Я с болезненным интересом заметила, как мучительная боль может избавить страх от смерти.

Когда Керрик вернулся, я схватила его за руку, вытаскивая наружу.

— Мы должны успеть до следующего… — я согнулась пополам.

Стоило судорогам пройти, мои ноги больше не могли удерживать мой вес. Керрик нес меня. Судороги сразили меня еще два раза до того, как мы достигли Лилий. Он опустил меня. Опираясь на Керрика, я вгляделась в гигантские белые цветы. Их было три. Я почувствовала нотки аниса. По крайней мере, одна из них была Лилией Смерти.

Я обняла Керрика и поцеловала его на прощание.

— Прошу, не закрывайся на следующие четыре года. Ты найдешь другую девушку, которая будет бесячей занозой в твоей заднице. Только не привязывай ее к дереву, хорошо?

Он улыбнулся несмотря на слезы на своем лице.

— И слушайся Белена. Папа Медведь знает, о чем он говорит, — я снова поцеловала его. Поцелуй был долгим и соленым, потом я разорвала его.

Покачиваясь на неустойчивых ногах, я похромала к Лилии. Запах аниса становился сильнее и исходил от той, что посередине. Я подошла к ней. Послышалось шипение, лепестки раскрылись. Я обернулась и встретилась взглядом с Керриком, прежде чем погрузиться в успокаивающую тьму.

Два укола ударили меня по рукам, и я вылетела из наполненного болью тела. Я расслабилась, уплывая. Лилия Смерти качнулась. На вкус отвратительно. Шипы пропали. Она выплюнула меня.

Теперь я заплакала. Я съежилась на земле и рыдала.

Керрик озабоченно присел рядом со мной.

— Что случилось? — спросил он.

Я вытерла глаза, пытаясь держать эмоции под контролем. Правая Лилия зашипела над Керриком. Ее лепестки раскрылись. Не думая, я толкнула его с дороги. Вместо него Лилия схватила меня. Две Лилии Смерти на небольшом участке. Я ждала забвения.

Но эта была… странной. Вместо темноты был нечеткий белый свет, словно лепестки были прозрачными. Она пахла ванилью. Два тонких стебля обернулись вокруг моих рук и впились в них сотней маленьких шипов. Я вскрикнула от удивления и боли. Мое сознание не улетучилось, но я почувствовала инородное присутствие внутри.

Чувство гордости и собственности переполняло меня, как будто Лилия думала обо мне как о своем ребенке. Наш целитель. Затем она вколола холодную жидкость мне в руку. Ледяной токсин сначала застыл, потом загорелся, словно кислота. Я дернулась. Судороги были еще терпимы по сравнению с этой агонией.

Я корчилась, выла и кричала, пока не охрипла. Словно Лилия переваривала меня изнутри моего тела наружу. Как бы я ни крутилась, я не могла облегчить жгучую пытку. В конце концов, я свернулась калачиком.

Словно погасшему от дуновения ветра пламени свечи, моему миру пришел конец.

Я проснулась в руках Керрика. Голова склонилась, глаза были закрыты. Неужели он снова не дал мне уйти в мирную загробную жизнь? Все мышци болели. Рот наполнился сильным ватным привкусом. Горло горело. Булавки и иглы копошились по моим рукам, ступням и ногам, как будто все мои конечности заснули.

— Чт… — мой голос был хриплым.

Глаза Керрика распохнулись. Он удивленно смотрел на меня.

Будучи не в состоянии говорить, я приподняла брови, прося его объяснить.

Он прикоснулся двумя пальцами к моей шее, пытаясь нащупать пульс.

— Ке… — запищала я.

— Тебя схватила Лилия Мира. Лилия Мира! — он моргнул.

Этого никогда раньше не случалось, но это объясняло белый свет и успокаивающий запах. Но не мучительную боль. Я жестом попросила его продолжить.

— Ты так отчаянно кричала… но я не мог освободить тебя. Нам нужно будет сделать из этих лепестков доспехи. Мой нож даже вмятин не оставил.

Я тыкнула ему в грудь.

— Ай! Прости, — он улыбнулся и снова посмотрел на меня.

