Глава двадцать четвёртая

Пробуждение было неожиданно лёгким, силы вернулись, а рана на плече не болела. Почти. Шрам, конечно, останется, но, как говорил Стефан, сойдёт лет за пять, хоть какая-то польза есть от проклятого кольца.

Тильды дома не было, ушла куда-то по своим, ведьминым делам, может, травы собирать, может, обряд какой проводить, порчу насылать или приворот любовный. Всё могло быть, а теперь Даша была одна. На столе стоял котелок с ещё тёплой кашей, но есть ей отчего-то не хотелось. Вместо этого она достала из-под кровати тюк со своими вещами и стала одеваться. Хватит уже сидеть здесь, время отдыха вышло, скоро и кольцо о себе напоминать начнёт. Нужно вставать и идти в бой, благо, врагов у них не убавляется.

Среди прочего, нашёлся и её револьвер. Пересчитав патроны, которых оставалось семнадцать штук, она открыла барабан и начала вставлять их в гнёзда. С заряженным оружием в руке она почувствовала себя готовой к бою, осталось только найти противника.

В этот момент вернулась Тильда. Она сильно изменилась, одета была подобно самой Даше, в брюки и просторную рубаху, в руках она держала крепкий дорожный мешок.

- Проснулась? – спросила ведьма со странной интонацией. - Ну вот и отлично.

- Мне пора идти, - с грустью сказала Даша. – Здесь хорошо, но…

- Знаю, - она печально улыбнулась. – Тебе пора. И мне тоже.

- Не поняла.

- С тобой пойду, ты одна не дойдёшь, остров до сих пор лихорадит, облавы на каждом перекрёстке. А ты едва ходить начала.

- А как же? – Даша окинула взглядом дом.

- Сейчас договорилась, придёт человек, займёт и жить будет. Я не просто тебя проводить, я совсем уйти хочу. К вам.

- Отчего так? – спросила Даша.

- Видела кое-что, - туманно пояснила ведьма. – Кое-что такое, что человеку видеть не нужно, простой человек с ума сойдёт, да и знающему не поздоровится.

- Настолько страшно?

- Именно, мне бы с вашим старшим потолковать.

- Так нет у нас старшего, - сказала Даша и тут же задумалась. Может быть, он и есть, да только ей не говорили. Но это и правильно. Чего не знаешь, того не выдашь.

- Должен быть кто-то, кто решения принимает, один или несколько. Вот с ними бы словом перемолвиться. Расскажу всё, а дальше пусть сами думают.

- А как ты смогла увидеть? В хрустальном шаре?

- Можешь смеяться, но да. Только шар тот не хрустальный. Обсидиан, стекло вулканическое. Так его грамотные люди называют. Мне от воспитательницы моей достался, она говорила, что таких на свете только три, не знаю, правда ли, пользовалась я им ночью только в четвёртый раз за всю жизнь, тяжело это. Для простого человека он бесполезен, всё равно, что булыжник гладкий. Чтобы видеть в нём, сделать можно много чего. За такое колдовство Инквизиция прямиком на костёр определит. Если узнает, конечно. А если шар человеку покорился, то ещё знать нужно, какие вопросы задавать.

- Ты знала? 

- Окольными путями дошла. Стало мне любопытно, что за человек тебя преследовал, и человек ли это был. Вот про него и стала спрашивать, а шар мне и показал… - она замолчала. – Пойдём, в общем, дорога дальняя, ты быстро идти не сможешь.

- А как с острова выбираться будем?

- Как все люди, порты работают, проверки только бы избежать, но тут уж надо постараться. У меня моё умение есть, у тебя – деньги и оружие. Справимся.

Сборы были недолгими. Даше и вовсе собирать было нечего. Винтовку с патронами оставили здесь, человек, которому дом достанется, охотником был, ему пригодится. Ведьма собрала пузырьки с зельями, взяла мешочки с какими-то очень редкими травами, которые больше негде было достать, прихватила кое-что из одежды и несколько книг. Всё вместе поместилось в небольшой холщовый мешок. Напоследок ведьма встала во дворе и с плохо скрываемой тоской поглядела на дом, в котором, как сама говорила, прожила больше тридцати лет.

Прощание с домом заняло минут пять, после чего они развернулись и пошагали по утоптанной тропинке, что соединяла избушку ведьмы-отшельницы с цивилизацией. Идти было нетрудно, даже Даша, не вполне оправившаяся после ранения, держалась молодцом и об отдыхе не вспоминала.

Через три часа тропинка незаметно слилась с полноценной лесной дорогой, где, судя по накатанной колее, регулярно ходили телеги. Лес становился всё реже, регулярно попадались свежие порубки.

Внезапно ведьма, шедшая чуть впереди, остановилась и схватила Дашу за руку.

- Идут, - сказала она, меняясь в лице.

- Кто? – Даша сама собой перешла на шёпот.

- По мою душу, - медленно проговорила Тильда, оттаскивая Дашу подальше в лес. – Дура я была, весь остров перетряхнули, и про меня не забыли. Хорошо, что сейчас только спохватились, может, получится разминуться.

- Инквизиторы?

- Они, - Тильда залегла за кустами, увлекая Дашу за собой. – А может, не просто так они про меня вспомнили, может, действо моё бесследно не прошло. Сильный маг сумел отследить, вот и пошли по следу.

