Но он там и громко кричит, что Лиам принадлежит мне, и я ни в коем случае не собираюсь делиться им ни с кем. Мне довольно часто приходилось делиться Марком. Я зыркаю на Лиама, но он выглядит таким же раздраженным, как и я, что немного успокаивает.

— Вот какая-то хочет узнать, есть ли у тебя желание завести с ней ребенка. Еще одна спрашивает, как тебе удалось остаться в такой форме?

— Это оправданный вопрос, — вставляет Джордж, глядя на Лиама с легкой улыбкой на губах.

— Я использовал каждую возможность потренироваться, сыграть в футбол, а также мне приходилось рыть для них пещеры в скалах. И пытался делать все, чтобы оставаться в форме, когда появится шанс на побег, — объясняет он, едва скрывая гнев, который вызывает у него этот вопрос.

Могу понять, что он возмущен вопросами такого рода, которые указывают на то, что он является предателем и на самом деле не заключенный, а перебежчик. Вероятно, ему пришлось терпеть такие комментарии с момента его возвращения. Вот почему я просто закрываю и отодвигаю от себя ноутбук.

— Давайте займемся вареньем. Ярмарка через четыре дня и у нас много дел, если ты хочешь туда попасть.

Джордж смотрит на меня с удивлением.

— Ты хочешь на ярмарку?

— Лиам считает, что это хорошая идея.

— Я тоже так думал бы, если бы не Марк.

— О нем ничего не было больше слышно. Может быть, он, наконец, понял, что не может вечно контролировать мою жизнь.

Я бросаю на Лиама вопросительный взгляд, и он кивает. Кажется, он верит в это так же, как и я.

— Ты думаешь, что он сдался?

— Так мне показалось, когда он просто взял и выложил свой полицейский значок. Как будто в нем вдруг щелкнул переключатель.

— Хм-м-м, — хмыкает Джордж. — Как по мне, так все в порядке, если это означает, что на этой кухне, наконец, будут печь, а не обжиматься.

Я вздрагиваю, когда до меня доходит, что Джордж, должно быть, давеча видел меня и Лиама, когда тот усадил меня на стол и кормил беконом.

— Я вымою посуду, — поспешно бросаю я и встаю из-за стола. Сзади слышу скрип по деревянному полу отодвигаемых стульев, и когда оборачиваюсь, обнаруживаю, что осталась на кухне одна. С облегчением выдыхаю.