Глава 12.

5 июля, 2020 г. 

Рейвен 

Проворочавшись большую часть ночи, я, в конце концов, отказываюсь от идеи сегодня уснуть. От близости Линка мысли мечутся, лишая всякой возможности заснуть.

Перекатившись на бок, я завожу левую руку под подушку, пока правой тихонько перебираю его волосы. Глубоко вдыхаю запах шампуня, которым и сама мыла голову. Аромат какой-то мужской, сексуальный и идеально ему подходящий. Он словно пропитывает пространство между нами, когда я позволяю своему телу погрузиться в мягкость его матраса.

Я перевожу взгляд с его лица на грудь. Замечаю за собой, что пялюсь на татуировку о существовании котором даже не подозревала. Она пересекает верхнюю часть его грудной клетки слева, представляя собой монограмму из инициалов Невы. Я никогда её не замечала до тех пор, пока он не разделся, чтобы принять душ вместе со мной. Наверное, её гримируют для фотосессий. Сегодня я часто обводила её инициалы — НДС — пальцем. Первый раз, когда мы стояли под тёплой водой, которая каскадами падала на нас, и тогда же прошептала её имя вслух впервые с нашего прощания:

— Нева Диана Саррис. — Я выбрала имя Диана лёжа в больнице, после поиска значений имён. Диана означала «идеальная», а она такой и была. Мой идеальный маленький ангелочек.

Покинув больницу, я отправилась в тату-салон вместе с Тэссой. С отпечатком ног Невы в руке и задумкой в голове, я вошла, села и рассказала свои пожелания. Смотреть, как моя идея оживает под рукой мастера — было само по себе эмоционально, но то, что это останется отпечатанным на моей коже навсегда — пересиливало всё остальное. В тот день, лёжа лицом вниз на кресле, я пролила много слёз. И радовалась боли, потому что каждый прокол в моей плоти от иглы в пистоле, помогал мне вместе с кровью унять боль от её потери.

Это было и волнующе, и пугающе. Мне казалось, словно я теряю рассудок с каждой секундой, проведённой без неё.

Закончив работу, он передал мне зеркало, чтобы я могла посмотреть результат, и не существует слов, которыми я сумела бы описать этот момент. Мысль, что я буду до конца жизни носить с собой её часть — была прекрасна и печальна одновременно.

Татуировка представляла собой её ножки, сформировывающие вместе сердце в центре, и крохотные ангельские крылышки. Под ней была начертана цитата: «В руках я держала тебя всего мгновение, но в моём сердце я проношу тебя всю жизнь». Она пришла мне в голову, когда я лежала на больничной койке, баюкая её в руках и страшась момента, когда за ней приедут.

И когда он настал, я была такой обезумевшей от горя, что медсёстрам пришлось вколоть мне успокоительное.

Когда я вспоминаю тот день, — чёрт, да даже целый год моей жизни, — в голове всё смешивается. Поэтому я пытаюсь блокировать воспоминания, фокусируясь лишь на настоящем. На том, что я могу контролировать, и переживать стараюсь только о том, что ждёт меня в будущем, а не о том, что было в прошлом или что мне пришлось пережить. У меня хорошо получалось направлять жизнь в нужное русло. Но сейчас, с вернувшимся в неё Линком, я до ужаса боюсь провалиться во тьму, из которой невероятно упорно силилась вырваться.

Перекатившись на спину, я осматриваю комнату и задумываюсь, как много других женщин было на моём месте — буквально. Линк обзавёлся популярностью плейбоя с тех пор, как вступил в ПГА. Подружки менялись одна за другой. И все красивые, богатые и успешные. Чего уж говорить о гигантском багаже, который они не волочили за собой, как я.

Как с таким конкурировать? Мы живём в совершенно разных мирах. Я постоянно разъезжаю по работе, а он всё время в поездках, путешествует по миру. Мы будем видеться раз в месяц в лучшем случае. Нам ни за что не удастся поддерживать отношения.

Не стоит забывать, что его отец ненавидит меня, а моя мать ненавидит и Линка, и Мэтта… в общем, я считаю, что если мы дадим нам шанс, то это окажется примерно так же катастрофично, как надвигающийся на Землю астероид.

Дыхание становится затруднённым, словно мне на грудь сел слон. Нужно вылезти из этой постели и убраться подальше от Линка. И что самое главное — мне нужен свежий воздух, пока я не упала в обморок от нехватки кислорода.

У меня уже несколько лет не случалось панических атак, но теперь, всего за неделю, я пережила целых две.

Выскользнув из постели, я крадусь по паркету к дверям. Платье и обувь лежат внизу, поэтому я спускаюсь по короткой лестнице, ведущей в гостиную. Забрав одежду из ванной, я торопливо натягиваю сарафан и сандалии, после чего отправляюсь на поиски, пытаясь вспомнить, где находится его кабинет. Вокруг царит кромешная тьма, и единственное освещение, что у меня есть — это телефон.

Спустя, казалось бы, целую вечность, я, наконец, распахиваю дверь справа, открывая для себя его домашний кабинет. Я включаю свет и закрываю дверь, надеясь, что у Линка не чуткий сон, и он не обнаружит меня здесь, прежде чем я успею улизнуть.

Обшариваю ящики в столе, пытаясь найти клочок бумаги, поскольку поиски на столе привели меня к мысли, что из дома он, по всей видимости, работает исключительно через технику.

