- Хорошая идея. Прекрасная идея! Я совсем не против с ним встретиться.

Чарли сидел на стуле возле забора. Около полуночи он услышал шум автомобиля на аллее. Автомобиль остановился прямо перед ним за оградой. Он услышал, как заглох двигатель, и тихонько хлопнула дверь.

Вот, значит, как он это делает, - подумал Чарли. - Просто заезжает по аллее и приносит их сюда. Но ворота? Они же всегда закрыты. Как...?

Позади Чарли что-то с глухим стуком ударилось о сосновый забор. Он повернулся и посмотрел вверх. Оттуда ему улыбалась блондинка. Он услышал чье-то кряхтение. Женщина, казалось, хотела перелезть через забор. На мгновение она зависла над Чарли и согнулась в талии. Чарли отскочил в сторону и изумленно посмотрел на неё. Кто-то за забором снова закряхтел. Стройные ноги блондинки взмыли вверх. В лунном свете они выглядели бледно-серыми. Женщина кувырком нырнула в траву и успокоилась.

Чарли посмотрел в сторону гаража. Боковая дверь открыта. В темноте Чарли видел красный огонек сигары Лу.

Он яростно замахал руками, маня Лу к себе.

Чарли быстро пригнулся возле забора и уперся спиной в дерево. Кто-то перекинул руку через забор и, тяжело дыша - ногу. Перескочив забор одним быстрым движением, в траву упал мужчина. Он бесшумно приземлился на ноги меньше чем в ярде от Чарли.

Наклонившись, он поднял тело и закинул его на плечо.

- А теперь, - сказал Чарли, - аккуратно перекинь её через забор назад и забирай отсюда. Сори во дворе у кого-нибудь другого.

Не отпуская тела, душитель повернулся к Чарли и сказал:

- Что?

- Я сказал, забирай её отсюда!

- Почему? - спросил душитель.

Он оказался младше, чем представлял Чарли. Его бритая голова блестела в лунном свете. Обтянутое тесной футболкой и джинсами, его коренастое тело выглядело опасным.

- Потому что, - ответил Чарли приглушенным голосом, - ты оставляешь их в моём садовом кресле.

- Я думал, вам это нравится.

- Нравится?

- Ну да.

Чарли почувствовал облегчение, увидев, как Лу ковыляет к ним, энергично попыхивая сигарой.

- Вы хорошо о них заботились, - продолжал парень. - Знаете?

- Зачем ты приносил их сюда? - спросил Лу.

Душитель обернулся. Чарли едва увернулся от удара левой пяткой трупа.

- Ты знал обо мне? - спросил Лу. - Поэтому, да?

- Что знал?

- Я - "Пальцы" О'Брайен. Риверсайдский душитель.

- Правда?

- Ты читал мою книгу? - в голосе Лу звучал неподдельный интерес.

- Какую книгу?

- Проехали, - Лу, похоже, расстроился. - Ну и почему же ты оставляешь эту мертвечину у нас во дворе?

- Как я уже говорил вот ему, вы хорошо о них заботитесь. Ну, первую я принес сюда с аллеи. Тут темно, понимаете. Так что я просто бросил её сюда через забор.

- И как она оказалась в моём кресле? - спросил Чарли.

- Я думал, понимаете, будет ли ей удобно лежать на траве? Поэтому я перетащил её в кресло.

- Очень вежливо с твоей стороны, - сказал Лу.

- Мужики, а вы о ней хорошо позаботились.

- Спасибо, - сказал Лу.

- Поэтому я вернулся. Я подумал, почему бы не дать вам возможность позаботиться и о других?

- Скажи мне вот что, - сказал Лу. - Зачем ты это делал?

- Я же сказал, вы очень хорошо...

- Он хочет сказать, - пояснил Чарли, - зачем ты убивал их?

- О, - он улыбнулся, - это она мне приказала.

- Кто - она?

