Недолго продлилось счастье от победы: нам навстречу летели новые подвижные «руки». Ослепительно белого цвета.

– Это Белый! Белый! – благоговейно раздалось вокруг.

Времени обсудить необычного альва у нас не было. Линна скомандовала заходить ему сзади. Похоже, все защитники Токомияги, что сдерживали его некоторое время, пали. Бой протекал тяжело. Основная часть резерва израсходована на первого врага, и мы больше полагались на физические умения воинов. Белый альв-альбинос имел радиус более двухсот пятидесяти метров. Он разил зазевавшихся новов без всякой жалости. Утаскивал за ноги и руки, сбивал строй своей снежно-белой стеной джунглей. Будто сама зима выслала нам небесную кару. Когда войско рассредоточилось и полностью окружило его, стало легче. Хотя действовали менее слаженно, чем в Каскано. Гвардейцы имели специальные трубы, но простым наемникам оставалось только орать что есть мочи, предупреждая об отходе альва.

[Лаура]

Разделившись с вонси, я бросилась в джунгли навстречу третьему хранителю. Огонь плескался вокруг, дым мешал нормально ориентироваться. Надо остановить его, во что бы то ни стало. Увидев первые руки, я замерла, с опаской наблюдая за альвом. И точно, стоило мне постоять на месте немного, как пришелец бросился в меня тучей лиан. Я отпрянула назад:

– Хранитель, я хочу поговорить!

Несколько лиан приблизились ко мне:

– Новский прихвостень, что тебе надо?

– Остановись! Зачем ты сражаешься с новами?

– Это моя миссия.

– Но зачем?!

– Тебе не понять.

Слишком беспечно я отнеслась к незнакомому хранителю. Стоило чуть расслабиться, как верткая лиана скрутила меня за ноги и повалила на землю.

– Нет! Стой!

Не хочу умирать! Более толстая рука обхватила мой живот, и начала сдавливать. Не хочу! Нет! Я отчаянно вырывалась и взывала о пощаде, но альву было наплевать. Надо мной зависла узкая рука с острым наконечником. Будто хищник перед прыжком.

Не знаю, что в этот момент на меня нашло. Наверное, ежедневные занятия с Усенной повлияли. Я запела. Отчаянно, стараясь изо всех сил, жадно глотая воздух, пропахший гарью, часто срываясь из-за сдавливающих лиан. Хватка ослабла, и песнь полилась более ровно. Я пела про храброго мальчика, что смело шагал вперед, невзирая на опасности. Синкуджи заявила, что песни из Каскано не примут в патриархате, но эту Усенна оставила. Даже мне становилось поначалу радостно от светлых слов и веселого мотивчика. До тех пор, пока настырная Усенна в сотый раз не правила мое произношение некоторых слов.

Допеть не успела. Живот скрутило, и меня вырвало.

– Славный цветок вырос, – произнесла говорящая рука хранителя. – Негоже губить такой. Уходи.

Лиана вздернула меня и поставила на ноги, которые предательски дрожали. Не став медлить, я рванула назад к селению. Все еще ощущалась слабость, и пару раз спотыкалась о гадкие корни деревьев. Однако альв никуда не торопился.

Выйдя к деревне, я поспешила на поиски главного нова, у которого на голове почти не осталось корней. Вот он!

– Сюда идет третий альв!

– Я знаю, – ответил предводитель. У них также имелся один шад, который подсказывал о нахождении других альвов. – Жаль, не успели Белого завалить, – Посетовал безкорневой и обратился к другому нову в доспехах. – Труби отступление. Раненых на повозки! Живее!

[Хиири]

При отходе мы и соседние новы оставались до последнего. Отступали по дороге на север, а не обратно в Сунджи. Не хватало еще альвов за собой привести в беззащитное село. Нам пришлось сдерживать альбиноса, пока с противоположных сторон эвакуировались остальные войска.

Мы отошли в деревню, что располагалась в нескольких километрах севернее. Ашикуни тут же начал собирать ополчение, пользуясь законом сегуната о добровольческой армии. Несколько гвардейцев отыскалось. Также пэр попросил у меня Лауру, чтобы с их шадом докладывать о передвижениях врага. Само собой, я согласился. В дальнейшем, при оплате наших услуг, будет проводиться допрос, и за такую специфичную помощь нам неплохо заплатят.

