причин отказывать этому предложению.

Хорикита посмотрела на верх, тихо обдумывая ситуацию. Как бы мы не сопротивлялись, Судо не останется абсолютно безнаказанным. Она знала это с самого начала.

Похоже, она согласна на компромисс. Для ученицы класса D Хорикита удивительна.

Однако, если она целит в класс A, мы не можем сдаться сейчас. Я не хотел говорить до последнего, но решил протянуть ей руку помощи. Возможно, я делаю это из уважения к стараниям Сакуры.

— Хорикита, неужели у нас не осталось вариантов?

— …

Она не ответила. Осталось ли у нее хоть что-то?

— Я не очень умен, поэтому не могу прийти к иному заключению. Я думаю, что нам стоит принять эти условия, которые вы нам предлагаете, Сакагами-сенсей.

— Верно.

Он улыбнулся, поправляя очки.

— У нас нет иных доказательств невиновности Судо. Полагаю, их не существует. Если бы все это произошло в кабинете или коридоре, где их могли видеть другие ученики, у нас бы было больше свидетелей. Но таких людей нет. Мы не можем ничего поделать.

Я глубоко вздохнул и покачал головой. Мы с Хорикитой посмотрели друг на друга. Я сказал так, будто мы принимаем поражение.

— Я понимаю, почему мы ведем эту беседу. Но сколько бы это не длилось, класс C не признает, что лжет. Как и Судо. Мы просто продолжим бессмысленный спор. Честно говоря, мне начинает казаться, что нам вообще не стоило затевать все это. Вы так не считаете?

Хорикита посмотрела в пол. Интересно, о чем она думает. Если она не обдумала моих слов, то все закончится здесь и сейчас.

— Значит, на этом все? Представителем класса D является Хорикита-сан. Прошу, выскажите нам свое мнение по данному поводу.

Сакагами-сенсей воспринял мои слава как принятие поражения. Его лицо выражало довольство победой.

— Я понимаю…

Она медленно подняла взгляд.

— Хорикита! — закричал Судо.

Это был крик человека, меньше всех желавшего принять поражение. Он не мог. Однако, Хорикита не останавливалась.

— Я думаю, что Судо, вызвавший этот инцидент, имеет проблемы. Он никогда не обдумывает свои поступки, что приводит окружающих в ступор. Он уже участвовал в драках. Он из тех людей, которые поднимают голос и кулаки, не думая. В такой ситуации очевидно, кто виноват.

— Э-эй!

— Тебе нужно понять, Судо. Твое поведение вызвало это, — Хорикита продолжала давить на него.

— Поэтому я не хотела выступать и помогать тебе изначально. Я знала, что даже если протянуть тебе руку помощи, ты повторишь свои ошибки.

— Очень честный ответ. Похоже, теперь все решено?

— Спасибо большое. Можешь присаживаться, — секретарь Тачибана обратилась к Хориките.

Наступила тишина. Ее нарушило раздраженное ворчание Судо. Хорикита не сдвинулась с места.

— Не могли бы вы присесть? — она снова попросила Хорикиту занять свое место. Но та продолжала стоять на своем месте, глядя на учителей.

— Он должен следить за собой. Но не в этом случае. Он должен оглядываться на свои прошлые действия. Но в данной ситуации он не сделал ничего плохого. Эта ситуация сложилась не случайно. Я убеждена, что ее подстроили ученики класса C. Я не собираюсь просто сдаваться.

Этими словами она нарушила тишину.

— Что ты хочешь этим сказать?

Президент посмотрел на свою младшую сестру в первый раз. Она не поколебалась. Хорикита понимала, что сейчас не время для того, чтобы бояться, что ей нужно быть храброй на глазах Сакуры. Или же она поняла, как прийти к решению проблемы?

— Если вам не ясно, я повторюсь. Мы считаем, что Судо-кун абсолютно невиновен. Поэтому он не должен нести наказания за произошедшее в тот день.

— Ха-ха… Я даже не знаю, что сказать. Мы намеренно сделали это? Какое безумное заявление. Похоже сестра президента студенческого совета может лишь нести чушь.

— Судо-кун стал жертвой, как и заявил свидетель. Прошу не перефразировать мое заявление.

От класса С послышались выкрики.

— Что за чушь? Я здесь жертва!

Судо тоже поднял голос. Возражения лились с обеих сторон. Все понимали, что так к решению не прийти.

— Достаточно. Это лишняя трата времени.

Хорикита Манабу посмотрел на нас.

— Видно, что каждая сторона придерживается полностью противоположного мнения другой. В таком случае, кто-то из них нагло лжет.

D или C? Какой из классов пытается обмануть школу? Если ответ будет найден, наказание будет гораздо более жестоким.

— Я спрашиваю вас, класс C. Вы солгали нам сегодня?

— К… Конечно нет!

— Что насчет вас, класс D?

— Я не лгала. Все, что я сказала — правда.

— Завтра мы устраиваем повторный сбор. В четыре часа. Если мы не уладим все разногласия, то будем опираться на предоставленные доказательства. В таком случае дело может дойти до исключения. На этом все.

