— Возьми себя в руки, Хорикита. Такими темпами мы проиграем. Ты должна бороться!

— Тц…

Она посмотрела на класс C, на учителя, на своего старшего брата. Похоже, она начала понимать, насколько плохо наше положение…

— Прошу прощения. Могу я задать вопрос?

— Вы не против, президент?

— Разрешаю. Но в следующий раз попрошу делать это вовремя.

Хорикита медленно поднялась со своего места.

— Ранее вы сказали, что Судо-кун вызвал вас к тому месту. Но кого именно он позвал и под каким предлогом?

Комия и остальные переглянулись, не понимая почему она задала это вопрос сейчас.

— Прошу, отвечайте, — она добавила эти слова, придавая агрессивности своему вопросу.

Секретарь Тачибана позволила это.

— Мы с Кондо не знаем, зачем он позвал нас. Когда мы закончили с клубом, он подошел к нам в раздевалке, сказав, что хочет обсудить на пару минут. Разве причина не в том, что он просто недолюбливает нас?

— Тогда почему ты, Ишизаки-кун, был там? Ты не состоишь в баскетбольной команде, ты никак не причастен к этому делу. Твое присутствие там кажется подозрительным.

— Это… я пришел в качестве поддержки. Ходили слухи, что Судо жесток. И он находится в лучшей физической форме, чем мы. Я обязан был пойти.

— Иначе говоря, вы понимали, что ситуация может обернуться боем?

— Да, — они ответили в унисон. Будто они ожидали этих вопросов. Похоже, класс C как следует подготовился.

— Понятно. Значит, вы взяли с собой Ишизаки-куна, поскольку он считается довольно хорошим бойцом. На случай, если дойдет до драки.

— Это было для самозащиты. К тому же, мы не знали, что Ишизаки-кун хороший боец. Мы просто считаем его надежным другом.

Хорикита тихо выслушивала их ответы, прорабатывая в голове всевозможные исходы. Наконец, она сделала следующий ход.

— Я владею боевыми искусствами, но лишь в некоторой степени. Я понимаю, что в бою с несколькими противниками добиться победы становится гораздо сложнее. Поэтому я не понимаю, как ему удалось разгромить вас с такой легкостью. Тем более, когда с вами был такой опытный боец как Ишизаки-кун.

— Потому что мы не планировали драться.

— Главной причиной драки является выброс энергии обеих сторон. В ситуации, когда вы не намерены драться, вероятность получения травм крайне мала. Тем более, если вас трое.

Позиция Хорикиты вполне разумна. Она подкреплена доказательствами и логикой. Комия отбивался своим оружием, вот доказательство.

— Такая логика не относится к Судо-куну. Он невероятно жесток. Даже если мы не были настроены на бой, его это не остановило.

Он отклеил пластырь, который скрывал ссадину на щеке. Насколько бы не были разумны аргументы Хорикиты, его ранения были серьезным доказательством.

— Вы закончили свои претензии, класс D?

Холодно произнес президент студенческого совета. После своего долгого молчания, он был краток и холоден. Его слова будто намекали, что с такими доводами лучше было бы промолчать.

— Судо, действительно, покалечил этих учеников. Однако, класс C развязал эту драку. Есть один ученик, ставший свидетелем происшествия.

— Прошу войти свидетеля класса D.

Сакура обеспокоенно и растерянно вошла в кабинет. Она смотрела в пол.

— 1-D. Сакура Айри-сан.

— Помню, что слышал что-то о свидетеле, но ты ведь из класса D? — спросил Сакагами, протирая свои очки.

— Есть какая-то проблема, Сакагами-сенсей?

— Нет. Прошу, продолжайте.

Чабашира-сенсей обменялась с ним взглядами.

— Если ты не против, можешь начинать, Сакура-сан.

— Д-да, хорошо… Я…

Она остановилась. Наступила тишина. Десять секунд. Двадцать секунд. Она продолжала смотреть в пол. Лицо Сакуры побледнело.

— Сакура-сан…

Хорикита не могла более этого терпеть, и обратилась к Сакуре. Похоже, та не слышала.

— Похоже, она ничего не видела. Дальнейший расспрос будет только тратой времени.

— Вы торопитесь, Сакагами-сенсей?

— Я хочу закончить поскорее. Если мы продолжим тратить время, мои студенты пострадают. Эти ребята — сердце нашего класса. Поэтому я уверен, что многие одноклассники переживают за них. Более того, они хотят скорее заняться клубной деятельностью, но мы отнимаем время их тренировок. Будучи классным руководителем, я не могу игнорировать такое.

— Понятно. Думаю, тут вы правы.

Казалось, что Чабашира-сенсей встанет на сторону класса D, но это не в этом случае. Наоборот, она согласилась с Сакагами-сенсеем.

— Ты определенно прав, что это трата времени, поэтому у нас нет иного выбора. Ты можешь спускаться, Сакура.

Чабашира-сенсей приказала ей выйти, будто она потеряла интерес. Члены студенческого совета, похоже, тоже не желали отлагать это дело. Сакура закрыла глаза, она словно не могла больше терпеть все это. Она жалела о том, что так слаба. Даже Судо, Хорикита и я чувствовали это.

Но это произошло. Неожиданный возглас.

— Я видела все произошедшее!

Это был голос Сакуры. Правда, потребовалось несколько секунд, чтобы понять это. Меня поразила громкость.

