— У меня там несколько снимков игры, которые я хотел тебе показать.

Она покачала головой.

— Ты фотографируешь хуже, чем это делал мой отец, а я даже не думала, что такое возможно. — За то недолгое время, что они были вместе, он, должно быть, сделал сотни фотографий в ее присутствии.

Софи забрала у него фотоаппарат и поставила его на край стола.

— Покажешь мне их позже, — сказала она, ведя его по коридору. — Это были очень долгие два дня.

— Ты же знаешь, как говорят о разлуке. Хм, куда вы меня ведете, мисс?

— М-м-м. Тебе чертовски хорошо известно, куда я веду тебя. — Когда они дошли до спальни, там уже горели зажженные ею свечи и играла музыка. Она толкнула его на кровать и набросилась сверху.

Сэм застонал так, будто она раздавила его своим весом.

— Смотри там, поосторожнее.

Он заглянул ей под майку.

— О, я смотрю.

— Ну, тогда, давай я облегчу тебе задачу. — Она улыбнулась, снимая свой топ.

Сэм поднял брови, довольный.

— Стоит уезжать почаще, если я смогу рассчитывать на такой прием.

— Нет необходимости. — Она запустила руки в его волнистые волосы. — Знал ли ты, что мое увлечение тобой пробуждает мою внутреннюю похотливость?

«Ой-ой». Она начинала терять свой словесный фильтр, который так упорно старалась сохранять.

— Можешь спросить любого из моих прошлых кавалеров. Такое поведение нехарактерно для меня.

— Увлечение? Я надеялся, это больше, чем просто увлечение. Кроме того, я лучше не буду думать о других твоих приятелях. Мысль о том, что кто-то другой касается тебя, тревожит меня.

Они помолчали несколько секунд, кончики ее пальцев покалывало, когда их губы соприкоснулись. Софи ждала, когда он овладеет ею, в кровь выбросило адреналин, внизу живота она ощущала знакомое волнительное чувство. Она свесила голову и театрально вздохнула.

— Почему всегда не может быть так, как сейчас?

Сэм погладил ее щеку.

— Потому что мы бы поубивали друг друга, вот почему. Мы же не кролики.

Софи прыснула от смеха.

— Может, мне нравится быть кроликом.

— А мне нравится, когда тебя так легко рассмешить. — Он убрал волосы с ее лица, глядя на нее. — И все же, никакого смеха в постели. Это запрещено.

Она нежно улыбнулась, а он посмотрел не ее еще пристальнее.

— Боже, Софи. — Он выдохнул так, словно задерживал дыхание. — Когда ты смотришь на меня вот так…

— Как?

— Есть хоть какие-то мысли? — Он изучал ее глаза. — А?

Его руки начали путешествовать по ее телу, пробуждая каждый нерв. На какое-то мгновение слова застряли у нее в горле.

— Больше, чем ты думаешь, — прошептала она. Софи положила голову ему на грудь, и биение, которое она почувствовала, подарило ей чувство восторга.

— Знаю, что это не оригинально. — Его пальцы следовали по краю ее плеча. — Но когда я прикасаюсь к тебе… я дома.

«К черту его и его красивые слова!». Софи обняла его так крепко, как могла, прежде чем взять его лицо в свои ладони и поцеловать с такой страстью, о которой она и не подозревала.

Позже этим днем Софи лежала в объятиях Сэма. Его рука покоилась на ней, а сам он зарылся лицом в ее волосы.

— Так чем бы ты хотела заняться в Новогоднюю ночь?

— Тем, что у тебя перед глазами.

— Уверена?

— М-м, ага. — Она кивнула.

— Ты уверена?

Она села, прижав к телу одеяла. На ее вкус, в комнате было несколько прохладно. Она прищурилась.

— Почему ты все спрашиваешь и спрашиваешь об этом?

— Ну, — начал он, выбиравшись из кровати, затем потянулся за своими брюками и достал кошелек. — Я подумал, поскольку ты говорила, что Диснейленд твое любимое место в мире... — Он достал два билета и поднял их, прежде чем отдать ей.

— О-о! — Она прижала их к груди. — Это будет замечательно! Диснейленд так прекрасен на Рождество.

Он присоединился к ней в постели, и она привлекла его к себе, чтобы поцеловать.

— Спасибо. Мне нравится.

