— Есть ли конкретные причины, по которым вы его подозреваете?

Она бросила еще один взгляд на открытую дверь гостиной, где Мейсон счастливо смеялся.

— Он наркодилер, — ответила она, понизив голос. — Мелкая сошка, ничего особенного, но у него есть доступ к рогипнолу, и он из тех мудаков, которые прячут товар в доме своей девушки. Не знаю, может, он забыл, что оставил его здесь, или не получилось за ним вернуться. Но наркотики могут быть только его.

— А что насчет Джули? — спросила Мартина. — У нее же есть полный доступ к вашему дому.

— Джули? — Костас удивленно вскинула брови. — Нет. Я понимаю, на что вы намекаете, но она не имеет никакого отношения к рогипнолу. Она не принимает наркотики, и... Ну, она тоже работает в «Порочном секрете». Джули потеряет не меньше моего, если попробует навредить клиенту. Наверное, даже больше, с ее-то идиотом-бойфрендом, который высасывает из нее все соки.

Мартина заострила внимание.

— Бойфренд?

— Кайл Гилмор. Той же породы, что и Трэвис... Они друзья вообще-то. Не опасный, просто... Нарик, понимаете? Скользкий и бессовестный. Я уже устала умолять Джули от него уйти, но невозможно заставить человека видеть правду, если он того не хочет.

Настало время задать главный вопрос.

— Мисс Костас, — начал Леви. — Есть ли среди вашего окружения человек, который активно желает вам зла?

— Желает мне зла? Не понимаю, о чем вы... — Женщина затихла, переводя взгляд с одного детектива на другого, и как только она сопоставила все факты, на ее лице отразилось понимание. — Вы считаете, что кто-то убил доктора Хенсли и спрятал рогипнол в моем доме, чтобы упрятать меня за решетку?

— Один из возможных вариантов. — Абрамс осознавал неправдоподобность такой версии, но нужно исключить хотя бы эту вероятность.

Костас небрежно махнула рукой:

— Нет. Точно нет. Серьезные проблемы у меня только с Трэвисом, но даже он не зашел бы так далеко. К тому же, по правде говоря, у него мозгов не хватило бы провернуть подобное.

Они задали еще несколько наводящих вопросов. Обычно люди поначалу отвергали мысль о том, что у них могут быть враги, но при ближайшем рассмотрении меняли свою точку зрения. Однако Костас оставалась непреклонна: она не знает никого, кто испытывал бы к ней сильную ненависть и был при этом достаточно умен, чтобы устроить подставу.

Детективы попросили Диану звонить, если что-то вспомнит, и поехали в участок.

— Мне кажется, она права, — сказала Мартина, поворачивая на Лейк-Мид-Паркуэй. — Ее безмозглый дружок спрятал рогипнол у нее в доме, и женщина сорвала куш в номинации «Не вовремя».

Леви согласился. Вероятнее всего именно Хенсли был главной целью.

— Нам предстоит это доказать, чтобы Рашид от нее отцепилась. Адвокаты не любят совпадения.

— И я. Все равно это жутко подозрительно. Но мы вызовем Мерроу на допрос, и пусть он сам все объяснит.

На пороге участка их встретил оперативник с известием, что доктор Кларисса Нортридж хочет поговорить с одним из детективов и ждет во второй допросной. Абрамс его поблагодарил и повернулся к Мартине.

— Иди к ней, — сказала она. — А я наведу справки о Трэвисе Мерроу. А еще о Джули и ее парне, на всякий случай.

Леви кивнул и покинул напарницу, свернув в боковой коридор. Женщина, которая дожидалась его в допросной, выглядела на десять лет моложе своего возраста. Загорелая, подтянутая, с безупречным макияжем. Она поднялась и вежливо улыбнулась.

Что-то в ее движениях показалось Леви невероятно знакомым, и он пораженно замер на пороге. Детектив не сомневался, что никогда не видел ее раньше. Он обязательно запомнил бы такую красивую и уверенную в себе женщину.

— Доктор Нортридж, приятно познакомиться, — обратился Леви, отмахиваясь от странного чувства, и пожал ей руку. — Я детектив Леви Абрамс, мы вчера общались по телефону.

— И мне тоже приятно, детектив. Простите, что не смогла приехать раньше. Не получилось перенести операцию.

Абрамс пригласил ее присаживаться и после краткого обмена любезностями выразил свои соболезнования, а затем объяснил, когда и как коронер выдаст тело ее мужа. Леви понимал, что не в праве судить о чужом горе. Все скорбели по-разному, и у Нортридж была пара дней, чтобы как-то смириться с новостью о смерти мужа. Но все же он не мог не сравнить ее поведение с реакцией коллег Хенсли. Уорнер и Капур расстроились сильнее, чем жена убитого.

— Как я понимаю, задержан подозреваемый? — спросила она наконец.

— Ее выпустили под залог. По правде говоря, мы пересмотрели нашу первоначальную версию об обстоятельствах смерти вашего мужа.

— О?

Леви внимательно за ней наблюдал.

— Да. Предварительный осмотр места происшествия вызвал предположение о случайной передозировке. Но экспертиза показала, что передозировка наверняка была преднамеренной. Это умышленное убийство.