— Студенты класса C нанесли первый удар. Это точно!

В ее словах была сила, заставляющая поверить всему, что она говорит, но продлилось это всего пару минут.

— Прошу прощения. Могу я кое-что сказать? — Сакагами-сенсей поднял руку. — Обычно учителя не должны много говорить, но эта ситуация слишком смехотворна. Вы не против, президент?

— Разрешаю.

— Я не сомневаюсь в том, что ты сказала, Сакура-сан. Однако, я хочу кое-что спросить. Ты решила выступить свидетелем, но как-то запоздала с этим. Почему же? Если ты, действительно, видела все, ты должна была сообщить об этом гораздо раньше.

Точка зрения Сакагами-сенсея была аналогична Чабашире-сенсею.

— Это… Просто… Я не хотела ввязываться…

— Почему ты не хотела ввязываться?

— Потому что я плохо контактирую с людьми…

— Понятно. Однако, на этой неделе ты внезапно решила выступить в качестве свидетеля. Странно, не так ли? Похоже, класс D решил выдумать историю и заставить тебя выступить.

После короткого обсуждения члены класса C согласились.

— Это… Я просто… говорю правду…

— Не важно насколько плохи твои способности в общении, я не услышал уверенности в твоих словах. Тебя мучает чувство вины из-за того, что тебе приходится лгать?

— Н-нет, дело не в этом…

— Я не виню тебя. Скорее всего тебя заставили врать ради класса. Ради спасения Судо-куна. Не так ли? Если ты признаешься во всем, тебя не накажут.

Психологические атаки шли одна за другой. Конечно же, Хорикита подняла руку.

— Дело не в этом. Очевидно Сакура-сан плоха в общении. Но стоит она здесь именно потому что видела все. Если бы мы выдумали это, то взяли бы более уверенного человека. Вы так не считаете?

— Не считаю. В вашем классе много умных студентов. Таких как ты, Хорикита-сан. Подставляя таких людей, как Сакура-сан вы бы придали ситуации реализм.

Сакагами-сенсей, похоже, сам этому не верил. Но что бы мы не сказали, он заблокировал бы нас. Как я и думал, свидетеля из класса D недостаточно. Что бы мы не привели, они скажут, что это ложь.

Наши варианты иссякли? С враждебным взглядом Сакагами-сенсей откинулся на спинку кресла.

— Если вы хотите доказательств… Я их предоставлю!

Сакагами-сенсей застыл.

— Прошу, хватит продолжать. Если бы у вас были доказательства, вы бы давно их предоставили…

Сакура громко ударила по столу и бросила на него несколько кусочков бумаги.

— Что это?

Видя, что отвечает она уже не словами, их классный руководитель впервые забеспокоился.

— Доказательство того, что я была там!

Секретарь Тачибана подошла к Сакуре. Немного поколебавшись, она взяла кусочки бумаги. Это были фотографии.

— Президент.

Взглянув на фото, секретарь передала их президенту студенческого совета. Рассмотрев их Хорикита выложил фотографии на всеобщее обозрение. На них была Сакура в образе Шизуку.

— Я… я тайно ищу места, в которых я могу делать фотографии. На фото есть дата и время, что подтверждает мое присутствие там.

Фото были сделаны неделю назад вечером. Как раз тогда произошел инцидент. У нас с Хорикитой перехватило дух при виде новых доказательств. Ученики класса C начали волноваться. Было видно, что их трясет.

— С помощью чего были сделаны эти фото?

— Цифровая… камера.

— На ней можно менять дату и время. Это доказательство нельзя считать достоверным.

— Но Сакагами-сенсей. Не думаете, что это фото отличается?

Хорикита старший достал фотографию, которую мы еще не видели, и протянул ее учителю.

— Э-это?!

На фото был виден сам бой. Коридор школы был налит светом закатного солнца. Похоже, на фото было изображено то, что произошло сразу после того, как Судо ударил Ишизаки.

— Думаю, вы поверите, что я была там, увидев… это.

— Благодарю, Сакура-сан.

Это фото спасло и Хорикиту. Спасло из такой неблагоприятной ситуации…

— Понятно. Похоже, ты не соврала о том, что стала свидетелем инцидента. Я могу это принять. Однако, я не могу быть уверен, как все началось, глядя на эту фотографию.

Фото определенно было сделано, когда бой уже был окончен. Нельзя назвать это неопровержимым доказательством.

— Итак, что думаете, Чабашира-сенсей? Почему бы нам не пойти на компромисс?

— Компромисс?

— Я убежден, что Судо-кун солгал, когда выступал.

— Ты урод!

Судо приподнялся, словно был готов выпрыгнуть из кресла, но взял себя в руки и сел обратно.

— Сколько бы мы не обсуждали это, мы не придем к соглашению. Мы не изменим нашего мнения, а вы не признаетесь, что свидетель лжет. Иначе говоря, вы не остановитесь. Мы будем оставаться в бесконечном цикле обвинения противоположной стороны во лжи. Это фото нельзя назвать неопровержимым доказательством. Поэтому я предлагаю пойти на компромисс. Я убежден, что мои ученики отчасти виноваты в произошедшем. Против Судо вышли трое. Один нередко дрался в прошлом. Как насчет двух недель отстранения Судо от школы, и по неделе для моих учеников? Конечно, наказания не равны, но я сделал вывод опираясь на ранения этих ребят.