— Нравится?

Киваю. Непроизвольно. Облизывая губы.

— Продолжать?

Киваю трижды. Мне безгранично сладко!

— Моя девочка! — шепчет он крайне нежно, играя пальчиком с райским местечком так чувственно, что у меня ноги подкашиваются. Он входит в меня пальцем, расширяет, двигается медленно, ритмично, наращивая темп. Ритм моего дыхания меняется, я трепещу в руках бандита, будто признаю в нём своего хозяина.

Оценив мою реакцию, Данте входит в кураж, а я чувствую, как место пальца занимает нечто более толстое. Его огромный каменный член, стоящий жёстко, твёрдо. Он осторожно входит в слишком узкое отверстие. Я дёргаюсь. Нет, мне не больно. Я дёргаюсь от неожиданности, но мужчина тут же гладит меня по щеке, успокаивая.

— Т-ш-ш, расслабься, — и целует в метку на плече. Так сладко, так обходительно целует, что я едва не слепну от надвигающегося оргазма. — Я осторожно, глубоко не буду. Почувствуй новое, Алиса. Познай своё тело, — я рассыпаюсь в пыль от глубины его неземного голоса, когда он соблазняет меня на порочный грех, беря меня в попку, как сам дьявол. Демон порока и разврата.

Он входит в меня медленно, лишь головкой, я расслабляюсь. Становится невыносимо приятно.

Как же так? Разве это возможно? Он меняет положение — двигается во мне и членом и пальцем, я двигаюсь навстречу его нежным ударам и красивым толчкам, со стонами на губах молю не останавливаться.

Я мечтаю оттянуть удовольствие, насладиться красочным моментом безумия. Фонтан искр бьёт во мне без предупреждения. Сам по себе. Накрывая колючим ковром сумасшествия всё моё тело — каждый его миллиметр. Под мои сладостные стоны Данте, хрипя и часто дыша, изливается внутрь меня потоками горячего семени. Много. Очень много он жалует мне своего бесценного белка. Долго терпел, наверное. Злился, само собой, мечтая сбросить свою злость в меня.

Сладкое наказание. Именно так в двух словах я могу описать то, что только что случилось между нами. Не смог по-другому. Сорвался. Я заслужила худшего, а он швырнул меня за пределы стратосферы, к истокам рая.

Данте укладывает меня на кровать, сам сверху склоняется. Ещё минут десять мужчина просто долго и страстно целует меня в губы, пальцами зарывается в волосы, сминает их, трёт между подушечками, чувственно массирует корни волосы. Мне хочется кончить ещё раз. Банально от пламенных поцелуев и сводящих с ума прикосновений. Сладкий, немыслимо горячий… этот мужчина грех во плоти. Я всегда и везде буду его желать его до одури.

Данте отрывается от меня, слабо улыбается, рассматривая меня всю. Губы жжёт, они пылают, немного болят, а вот между бёдер до сих пор ощущается блаженная тягучесть. Изредка по нервам проходят остатки сладостных конвульсий. Я мечтаю таять в его звериной жажде до самого рассвета.

Когда блаженная дымка перед глазами рассеивается, я снова оказываюсь в суровой действительности и концентрируюсь на очень важном деле.

— Мне нужно поговорить с Рокси, — сухим голосом прошу я бандита, кладу ладонь на его хоть и жесткое, но безумно красивое лицо.

— Она наказана. И ты тоже, — голос ледяной, как арктический лёд. — Вы ещё долго не сможете видеться друг с другом.

— Ну пожалуйста! Всего лишь пять минут!

— Нет.

— Данте, прошу. Я должна попросить у нее прощения. Это была моя вина! Понимаешь?! Я её уговорила и подговорила. Меня наказывайте!

— Ненавижу. Твои. Слёзы, — с паузой молвит он, смахивает подушечкой пальца прозрачные бисеринки с ресниц. — Одевайся, я провожу.

— Спасибо! — я бросаюсь к мужчине на шею, смачно целую в щёку. Она шершавая, покрыта щетиной. Лицо самого красивого и опасного мужчины на свете пахнет мятой и океаном. Не так давно он принял душ и сразу поспешил ко мне вершить наказание.

Я поднимаюсь с кровати, быстро одеваюсь. Данте тоже. Сначала штаны, потом он пытается натянуть на потное и накачанное тело рубашку. Я поджимаю губы и спешу на помощь, когда вижу, как он мучается с раненой рукой. Я бережно помогаю ему одеться. Сама застёгиваю пуговицы на рубашке. А затем… я просто так, крепко его обнимаю и целую в подбородок. Прикрыв глаза, нашёптываю:

— Я адски сильно за тебя испугалась. Обещай, что с тобой больше никогда ничего подобного не случится. Обещай! Чёрт! Что будешь жить вечно!

— Малышка… — мои слова шокируют бандита. — Ты же знаешь, что я сам дьявол. Что со мной может случиться? — кривится, хмыкая. — Приятно, что ты переживаешь. Бледненькая такая. Правда испугалась?

— Неимоверно. Я до смерти испугалась, Данте, что больше тебя никогда не увижу.

Обнявшись, мы выходим в коридор. Данте ведет меня на второй этаж, показывает в какой комнате держат Рокси и открывает дверь ключом.

— У тебя пять минут. Помнишь?

Киваю. Дергаю за ручку, вхожу внутрь тёмной, слабоосвещённой комнаты.

***

— Рокси, прости… Как ты? Ох, что с твоим лицом?

Я присматриваюсь в полутьме и вижу на красивом личике девушки красную отметину.

— Норм всё. Да так... Демир психанул. Не извиняйся, Алис. Это был мой выбор. Прости и ты меня, что не предупредила насчёт Шамиля. Запаниковала, мысли все испарились из сознания. Он тебя мучил?

— Гадости разные говорил, не успел особо навредить. Демир! Мерзавец! Ударил, да?

— Ерунда. Забудь. А малыш как?

— К счастью, всё обошлось. Данте ранен.

— И злой. Как сатана. Боюсь, пробил мой час.

— Ты о чём?

— Отец хотел отдать меня Шраму, когда мне исполнится двадцать. Но если он узнает… я думаю, ещё года у меня не будет.

— Что же нам делать? До родов осталось совсем немного.

— Бежать. Ха! — вскрикивает сквозь слёзы и смех девушка.

— Да уж, — я обнимаю малышку крепче, вздыхаю. — Шутишь, да? Сейчас это невозможно, абсолютно! За мной по пятам ходит высоченный злющий лоб.

— Нам остаётся просто надеяться на чудо. По слухам, я слышала, что когда отец вернётся из поездки, то состоится свадьба. Данте и Аннеты.

Перед глазами сгущается белый туман, голова кругом, как будто душу из тела выдёргивают корявыми щипцами.

Роксана оказалась права. Не слухи это были вовсе. А грандиозные планы бандитского семейства.

Через три недели Мирон и Вильмонт вернулись из «сафари». Так называлось то, чем они занимались. Убийством. Живых существ. И они зарабатывали на этом чудовищном деле огромные суммы. А ещё через неделю состоялось важное событие.

Роды?

Нет. Свадьба. Аннеты и Данте.