— Тебе спасибо за то, что ты предпочитаешь Диснейленд дорогим украшениям.

— Что ты хочешь сказать? Диснейленд не дешевый, поэтому мы поделим на двоих...

Сэм закрыл ей рот рукой, чтобы она не смогла договорить.

— Фто? — пробормотала она.

— Просто заткнись, — приказал он.

— Я ос оворю!

— Ш-ш!

В конце концов, она бросила попытки говорить и стала лежать спокойно. Он медленно убрал руку, она молчала еще несколько секунд.

— Я просто говорю, что мы разделим...

Он снова прикрыл ее рот ладонью.

— Боже, женщина! Ты когда-нибудь прекратишь?

Она покачала головой, улыбка достигла ее глаз, и потом она начала хихикать.

— Читай по губам, — произнес он, его лицо находилось в нескольких сантиметрах от ее. — Мы больше не будем об этом говорить.

Она взяла его руку и убрала от своего лица.

— Ладно! Но могу я, по крайней мере, купить тебе толстовку с Микки Маусом? Может, какие-то уши?

— Да. Да, можешь.

— Блин, такой властный!

— Ну, — сказал он, пробегая пальцами по ее плечу. — Теперь, когда наше приветствие окончено, валяй, рассказывай мне все грязные подробности о твоей сестре.

— Уф. — Софи скорчила недовольное лицо. Так как Сэм уехал утром после Рождества, она не успела рассказать в подробностях о разбитом сердце Эви. Они недолго разговаривали, пока он был в отъезде, но она не хотела грузить его своей семейной драмой во время его поездки.

— Из-за чего они поссорились? — Он говорил о явных разногласиях между Эви и Кристианом тем вечером. — Что он теперь-то сделал?

— Козлистиан?

Сэм подавил усмешку. Его, очевидно, не могла не позабавить ее всеобъемлющая неприязнь к свояку.

— О, Козлистиан изменил ей.

— Подожди минутку. То есть он на самом деле ей изменял?

— Нет, не когда я говорила с ним. Хотя, кто знает? Может, и изменял. Но, видимо, это случилось после того, как я встретила его в тот день. С какой-то женщиной, которую он встретил на выставке в галерее.

— Черт. — Сэм скорчил гримасу. — Какой удар. Как Эви?

— Полностью раздавлена, конечно же.

— Как она узнала?

— Похоже, он ей сказал в ночь, когда это произошло. Вот почему на Рождество между ними словно кошка пробежала.

Сэм задумчиво кивнул.

— Ну так вот, — продолжила Софи. — Она пытается решить, хочет ли она, чтобы все между ними наладилось.

— Угу... И?

— И? И что?

— То есть ты считаешь, это станет поводом расстаться.

— А ты так не считаешь?

— Я думаю, это станет поводом расстаться, если Эви так чувствует. И не станет, если она чувствует иначе.

Софи покачала головой, не в силах поверить своим ушам.

— Как ты можешь такое говорить? Это же настоящее предательство. Ты хочешь сказать, что, если бы я тебе изменила, ты смог бы не придать этому значения?

— Не придать значения — нет. Оставить в прошлом — возможно. Честно, я не знаю, что бы я сделал. — Он почесал висок. — Иногда мы уверены в том, как справились бы с чем-то, а когда это происходит на самом деле, обнаруживаем, что ошибались.

— Но как она сможет когда-либо доверять ему?

— Я не знаю, — признал он. — Но люди справляются.

— Ого. — Ее голос звучал резко. — Хочу сказать, я в шоке.

— Люди справляются, — повторил он твердо.

Софи изумленно смотрела на него.

Сэм на мгновение замолчал.

— Мои родители справились.

— Что?

— Ты меня слышала.

— Кто был виноват? — спросила Софи.

— Оба.

— Оба? — Ее глаза стали круглыми от удивления. — Как ты вообще узнал об этом? Они тебе сказали?

— О Боже, нет. — Он вздрогнул и ненадолго закрыл глаза. — Но я подслушал их ссору, когда был подростком. Не знаю, тогда ли это произошло или еще раньше. Не знаю, кто провинился первым, и на самом деле и не хочу знать. Как ни странно, в некотором роде меня бы заинтересовали подробности просто потому, что я нахожу людей интересными. Но как их сын — нет. Мне не нужно этого знать.