В этот раз я ударила его в плечо.

— Лилия вскоре выплюнула тебя, также как и первая. Вот только… — его улыбка исчезла. — Ты была мертва, — он съежился от воспоминания. — Но теперь ты… не мертва.

Я задумалась. Скорее всего, у Лилии Мира тоже был токсин. Значит, я умерла от токсина Лилии Мира, но не от чумы. Значит, скоро я снова умру. Моя попытка обхитрить чуму полностью и с треском провалилась.

Я хотела встать, но Керрик не дал мне. Он понес меня обратно в пещеру и накрыл одеялом. Я заснула, в ожидании, когда судороги начнутся заново.

Но произошла забавная штука. Мое здоровье улучшилось. Я боялась, что симптомы вернутся, но после пары безболезненных дней, я перестала шарахаться после каждой слабой боли и судорог.

— Лилия Мира исцелила тебя, — сказал Керрик.

Его настроение в последние пару дней было приподнятым. Я никогда его таким не видела.

— Но почему она не помогла тысячам людей, что умерли от чумы? Вдобавок, я была рядом с этими Лилиями во дворце Тохона, будучи больной. Ни одна из них не реагировала. Почему сейчас? Почему я? Никто не пережил чуму. Это невозможно.

Керрик задумался.

— Ты не выжила. Я это не придумал. У тебя не было сердцебиения, никаких признаков жизни. Судя по твоим описаниям агонии от токсина цветка, похоже, что Лилия усилила чуму в твоем теле пока ты не умерла.

По ощущениям все было именно так.

— Тогда как я снова ожила?

Он пожал плечами.

— Не знаю. Мне все равно. Я считаю это подарком, — он наклонился ближе, поцеловал меня и продолжил распаковывать свой подарок, отвлекая меня от смешанных мыслей.

Намного позже, мы сидели у костра. Керрик вернул мне отданные ему вещи.

— Похоже, тебе придется самой доставить письмо Ноэлль.

И я пообещала Эстрид, что вернусь… Я бы и так вернулась к Ноэлль, но все-таки. Однако, другие проблемы, о которых я хотела бы избавиться, остались. Я думала, моя работа окончена, раз я вылечила Райна. Он должен был все исправить, дать выжившим нормальную жизнь.

Мы были обязанны найти способ остановить Тохона и его армию живых и мертвых. На его стороне теперь был Зепп, что все усложняло. Джаэль пыталась убить нас с Керриком. Я ее ранила, и была уверена, что она захочет отомстить. Дэнни и Зиле нужно научится как быть целителями. Список продолжался.

Я хотя бы нанесла Тохону сокрушительный удар. Он потерял Райна, Дэнни, Зилу, целителя и свои Лилии Смерти. И все это из-за меня. Гордость и чувство выполненного долга наполняли меня, пока я не вспомнила о Лилиях Мира. Было необходимо больше исследований и по Лилиям Смерти, и по Лилиям Мира. Я чувствовала, что только что осознала то, что эти Лилии значили для выживания нашего мира. По крайней мере, моя гордость осталась.

Словно чувствуя мои мысли, Керрик притянул меня ближе.

— Чтобы все исправить, предстоит еще долгий путь.

— Я предчувствую какое-то «но».

— Однако… — он улыбнулся. — Ты обещала Дэнни, что мы исцелим наш мир. Мы не можем сделать этого без нашего целителя.

— Одного целителя может быть недостаточно, — сказала я.

— Делай по одной задаче за раз. Ты уже выполнила много чего из своего списка. Райн, — он упомянул влияние моих действий на замедление планов Тохона. — И ты разбила лед вокруг моего сердца. Белен будет в восторге. Он, как и я, не думал, что это возможно. И я не буду скучать по тому, как он называл меня холодным бессердечным ублюдком из-за моего отношения к тебе.

Я засмеялась.

— Я не помню, чтобы в моем списке дел был этот пункт. Получу ли я за это дополнительный балл?

— Определенно. Я собираюсь искупить вину за все мое хамское поведения, — он обнял меня и уткнулся носом в мою шею. — Начиная с сегодняшнего дня.