Я с облегчением выдыхаю, когда нахожу блокнот в ящике сбоку. Достаю ручку из стакана с рисунком клетчатого килта и принимаюсь писать записку, объясняя ему свой уход. Остаётся лишь молиться, что он меня за это не возненавидит. Надеюсь, он поймёт, что мне нужно время наедине с собой, чтобы подумать о нём и о нас. Как по мне, ещё слишком рано ввязываться в какие-то отношения с ним. Всё вышло бы иначе, будь мы двумя незнакомцами встретившимися в первый раз, но у нас есть история, над которой нужно всерьёз поразмышлять, прежде чем двигаться дальше.

Линк,

Эта ночь была потрясающей… даже лучше, если честно. Я очень рада, что мы вновь встретились, но сейчас в моей жизни царит полная неразбериха, чтобы предпринимать попытки начать что-то с тобой. Надеюсь, ты поймёшь.

Мне бы очень хотелось поддерживать общение…

xoxo Рейвен <3

415-555-5774

Взяв записку, я отношу её на кухню и приклеиваю к кофеварке. Знаю, что это будет первое место, куда он отправится, проснувшись.

Бесшумно ступая по полу, я прикладываю все усилия, чтобы ни на что не наткнуться, ведь тут так темно, что у меня не получается различить даже собственную руку перед лицом. Последнее, что мне нужно — это сломать палец на ноге об ножку стола перед возвращением в Санта-Барбару, где мне на этой неделе вновь предстоит нырять.

Нашарив ручку двери, я неторопливо открываю её и выхожу в коридор. Бросив взгляд на телефон, узнаю, что сейчас чуть больше трёх. Я не очень хорошо всё продумала, учитывая детали моего здесь появления с Линком. Так что теперь мне придётся сидеть в грёбаном вестибюле в ожидании такси.

Достигнув лифтов, я нажимаю кнопку «вниз» и жду, пока один из них поднимется на двадцатый этаж. Пока жду, решаю воспользоваться приложением «Uber», чтобы вызвать водителя, а потом проверяю сообщения. Вижу три от Тэссы, спрашивающей как у меня дела с Линком. И, конечно, одно от Нины. Я знаю, что они с Тейлором приложили к этому руку. Сыграли в свах, как любили делать со всеми своими одинокими друзьями. Я догадалась, что что-то произойдёт, когда она утащила меня наверх и поинтересовалась, не кажется ли мне, что это сама судьба вмешалась в наши отношения, соединив нас после стольких лет. Дав нам второй шанс на любовь.

Но если честно, я и сама толком не понимаю, что свело нас с Линком. Возможно, действительно судьба. Может быть, это Нева вместе с тем самым Большим Парнем дёргают за ниточки, желая подарить нам ещё один шанс, ведь в последний раз наши жизни были уничтожены подчистую, оставшись без фундамента, на который ещё можно было бы что-то восстановить. Но сейчас мы вместе снова потихоньку возвращаемся к жизни. Быть может, в этот раз у нас выйдет сделать так, чтобы всё получилось.

Я знаю только, что очень устала играть с собой в доктора Фила, сравнивая все «за» и «против» того, почему мы должны или не должны попытаться ещё раз.

Быстро печатаю ей короткий ответ, предлагая Нине встретиться за бранчем завтра утром перед моим отлётом домой, чтобы обсудить всё, если она свободна. То же самое пишу и Тэссе, поскольку мы обе возвращаемся завтра в ЛА и Санта-Барбару.

Нажимаю «отправить» и убираю телефон в сумку, когда слышу звук открывающейся, а потом закрывающейся двери за спиной. Затаив дыхание, я жду, чтобы посмотреть, неужели Линк пошёл за мной.

Мне страшно повернуться и проверить всё самой. От звука стучащих по мраморному полу каблуков мой разум успокаивается, и я выдыхаю воздух, который задерживала, когда со мной ровняется высокая, едва одетая брюнетка, нажимая на кнопку вызова лифта пальцем с французским маникюром.

— Тоже сегодня работаешь? — спрашивает она, оглядывая мой узкий сарафан и сандалии.

— Простите? — переспрашиваю я, опешив.

Она издаёт смешок, хриплый, скорее всего, из-за курения — по ней это чувствуется, пусть она старается скрыть запах за духами Chanel No.9. Всё в ней кричит, что она проститутка, и я вдруг ощущаю себя грязной от того, что она и меня приняла за шлюху.

— Я спросила, работаешь ли ты. Но, судя по твоим глазам оленя в свете фар, мне становится ясно, что ты не эскортница. Если ты не шлюха, то какого чёрта ты стоишь у двери миллионера в три часа ночи? Разве такие чистые и невинные девчонки вроде тебя не морозятся подолгу — ну знаешь, в погоне за мечтой однажды обзавестись колечком на левой руке с большим, блестящим бриллиантом?

Звенит лифт, и двери разъезжаются, давая повод не отвечать ей. Я поспешно захожу внутрь и нажимаю кнопку вестибюля.

Прислоняюсь к стене, ухватившись за медные перилла, и смотрю, как смыкаются двери, после чего мы стремительно начинаем снижаться. Во мне внезапно вспыхивает радость от того, что сейчас ночь, ведь это значит, что мы спустимся до вестибюля в рекордно короткое время.