Нортридж откинулась на спинку стула. Приоткрытый рот, бледное лицо — самое сильное проявление эмоций, которое Леви наблюдал у этой женщины.

— Как…

— В смерти вашего мужа обвиняют девушку, которая провела с ним ночь, но у нее нет никакого очевидного мотива. Ей на самом деле есть что терять. Сейчас мы считаем, что кто-то другой убил доктора Хенсли и подставил подозреваемую.

— Господи, — пробормотала женщина, прижимая трясущуюся ладонь ко лбу. Она медленно вдохнула, опустила руку и спросила: — Кто?

— Это мне хотелось бы выяснить у вас. Кто мог желать вашему мужу смерти?

Доктор Нортридж тяжело сглотнула. Женщина отвела взгляд, облизала губы и замолчала на несколько долгих минут.

— Сложно отвечать на такой вопрос о собственном муже.

— Понимаю, — произнес Леви. — И сожалею, что вам приходится все заново переживать. Но я обязан спросить.

Она снова посмотрела ему прямо в глаза.

— Стивен был... грубым человеком. Нетерпеливым, требовательным, иногда жестоким. С ним было очень сложно жить и работать. Я не знаю, у кого могли быть причины убить, но его не особо любили.

Интересно.

— Нам хотелось бы подробнее узнать о его жизни, возможно, удастся выявить новых подозреваемых. Я получу ордер на просмотр его смс-переписки и электронной почты.

— Ой, вам не обязательно это делать. То есть для просмотра электронных ящиков ордер понадобится, а для телефона... Я и так знаю все логины и пароли Стивена. Я все напишу.

— Это было бы очень полезно. Спасибо. — Леви медлил со следующим вопросом. Поднимать деликатную тему с супругой Хенсли было сложнее, чем с его коллегами. — Кто бы ни убил доктора Хенсли, этот человек хорошо знал его и не сомневался, что тот закажет себе проститутку в номер. Иначе он не смог бы точно рассчитать время появления эскортницы.

Женщина горько усмехнулась:

— Любому, кто даже мимолетно с ним знаком, известен это факт. Стивен никогда не делал тайны из своего пристрастия к проституткам.

Леви не знал, как реагировать, потому что первая мысль, которая возникла при этих словах...

— Я понимаю, что появилась веская причина подозревать меня, — предупредила его вопрос Нортридж.

— Расстояние в две тысячи километров — неплохое алиби.

Она улыбнулась.

— Охотно помогу вам, детектив. Я собиралась принять участие в оставшейся части конференции по паллиативной помощи и поддержать Анику. Возможно, вы захотите расспросить ее, была ли какая-то серьезная неприязнь среди коллег. Научная тусовка еще та мелочная и злобная помойка, но муж не часто обсуждал со мной работу.

Леви поблагодарил женщину, уточнил, где она остановилась, и проводил к выходу. Вернувшись в зал, Абрамс пересказал все Мартине.

— У нас очень мало времени, — добавил он в конце. — Если убийца Хенсли приехал на конференцию, то пробудет в городе еще несколько дней. Нужно ехать туда и снова всех допросить.

Детективы уже разговаривали с коллегами Хенсли, с которыми он общался перед смертью, но подозрение сразу упало на Костас, так что, преследуя не ту цель, этих свидетелей опрашивали не слишком настойчиво. Теперь придется начинать сначала, но в этот раз следует применить больше прессинга и, возможно, даже расширить круг подозреваемых.

— Что насчет Мерроу и компании? — спросил Леви. — Нашла что-то интересное?

— У Мерроу еще тот послужной список, но все мелкие преступления или наркотики, ничего насильственного. У Гилмора та же история. Джули чистая.

Они решили разделиться — Леви получит ордер на просмотр переписки Хенсли и начнет составлять список тех, кого нужно допросить, а Мартина продолжит копать со стороны Костас. В средине дня Абрамс вспомнил, что еще должен помочь Доминику забрать его пикап. Он набрал номер Руссо, не отрывая взгляда от экрана компьютера.

Но звонок сразу ушел на голосовую почту. Доминик его игнорировал или просто занят? Узнать можно только одним способом.

Леви свернул окна на компьютере и открыл программу для отслеживания GPS в машине. Последним адресом оказалась парковка в центре города около спортивного зала, куда ходил Руссо. Значит, Доминик просто тренировался и, скорее всего, убрал телефон в шкафчик.

Легкое напряжение, о котором Леви до этого момента и не подозревал, рассеялось. Мысль о том, что Доминик мог бы намеренно игнорировать его звонки, взволновала намного сильнее, чем хотелось бы признавать.

— Я на обед, — сказал он Мартине.

— Да? В меню что-нибудь итальянское?

— Очень смешно. — Проходя мимо, Леви толкнул бедром напарницу, и та рассмеялась.

Детектив попросил офицера, который ехал в центр города, подкинуть его до места. Двадцать минут спустя Леви входил в зал Роландо, надеясь, что Доминик еще не уехал.

Абрамс никогда не был здесь прежде. Скромное, но чистое помещение с полным функционалом и без излишеств, в отличие от фитнес-центра, который находился в доме Леви. На небольшой громкости в колонках стучал рок, но уже при входе можно было различить динамичные звуки ударов спарринг-поединков.