- А это можно отследить?

- Когда кто-то такими вещами пользуется, весь потусторонний мир встряхивает, но думаю, всё проще было, шар этот, он как окно действует. Не только ты видишь, с той стороны тебя видят, если сила позволяет. И вот вопрос, кому же тогда инквизиторы подчиняются?

Тут на дороге показались два монаха, оба уже немолодые, одеты в чёрные рясы, а на груди у каждого висел большой крест из непонятного металла.

- Ко мне идут, - с грустью сказала Тильда, - не достанется дом никому, спалят они его.

- Нас не увидят?

- Не знаю, я глаза отвести могу, да только на каждом амулеты висят, знать бы, какие.

Монахи всё так же неторопливо прошествовали мимо них, когда Даша уже готова была с облегчением выдохнуть, один из них остановился, как вкопанный и начал поворачиваться. Их он пока не видел, только чувствовал своим магическим чутьём. Ещё немного, и определит направление.

Даша вынула револьвер.

- Не глупи, - прошептала Тильда, - амулеты у них, что пули отводят, не попадёшь, лучше сиди тихо, глядишь, потеряют.

Но рассчитывать на это не приходилось, монахи явно доверяли своему чутью, а чтобы надёжно запеленговать беглянок, решили подойти поближе. Выхода не было, бежать, по крайней мере, долго, Даша не сможет. Силы не те. Придётся драться.

Не обращая внимания на увещевания ведьмы, она встала и резко направилась навстречу врагам. Увидели её поздно, когда она уже подобралась на расстояние рывка. Один из монахов резко выбросил вперёд левую руку, шёпотом произнося какие-то слова. Ноги Даши оплела невидимая верёвка, но она оказалась слабой, девушка тут же её разорвала, не особо даже напрягаясь. А метнуть новое заклинание монах уже не успел, Даша кинулась вперёд, стреляя из револьвера.

Амулет, сколь бы мощным он ни был, тоже имеет свои пределы, отвести пулю, выпущенную с расстояния в десять сантиметров, невозможно. Голова монаха разлетелась облаком кровавых капель. Второй, поняв, что на заклинания полагаться не стоит, а перед ним только слабая женщина, применил силу. Обычную, человеческую, перехватив руку с револьвером. Это у него получилось, но вторая рука Даши, пусть и не совсем здоровая, оказалась свободна. Нож прочертил на бородатом лице горизонтальную борозду, из которой сразу же хлынула кровь. Рука разжалась, инквизитор отступил назад, хватаясь за лицо.

Точку в короткой драке поставила Тильда, которая, внезапно оказавшись рядом, швырнула ему в лицо горсть какого-то порошка, от чего тот взвыл и повалился на землю.

- Выживет? – спросила Даша.

- Только память потеряет, - объяснила ведьма. – Порошок в кровь попал, последнюю неделю точно не вспомнит.

- Мало, - спокойно сказала Даша, наклоняясь над инквизитором, что катался по земле, выкрикивая бессвязные слова.

Выстрел в упор положил конец его страданиям. Тильда с каким-то странным выражением посмотрела на неё, но ничего не сказала. Они развернулись и продолжили путь в сторону деревни, только теперь старались держаться на расстоянии пяти-шести метров от дороги, чтобы в любой момент спрятаться в лесу.

Но опасения их оказались напрасными. Никто навстречу не попался, что тоже наводило на некоторые подозрения. Когда, ближе к вечеру, они всё же достигли искомой деревни, в ноздри ударил запах дыма. Ветер дул от них, поэтому пожарище обнаружили в последний момент.

Моментально сбежав подальше в лес, они всё же успели рассмотреть, что именно происходило в деревне. Все четыре десятка домов пылали, а жителей сгоняли в кучу несколько монахов, причём сгоняли самым примитивным способом, кнутами. Тут же неподалёку стояли несколько повозок с решётками на окнах, куда людей набивали, как сардины в банку, после чего закрывали двери и вешали большой замок.

- Всех отвезут в свою контору, - прошептала Тильда. – Пытать будут, всех, по одному, про меня вызнают, ловить будут.

- Разворошила ты осиное гнездо, - констатировала Даша.

- Знала бы, не бралась. – Спокойно ответила ведьма. – Пошли, пока ещё можно уйти.

Уйти получилось, правда, для этого пришлось заложить крюк в несколько километров, дорог они теперь избегали, на каждом перекрёстке стояли кордоны из солдат, полицейских и хотя бы одного монаха, попутно прочёсывали лес. Теперь уже не было шанса победить лихим наскоком, только ползти мимо тайными тропами.

Но кое-что ведьма сделать смогла. Видимо, амулеты были не у всех, а потому, в критической ситуации, когда им позарез требовалось пересечь дорогу, на которой их непременно увидели бы стоявшие в ста метрах преследователи, умение ведьмы пришло на помощь.

Вынув из мешка коробочку с серым порошком, Тильда наломала несколько палок от разных деревьев, сложила из них странную фигуру, высыпала порошок и начала шептать слова. Темп произнесения заклинания постепенно ускорялся, слова становились громче. В какой-то момент она почти выкрикнула последнюю фразу, рискуя быть услышанной. А в следующую секунду, схватив Дашу за руку, кинулась через дорогу. В кордоне стояли больше десяти человек, но ни один не обратил на них ни малейшего внимания.