Я не хочу идти наверх, - подумал он.

Он не хотел идти наверх даже больше, чем исследовать дальний конец коридора.

Пройдя боком через фойе, Байрон направился к парадной двери. Дернул за ручку. Дверь, казалось, примерзла к месту.

Свет фонарика упал на почтовые ящики. В его доме были такие же. Но только в его здании на каждом ящике был указан номер квартиры и фамилия. Здесь такого не было.

Это вовсе не удивило Байрона. Но ужас проник еще глубже.

Я уже слишком далеко зашел, - сказал он себе. И не собираюсь теперь идти на попятную.

Дрожа, он шагнул к лестнице. Он поднялся на одну ступеньку, затем на вторую. Мускулы на ногах были словно теплое желе. Он остановился. Посветил на две следующие ступени, которые не мог видеть снизу. По-прежнему, крови нет.

Она не пошла этим путем, - сказал он себе. - А если пошла - то и черт с нею.

Я на поиски в заброшенном доме не подписывался. Это идиотизм. Одному Богу известно, кто может прятаться в пустых комнатах.

Байрон, не разворачиваясь, спустился вниз и поспешил прочь, страстно желая достичь коридора, ведущего к боковому выходу в переулок.

Он чувствовал себя пристыженным за то, что так вот все бросил.

Никто даже и не узнает.

Но, приблизившись к примыкающему коридору, он заколебался. Он посветил на входную дверь. В двадцати футах. Не больше. Он окажется на улице уже через несколько секунд.

Но что же станется с раненым?

Ты никогда не узнаешь, - подумал он.

Ты всегда будешь гадать.

Предположим, это прекрасная молодая женщина, блуждающая в шоке, медленно истекающая кровью до смерти? Представим, что ты - ее единственный шанс?

Мне все равно. Я наверх не пойду.

Но как насчет той открытой двери?

Он бы мог туда заглянуть, не так ли?

Он направил туда луч фонарика.

И услышал слабый шелестящий вздох.

О, мой Бог!

Байрон взглянул в сторону двери. Вздох доносился оттуда, он был уверен.

- Эй? - позвал он.

Кто-то застонал.

Байрон посмотрел на дверь черного хода, покачал головой и поспешил по коридору.

Поздновато дрейфить, - думал он, чувствуя, невзирая на дурные предчувствия, странное удовольствие.

Я все-таки буду героем.

- Я здесь, - сказал он, подбегая к двери. - Я помогу вам.

Он ворвался в комнату.

Луч фонарика заметался из стороны в сторону. Яркий свет скользил по углам комнаты. По голым доскам пола. Мимо окон и батареи.

За спиной Байрона захлопнулась дверь.

Он ахнул и резко обернулся.

Тонкое всхлипывание вырвалось из его горла, и он отпрянул назад, чувствуя, как горячая моча заструилась по ноге.

Стоявший за дверью мужчина ухмылялся влажными красными губами. Он был лыс. У него даже не было бровей. И ни намека на шею. Его голова, казалось, была вдавлена между двумя массивными плечами.

Его кровавые губы лыбились Байрону из-за прозрачной пластиковой трубки.

Типа соломинки. Заляпанной изнутри красным.

Трубка вилась от его губ к телу, лежащему как в колыбели в его толстых руках.

Бесчувственному телу молодого человека, чья голова была запрокинута назад, будто он находил что-то завораживающее в дальней стене. Он был одет в джинсы и клетчатую рубашку. Рубашка была распахнута и болталась. Из центра груди торчало нечто, напоминающее металлический штырь - очевидно полый внутри - который соединялся с пластиковой трубкой. Тоненький кровавый ручеек тянулся от дыры, через его грудь и вниз по ребрам.

Вот оно, - понял Байрон, - вот она, дорожка, которая привела его сюда.

Он представил себе чудовищного раздутого мужчину, несущего тело по улицам города - квартал за кварталом, высасывающего кровь прямо на ходу.

Ужасный мужчина встряхнул тело. Его щеки втягивались, когда он сосал. Небольшое количество красной жижи взметнулось вверх по трубке. Байрон услышал хлюпающий глухой звук - какой издает соломинка, когда выпиваешь до дна шоколадный коктейль.

Затем раздался еще один мягкий вздох.

- Вся вышла, - пробормотал мужчина.

Его губы разошлись, обнажая кровавые зубы, сжимавшие трубку.

Он бросил тело.

Штырь выскочил из груди жертвы и закачался на конце трубки.

- Я рад, что ты здесь, - сказал мужчина. - Я просто страдаю от жажды.

Обхватив толстыми пальцами штырь, он перешагнул через тело.

Байрон развернулся, побежал и прыгнул. Он закрыл голову руками за миг до того, как врезаться в окно. Стекло взорвалось вокруг него, и он падал, пока не ударился об асфальт тротуара.

Он стремительно поднялся на ноги и дал стрекача.

Бежал он долго.

В конце концов, обессиленный, он прислонился к фасаду магазина. Ловя ртом воздух, огляделся: где бы это он мог быть?

Вот тебе и следы крови, - подумал он.

Слишком слабый, чтобы бежать дальше, Байрон позволил коленям согнуться. Он рухнул на тротуар и вытянул ноги.

Он видел, что его одежда вся искромсана осколками стекла.

Как и я сам, - подумал он.

Но эта тварь все-таки до меня не добралась.

Улыбаясь, Байрон закрыл глаза.