Собрав приличное войско в три сотни новов, мы двинули обратно. Белый альв куда-то исчез, и с оставшимся сообща расправились быстро. На этом наше сражение окончилось. По моим крайне грубым прикидкам, полегло около двух сотен новов: половина из защитников Токомияги, четверть были мирными жителями, четвертая часть потерь из пограничников Сунджи. И это сделали всего три альва, не особо старавшиеся согласовывать свои действия. Что же тогда сделают две сотни?

Уже уходя, среди груды обломков одного токомиягского дома я увидел шевелящуюся руку. Вместе с девушками достали оттуда полумертвую женщину. Рог еще был не полностью разряжен, поэтому слугу вылечили. Я получил разрешение у Ашикуни оставить свободную в своей Семье, хотя обычно всех слуг, потерявших Хозяина, забирает Дом сегуна. И уже потом выплачиваются премиальные наемникам. Видимо, пэр оценил наш вклад в победу над альвами.

Второго числа третьей весны мы возвращались в Соленджо, и на дороге при въезде в город нас встретили Мицу с Сэйто. Девушки радостно бросились обнимать меня и других членов Семьи. По прошествии столь трогательной сцены мы продолжили путь, въехав в пределы родного Соленджо.

– Ну как вы тут?

– Простите, Хозяин, – помрачнела Мицу. – Нас с Хинатой ограбили недели две назад, когда мы шли на рынок за покупками. Их было много, поэтому я не доставала артефакт.

– Не пострадали?

– Нет. Почти целого злата лишились.

– Что за Семья?

– Старшая Семья Иватэ, Хозяин. При старом главе входили в Дом Иватэ. Около сотни слуг.

Да, с такой Семьей нам еще рановато тягаться.

– Кстати, а твой артефакт?

– Нас не обыскивали.

– Странно.

– Отнюдь, господин, – взяла слово Линна. – Вы путаете их с разбойниками. У якудза свои правила. Это был простой «наезд».

– Да, – подхватила знающая Мицу. – За суд ведь надо платить от злата и более, поэтому они грабят на небольшие деньги с тем расчетом, что жертва не будет судиться.

– Если бы они забрали дорогой артефакт, то это уже другой разговор, – объяснила агаши.

– А как с похищением слуг?

– Сакура, упокой Творец ее душу, надолго отвадила от нас таких личностей. Главное, не забывайте, господин, что вам нельзя на людях выказывать привязанность к слугам.

– Тупая криворукая овца! Ничего нормально сделать не можешь! Хочешь, чтобы я тебя на рынок слуг отправил?! – сказал я громко, привлекая внимание прохожих. – Так?

Синкуджи уже было открыла рот, чтобы возмутиться, но Линна ответила первая:

– Простите недостойную. Не продавайте меня, я еще пригожусь, – агаши сделала скорбное выражение и добавила тише, – Именно так. Немного наигранно, но сойдет.

– Смотри, чтобы к тебе не прилипла эта маска, – пробормотала магесса, разочарованная, что не удастся спустить пар на мне.

– Да, это Отонаси, – показал я на спасенную нами слугу.

Вполне обычная ниппонка средних лет. Темные волосы, привычная для сегуната внешность. Единственное отличие – девушка немая. Даже само имя ее означало с древнего языка – молчунья, или что-то в этом роде. Кое-как смогли наладить с ней общение с помощью записок.

– Отонаси не говорит, но все понимает, – объяснила Кутики. – Она любит животных.

– Тебе понлавится в нашей Семье! У нас есть колова и кулы. Еще есть Почи – он стлашно выглядит, но доблый…

Немая с улыбкой слушала девичьи разговоры, иногда кивая или мотая головой.

По приезду в альвский особняк сразу закатили шумную пирушку. Рассказали про службу, про вторжение. Из-за огненного штога на три пограничные деревни напали в совокупности восемь альвов, забрав жизни около трех сотен новов и разрушив два селения до основания. Про Белого ходили разные противоречивые слухи, которым Лаура не советовала верить. Это такой же альв, только с белой «корой», ничего более. Мари немного расстроилась из-за того, что я не повторил свой прошлый подвиг по уничтожению альва. Вот еще. Буду я рисковать собой ради какой-то невнятной чепухи.