- Айседора.

- Кто? - спросил Лу.

- Айседора Дункан. Ну, вы же знаете - Айседора. Ей нужны балерины в труппу.

Лу стряхнул пепел с сигары.

- Вряд ли они будут ей чем-то полезны мертвыми.

Чарли тяжело вздохнул, потрясенный невежеством Лу.

- Она мертва, - объяснил Чарли, - Айседора. Её шарф попал в колесо машины. Давно. В двадцатые, кажется.

- Серьезно? - Лу кивнул молодому душителю. - То есть, ты подбрасываешь ей танцовщиц?

- Можно вопрос, - вмешался Чарли. - Насколько большая труппа ей нужна?

- О, большая. Очень большая.

- Насколько большая?

- Пятьдесят две.

Чарли представил еще пятьдесят два тела во дворе, сидящих в его кресле.

- Не нужно мне такое счастье! - выпалил он. - Лу!

- Боюсь это слишком много, парень.

- Слишком много?

- Ага. Прости.

Чарли видел, как женщина упала. Борьба была недолгой. У парня не было никаких шансов. Шарфа под рукой он не имел, а пальцы Лу всегда носил с собой.

Солнечным прохладным утром в конце недели Чарли вышел во двор с чашкой кофе и удивленно остановился.

- Что ты здесь делаешь? - спросил он.

Лу, в солнечных очках и кепке с эмблемой "Доджеров", сидел в своём кресле. Из его рта торчала сигара. Подперев коленкой, он держал блокнот на пружинках.

- Как это звучит? - спросил он. - "Танец перед смертью: Правдивая история Душителя "Лебединого озера", рассказанная им самим"?

- Это звучит как вранье, - ответил Чарли.

- Можно делать с фактами что хочешь, - сказал Лу, - если ты - литературный негр.

Перевод: Амет Кемалидинов

"Джойс"

Барбара стрелой вылетела из спальни прямо в объятия Даррена. Он поймал её и прижал к себе.

- Что случилось? - спросил он. - Что такое?

- Там кто... кто-то под кроватью!

- Ой. Прости. Она тебя напугала? Это же Джойс!

- Джойс? - Барбара выбилась из рук Даррена и изумленно посмотрела на него. - Но ты же говорил, что она умерла!

- Ну да, так и есть. Или ты думаешь, я бы женился на тебе, если бы у меня всё еще была жена? Как я и говорил, аневризма сосудов головного мозга, три года назад...

- Но она у тебя под кроватью!

- Конечно. Пошли, я тебя представлю.

Даррен взял Барбару за руку и повел в спальню. Она нетвердой походкой шла рядом. На полу возле кровати лежал её чемодан - единственный, что она взяла с собой в медовый месяц, и распаковала этим вечером после душа с Дарреном. Даррен решил унести чемодан с глаз долой.

- Нельзя хранить багаж под кроватью, - пояснил он. - Вынесу его в гараж.

Барбара стояла в новом шелковом кимоно, дрожа и задыхаясь, пытаясь удержаться на ногах, пока Даррен переносил её чемодан к двери. Он вернулся, присел на корточки и вытянул Джойс из-под кровати.

- Дорогая, знакомься, это - Джойс.

Джойс неподвижно лежала на ковре, уставившись широко раскрытыми глазами в потолок. Её губы растянулись в улыбке, выставляющей напоказ края ровных белых зубов. Пучки каштановых волос спадали ей на лоб. Густые струились, словно яркое шелковое знамя, протянувшееся до правого плеча. Ноги прямые, слегка раздвинуты в стороны. Обнажены.

Из одежды на ней было лишь неглиже, весьма откровенное, с узкими бретельками и глубоким вырезом. Оно было столь же коротким, как то, что Барбара надела для Даррена в первую брачную ночь, и таким же прозрачным. Из-за того, что Даррен вытянул ее из кровати, неглиже перекрутилось и обнажило правую грудь.