Открыв их вновь, он увидел женщину, присевшую на корточки рядом с ним. Молодая, стройная блондинка. Действительно милая. Она выглядела очень похожей на ту, которую он ожидал увидеть в конце цепочки следов.

- С вами будет все в порядке, - сказала девушка. - Мой напарник вызывает скорую.

И кивнула в сторону патрульной машины, урчащей у бордюра.

Перевод: О. Виноградов

"Остановка в пустыне"

- Хорошо! - он почувствовал себя везунчиком.

Идя вдоль дороги спиной вперед, он уставился на приближающуюся машину и поднял большой палец. Солнце сияло на ветровом стекле. Только в последний момент он смог разглядеть водителя. Женщина. Вот это да. Чем не повод чувствовать себя везунчиком?

Когда зажглись тормозные огни, он подумал, что она просто сбавляет скорость безопасности ради. Когда машина остановилась, он решил, что это будет "большое кидалово". Ему было не привыкать. Машина останавливается, ты бросаешься к ней, и тут она газует, швыряя тебе в лицо облако пыли. В этот раз он к ней не кинется. Он направился к машине небрежной походкой.

Когда зажглись тормозные огни, он просто не поверил своей удаче.

Машина подкатила к нему задним ходом. Женщина перегнулась через переднее сиденье и открыла дверь.

- Могу я вас подбросить?

- Конечно можете, - oн запрыгнул внутрь и перебросил свою пляжную сумку на заднее сиденье.

Едва он закрыл дверь, его обдало холодным воздухом. Казалось, на футболке замерз пот. Чудесное ощущение.

- Очень рад вас видеть, - сказал он. - Говоря по правде, вы - моя спасительница.

- Как, ради всего святого, вас сюда занесло? - спросила она, трогаясь с места.

- Вы не поверите.

- Давайте, испытайте меня.

Ее приветливость пришлась ему по нраву; он чувствовал вину за легкую нервную дрожь в ее голосе.

- Ну, тот парень взял меня на борт. Как раз с этой стороны Блайта. И он ехал через эту... эту пустыню... тут он вдруг останавливается и просит меня выйти и посмотреть на одно из колес. Я вышел - а он уехал! Вышвырнул мою сумку на дорогу. Понятия не имею, что ему в голову взбрело. Понимаете, о чем я?

- Конечно, понимаю. В наши дни не знаешь, кому доверять.

- Что правда, то правда.

Он посмотрел на нее. На ней были ботинки, джинсы и выцветшая голубая рубашка, но все равно - в ней чувствовался класс. Манера разговора, в меру загорелая кожа, прическа. Даже ее фигура демонстрировала класс. Ничего лишнего.

- Одного не могу понять, - продолжал он, - зачем этот парень вообще меня подобрал?

- Ему, наверное, было одиноко.

- Тогда зачем он вышвырнул меня?

- Может быть, он решил, что лучше вaм не доверять. Или, может быть, его опять потянуло на одиночество.

- Как ни крути, а поступок все равно поганый. Понимаете, о чем я?

- Думаю, да. Куда вы направляетесь?

- В Таксон.

- Хорошо. И мне туда же.

- А как получилось, что вы не на главном шоссе? Что вы здесь делаете?

- Ну... - oна нервно рассмеялась. - То, что я намереваюсь сделать не... ну, не совсем законно.

- Да ну?

- Я собираюсь украсть кактус.

- Что?! - он рассмеялся. - Ух ты! Хотите сказать, чтобы спереть пару кактусов?

- Именно так.

- Ну, я очень надеюсь, что вас не поймают!

Женщина выжала из себя улыбку.

- За это штраф.

- Черт побери!

- Приличный штраф.

- Ну, буду рад протянуть вам руку помощи.

- У меня только одна лопата.

- Да. Я видел, когда клал сумку. Я еще удивился, зачем это вам лопата, - oн посмотрел на нее, смеясь - это ж надо, дама такого класса собирается стянуть из пустыни пару растений. - Я всякого на свете повидал. Но в жизни не видел кактус-вора, - oн засмеялся собственной шутке.

А она - нет.

- Теперь увидели, - ответила она.

Некоторое время они ехали молча. Молодой человек думал об этой приличной женщине, едущей по одинокой дороге в пустыне только ради того, чтобы украсть кактус, и то и дело похохатывал. У него в голове не укладывалось: ну кому нужна подобная хреновина? Зачем тащить в дом кусок пустыни? Ему ничего так не хотелось, как выбраться из этого унылого места; он не мог понять человека, захотевшего притащить это в дом. Он пришел к выводу, что дамочка, очевидно, тронутая.

- Не хотите немного перекусить? - спросила тронутая.

Ее голос все еще звучал нервозно.

- Конечно, почему бы и нет.

- Там на полу за вами должен быть бумажный пакет. В нем пара бутербродов и пиво. Вы любите пиво?

- Шутите? - oн перегнулся через сиденье и поднял пакет. Бутерброды пахли вкусно. - Может, остановитесь вон там? Мы бы могли зайти за те камни и устроить пикник.

- Звучит неплохо.

Она остановилась на широкой обочине.

- Лучше вам немного проехать дальше. Не стоит парковаться так близко к дороге. Если вы хотите, чтобы я вам помог украсть пару кактусов, когда мы перекусим.

Она опасливо взглянула на него, потом улыбнулась.

- О’кей, отлично. Мы так и сделаем.

Машина двинулась вперед, огибая громадные шары кактусов, продираясь сквозь молодую поросль. В конце концов, она остановилась рядом с грудой камней.

- Думаете, нас все еще видно с дороги? - спросила женщина.