Глава 11

(POV Вита)

После того, как ушёл этот демон-псих, я подождал какое-то время на случай, если он забыл мне сказать ещё что-то безумное, и начал воплощать свой план побега. Он созрел у меня довольно быстро. Думаю, учитывая то, что теперь превращение в цветок я могу контролировать, много времени это не займёт. Что ж, психа на горизонте не видно, приступим. Сначала нужно избавиться от ошейника, так неприятно сдавливающего мою шею. Ха-а. Концентрируемся, расслабляем тело, представляем, как оно уменьшается в размерах, как ноги окутывают корни, руки превращаются в листья, а голова… Кхм, ладно, своей цели я достиг. Я снова маленький синий цветочек. Ошейник, поняв, что держать ему больше некого, звонко ударился о пол, упав рядом с моей одеждой. Отлично, теперь превращаемся обратно. Фух, довольно неприятно, когда под ногами камни, а не земля, я уж не говорю об элитном удобрении. Ну, а теперь осталось выбраться из самой клетки. Можно, конечно, просто взломать замок моим ядом, но слишком велик риск того, что тогда сработает охранка и этот псих снова придёт. Так что воспользуемся тем же методом с цветком. Думаю, через прутья он пролезет без труда, главное вовремя подсчитать момент превращения. Хватаю одежду и подкидываю её к решётке, уходить отсюда голышом у меня желания нет. Теперь нужно подойти как можно ближе к решётке.

— Надеюсь, тут нет камер или чего-то похожего на это, — бормочу себе под нос, — даже думать не хочу о том, как это все забавно смотрится со сторо-а-а…! А-а-а…! А-агх… А-а-а!

От невыносимой жалящей боли падаю на колени, чтобы закричать с новой силой и тут же закашляться. Горячий воздух обжигает горло и лёгкие. Плохо осознавая, что делаю, перекатываюсь на середину клетки, боль немного отступила, отдав место разыгравшемуся адреналину. Что только что… Почему так больно? Опускаю взгляд на руки и с ужасом понимаю, что весь охвачен огнём. Все мысли вытесняет нарастающая паника. Снова кричу, уже от страха, и начинаю хаотично вертеться ужом, чтобы сбить пламя. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем огонь полностью погас. Возможно, мне повезло тем, что одежды на мне не было, поэтому и потушить оказалось проще, чем если бы возгорелась и она. Может, были и другие способы его потушить, не удивлюсь, если так. Но сейчас это все не важно, у меня получилось, и это главное. В тишине комнаты раздавалось моё прерывистое, шумное дыхание, прерывающееся на кашель. Паника потихоньку сходила на нет. Откуда взялся огонь? Неужели всё-таки сработала какая-то охранная система? От чего? Потому что снял ошейник или потому что подошёл слишком близко к решётке? Может, она среагировала на моё превращение? Не знаю, если честно, и не хочу знать. Свой подвиг повторять желания у меня нет. Сомневаюсь, что переживу ещё одно возгорание. Стоит признать, что мой план с побегом полностью провалился. А ведь я хоть и наполовину, но цветок. Раньше, после того, как оказался в теле цветка, я не любил огонь. Теперь я могу с уверенностью сказать, что ненавижу его.

— Мгкх, — тело скручивает новой волной боли.

Странно, огня нет, а боль нарастает, как будто кожа снова охвачена им. Стискиваю зубы, чтобы снова не закричать. Больно. Господи, как же это больно. Она вспышками пронзает меня где-то в большей, где-то в меньшей степени. Нужно сосредоточиться и вспомнить первую помощь при ожогах… Хах, верно, даже если вспомню, не думаю, что смогу в таких условиях сделать хоть что-то. С каждой секундой все сложнее сдерживать стоны и вскрики. Должна же эта боль когда-нибудь кончиться? Почему она только нарастает? Жарко. Хочется пить. Такое чувство, что я сейчас умру, если не дать мне хотя бы глоток воды. Больно. Невыносимо. Пожалуйста, пусть это боль прекратится. Это слишком, прошу.

— Больно, — беззвучно произношу одними губами и проваливаюсь в темноту…

(POV Лизетты)

— Прошу прощения! Девушка! Да, да, вы, можно вас на пару слов? — Микаэль, активно жестикулируя, обращался к молодой эльфийке.

Уже вечерело и нужно было устраиваться на ночлег. Как бы мне ни хотелось быстрее найти Вита, но идти целый день без остановок мы не могли. Все мы нуждались в отдыхе, еде и сне. Как раз на пути попалось небольшое поселение, и мы, недолго думая, решили, что лучше переночевать тут, чем на улице.

— Я все прекрасно слышу, не обязательно так кричать, — девушка, сморщив нос, медленно подошла к нам. — Вы что-то хотели?

— Не подскажите нам, где тут…

— Тише! — девушка взмахнула руками. — Сказала же, не нужно так кричать!

— Да я и не кри… — Микаэль растерянно замер от громкого крика этой странной особы:

— А-а, у меня скоро кровь из ушей пойдёт, неужели нельзя хоть немного говорить потише?!

— Не подскажите нам, — начал шептать Максимилиан и, увидев заинтересованный взгляд эльфийки, продолжил, — где можно снять комнаты на ночь и поесть нормально?

— М-м, уже лучше, но все равно громко, — девушка прижала руки к вискам. — Прямо до дома с синей крышей, справа будет заведение «В гостях у Ринориля», там спросите.