Улыбнувшись Барбаре через плечо, Даррен спросил:

- Разве она не красавица?

Барбара лишилась чувств.

Очнулась она, лежа в кровати. Даррен сидел рядом, на краю, его лицо выглядело обеспокоенным, а рука нежно поглаживала ее бедро под кимоно.

- Ты в порядке? - спросил он.

Она повернула голову.

Джойс стояла возле кровати, в шести футах от нее, все так же улыбаясь. Ее ночнушка слегка колыхалась от ветерка из окна. Пусть ее тонкая ткань ничего не скрывала, по крайней мере, теперь ее подправили, и грудь больше не выглядывала наружу.

Фигура у нее получше моей, - подумала Барбара.

Она красивее, чем...

Барбара хмуро посмотрела на Даррена. Она старалась сдержаться, но голос ее прозвучал высоко и по-детски, когда она спросила:

- Что происходит?

Даррен пожал плечами. И провел руками по ее бедру.

- Нет причин расстраиваться. Правда.

- Нет причин расстраиваться? У тебя под кроватью чучело твоей мертвой жены... еще и в таком наряде!

Он нежно улыбнулся.

- О, это не чучело. Она лиофелизирована. Я нашел место, где сушат мертвых домашних животных, и... Она прекрасно выглядит, правда?

- О Боже! - прошептала Барбара.

- А это - ее любимая ночная рубашка. Я не вижу причин отнимать ее, но если ты считаешь, что ей лучше носить что-нибудь поскромнее...

- Даррен. Она мертва.

- Ну конечно.

- Мертвецов хоронят. Или кремируют. Их... не держат дома.

- А почему бы и нет?

- Так просто не делается!

- Ну, если бы я не мог сохранить её такой красивой, думаю, были бы причины от неё избавиться. Но ты взгляни на неё.

Барбара решила этого не делать.

- Она такая же, как в день смерти. От неё не пахнет. В чем проблема?

- В чем проблема? Проблема?

- Не вижу никакой проблемы.

- Она была здесь... в твоём доме... всё это время?

- Естественно.

- Под кроватью?

- Ну только когда я ожидал, что ты придешь. Я боялся, что тебе это не очень понравится, поэтому решил её спрятать.

- Под кроватью? Когда я была здесь? Все те ночи, что я провела здесь, она была... О, Боже! Этот труп был здесь под кроватью, когда мы...

- Не просто труп. Моя жена.

- И поэтому ты считаешь это нормальным?

- Она была моей женой, дорогая. Что я должен был сделать, выкинуть её как старые туфли? Я любил её. Она любила меня. Почему мы должны были расставаться только из-за того, что её жизнь оборвалась? Без неё я был... был таким... таким одиноким. И взгляни на это с её точки зрения. Думаешь, ей бы понравилось, если б её закопали в землю? Или сожгли? Господи Боже, да кто бы пожелал себе такую судьбу? Вместо этого она здесь, в своем собственном доме, со своим мужем. Разве это не то, чего хотелось бы тебе самой? Правда? Я бы хотел этого. Я бы поступил так и с тобой, если бы, Господи прости, ты умерла раньше, чем я. Так мы всегда были бы вместе.

- Думаю, - пробормотала она, - так было бы лучше, чем... чем это все.

- Несомненно.

- Но ты должен был сказать мне об этом.

- Я ждал подходящего момента. Прости, что тебе пришлось узнать об этом именно так. Она, наверное, повергла тебя в настоящий шок.

- Да, скажу я тебе.

- Но ты хорошо с этим справилась. Ты - умница, - с этими словами он распахнул ее кимоно.

- Даррен! - она быстро прикрылась.

И посмотрела на Джойс. По виду которой нельзя было сказать, что она подглядывает. Взгляд бывшей жены был устремлен не на Барбару, а на открытое окно над кроватью, вид которого, казалось, развлекал ее.