Этим заявлением президент закончил. За этот короткий промежуток времени можно найти новые доказательства.

— Можно ли отложить повторный сбор? — спросила Хорикита, подняв руку.

— Если бы это было возможно, президент дал бы больше времени. Иначе говоря, он считает, что этого должно быть достаточно в этой ситуации. Дополнительный срок предоставляется только в особых случаях.

Чабашира-сенсей перекрестила руки на груди.

Нам приказали покинуть кабинет. Все были недовольны, выходя из класса. Сакагами-сенсей подошел к Сакуре, которая, казалось, была готова заплакать. Он сказал ей что-то очень холодно.

— Я хочу, чтобы ты понимала, что из-за твоей лжи в это будет втянуто множество студентов. Если ты думаешь, что тебя пожалеют, если ты заплачешь, то ты ошибаешься. Тебе стоит постыдиться своих действий.

С этими словами он и класс C ушли. Ученики их класса постоянно обсуждали то, как свидетель солгал, словно они хотели, чтобы Сакура их услышала. Тишина нависла над кабинетом школьного совета. Сакура изо всех сил попыталась собраться, но не смогла сдержать слез.

— Я старалась изо всех сил, но есть ли у нас хоть шанс? Хорикита?

— Я не сдамся. Я продолжу бороться.

— Ты ведь понимаешь, что проблему не решить лишь одним упорством? Это коснется и других людей.

— Я не собираюсь проигрывать. На этом прошу меня простить.

Хорикита развернулась и ушла. Судо последовал за ней. Мы с Сакурой вышли из кабинета вместе.

— Прости, Аянокоджи-кун… Если бы я рассказала об этом сразу, все было бы хорошо, но… все вышло так из-за того, что мне не хватило сил.

— Ничего бы не изменилось. Их бы все равно не устроило то, что ты из класса D. Все бы закончилось так же.

— Но!

Если они подозревают Сакуру во лжи, она не сможет спасти Судо в одиночку. По ее щекам продолжали течь слезы. Если бы Хирата был здесь, он бы предложил ей платок. Эта ситуация напомнила мне случай с Хорикитой.

Почему этот мир делится на победителей и проигравших? Я стал свидетелем стольких побед и поражений, видел печаль и радость, связанную с ними. Я не мог просто бросить Сакуру. Поэтому я решил подождать пока она не сможет двигаться.

— Вы все еще здесь?

Старший брат Хорикиты, и секретарь Тачибана вышли из кабинета.

— Что планируешь делать?

— О чем ты?

— Я думал, что ты пришел сюда с Сузуне, придумав какой-то грандиозный план.

— Я не Чжугэ Лян и не Курода Камбэй. У меня нет плана.

— Значит, мою сестренку просто понесло, когда она начала отчаянно заявлять о невиновности Судо?

— Не думаю.

— Понятно.

Обычно наши разговоры с ним были коротки, но этот продолжался. Хоть он и создал не лучшее впечатление при нашей первой встрече, с ним легко общаться. Стоило ожидать подобного от человека, поднявшегося так высоко. Он хорошо понимал людскую суть.

— О том, что ты сказала, Сакура. Живые свидетели бесценны. Однако, не забывай, что их важность определяется тем, насколько они правдивы. Что бы ты ни сказала, твои заявления будут под сомнением, поскольку ты учишься в классе D. Ни при каких условиях мы не можем быть уверены в твоих словах на сто процентов.

Короче говоря, он назвал ее лгуньей.

— Я-я… я просто… сказала правду…

— Если ты не можешь этого доказать, то в этом нет смысла.

Сакура опустила голову, продолжая плакать.

— Я верю ей.

— Поскольку ты тоже учишься в классе D, не удивительно, что ты хочешь верить ей.

— Я не сказал, что я хочу верить. Я сказал, что верю ей. Это разные вещи.

— Ты можешь доказать это? Доказать, что она не лжет?

— Это не моя задача. Твоя сестра докажет. Если Сакура говорит правду, то она найдет способ убедить всех.

Он усмехнулся.

Когда эти двое ушли, я подошел к Сакуре, продолжавшей стоять на прежнем месте.

— Ну же. Подними голову, Сакура. Нельзя же вечно плакать.

— Но… ведь это моя вина… хнык.

— Ты все сделала правильно. Ты рассказала правду. Верно?

— Но… я…

— Я повторюсь. Ты все сделала правильно.

Я склонился, чтобы посмотреть ей в глаза. Она опустила голову сильнее, будто не желая, чтобы кто-то видел ее слез.

— Я верю в тебя. Я очень благодарен тебе за то, что ты пришла сегодня. Спасибо тебе. У нас появился шанс спасти Судо и одноклассников.

— Но… я… не была абсолютно бесполезна?

Насколько низка ее самооценка?

— Я верю тебе, потому что ты мой друг.

Я положил руку на ее плечо и повернул ее к себе, стараясь заставить посмотреть мне в глаза.

— Делай это ради себя.