— Благода… — начал было Микаэль, но девушка уже медленно шла в только ей известном направлении. — И вовсе не обязательно было так яро выражать своё плохое настроение.

— Какой краси-ивый, — Марик Амхеус заворожённо смотрел на переливающийся на солнце браслет. — Если продать его, то можно получить целых…

— Только не говори мне… — простонал Максимилиан, но его перебило яростное шипение Микаэля:

— Ты что, украл его? Мар, ты опять?!

— Я ничего не крал! Я просто посмотреть взял… — гоблин испуганно отшвырнул браслет в сторону. — А-а, я же завяза-ал! — Марик Амхеус упал на колени и поднял руки к небу — О, Гроглоин Бон Быг, прости меня за мою дерзость! Я не хотел тебя оскорбить. Марик Амхеус Ибн Грым Шак клянётся, что больше не посмеет порочить твоё имя своим недостойным поведением!

— Ну все, хватит, пойдёмте уже. — Максимилиан раздражённо дёрнул плечом и пошёл вперёд, не оборачиваясь.

Мы медленно отправились следом. Все мои мысли занимал не тот безвкусный браслет, а странное пятнышко на щеке той эльфийки.

— Доми, ты видел странный белый налёт у неё на щеке? — шепнула я брату, не удержавшись.

— Да мало ли в чём измазалась эта невежа? — фыркнул он. — О, смотри, то самое здание — «В гостях у Ринориля». Такую огромную вывеску можно было найти, и не спрашивая никого.

— Тут ты прав. Вывеска размером с дверь — это очень оригинально. — Я привязала единорога к перилам, и мы вошли в здание, чтобы тут же поспешно отойти в сторону.

— Ха-ха, бабочки, ха-ха-ха, эй, бабочки, вы куда? — мимо нас пронёсся радостно смеющийся эльф в погоне за невидимыми бабочками. По крайней мере, я никаких бабочек не видела. — Ха-ха-ха, не улетайте без меня! Бабочки-и…

— Похоже, кто-то перепил, — Доми задумчиво посмотрел, как любитель бабочек выбежал за дверь.

— А ещё у него тоже странное пятно на лице, — снова шепнула брату.

— Ой, может, тут так у них модно сейчас. — Брат махнул рукой в сторону одиноко сидящей за столом эльфийки с тем же налётом на шее. — Сейчас спросим.

— Я прошу прощения, что отвлекаю вас, — Доми подошёл к той самой эльфийке, — но нам очень интересно, что это за странная мода у вас? — Доми сделал паузу в ожидании хоть какой-то ответной реакции, но её не последовало. — Как вы наносите на себя этот белый пушистый… Хм, а что это вообще?

— Похоже, она не хочет с нами разговаривать, — удивлённо повернулся ко мне брат после нескольких минут тишины в ответ. Даже больше, эльфийка не то что не ответила на вопрос, она даже не шелохнулась ни разу. Просто сидит и смотрит в стену, почти не моргая.

— Что случилось? Что-то болит? — Мы с братом услышали обеспокоенный голос Максимилиана и тихонько подошли к нему. Он, сложив руки за спиной, наблюдал за держащимся за голову и тихо стонущем рыжим эльфом в компании двух друзей.

— Голова, моя голова-а, — парень чуть ли не плачет, произнося это.

— У вас болит голова? — понимающе кивнул дроу. — Я лекарь, и если вы позволите, я мог бы облегчить ваше состояние…

— Голова… — все так же жалобно стонет эльф, — она слишком большая.

— Нормальная у вас голова, не больше, чем у других, — в диалог встревает мой брат.

— Нет, вы не понимаете, — качает головой страдалец и с силой вцепляется в волосы. Я замечаю у него на руках все тот же налёт, — она очень большая. Она заполняет всю комнату, не помещается в двери. Голова настолько тяжёлая, что я не могу встать. Встать… Мне нужно встать? Встать…

— Встать — значит принять вертикальное положение, — громко и отчётливо говорит сидящий рядом эльф. И я уже не удивляюсь белому пятну на его предплечье. — Положение — это застывшая форма чего-либо. Яблоко круглое, но если рассматривать этот вопрос с другой стороны, то я должен сказать, что оно хоть и круглое, но висит, а не стоит на дереве. Соответственно, чтобы помочь себе встать, нужно зацепиться за дерево, а для этого всего-навсего нужно стать круглым.

— Яблоко? Это лишь желание невозможного, — важно кивнул головой пожилой мужчина за соседним столом, почёсывая белый, будто покрытый мхом нос.

Это ведь уже не просто совпадение… Что происходит?

— Вы несёте какой-то бред. — Мы повернулись на голос Микаэля. Он беседовал с пожилой дамой за стойкой. — Я просто хочу заказать комнаты на одну ночь, зачем мне…

— Как ты смеешь говорить с королевой! — эльфийка важно задрала голову вверх. — Ты должен быть благодарен, что я согласилась снизойти до твоих просьб! Немедленно склонись передо мной!

— Вы не очень-то похожи на королеву, — моему возмущению нет предела. Да она хоть представляет, насколько громкое это заявление? Тоже мне королева нашлась.

— Да ты! Ты…! — Не найдя слов, она разворачивается к нам спиной. Мимоходом замечаю уже знакомое пятно на ее затылке. — За оскорбление королевы вы приговариваетесь к игнорированию с моей стороны!