— Мы не собираемся биться.

— Да, мы собираемся.

Константин открыл рот, чтобы опровергнуть меня, но сразу понял, что я делаю. Он улыбнулся и покачал головой, будто его забавляла моя маленькая игра.

В ту секунду он выглядел человеком, таким похожим на себя прежнего, что я почти протянула руку, чтобы коснуться его щеки. Я хотела почувствовать, как изгибаются мышцы от его улыбки, какой искренней и теплой была его радость.

Вместо этого я сжала руки, молча ругая себя.

Ты не похотливый подросток, Елена, сказала я себе. Ты взрослый человек, у тебя есть обязанности. Веди себя соответственно.

Несмотря на мою небольшую ободряющую речь, я все еще хотела прикоснуться к Константину. Все еще хотелось схватить его за щеки и прижать его улыбку к своим губам, словно я могла почувствовать юмор.

— Мы поужинаем. — он сказал. — С Николаем все будет хорошо без тебя час или два.

— Один час, и мы не будем ужинать.

Константин склонил голову.

— Он всегда может присоединиться к нам, и да, мы поужинаем.

Земля подо мной двигалась слишком быстро. Он выиграл этот спор еще до того, как он начался, и знал это.

— Хорошо, — процедила я сквозь зубы. — Ты можешь взять один час моего времени.

Его губы скривились в ухмылке.

— Не припоминаю такой враждебности, когда поймал тебя прошлой ночью.

Жар пополз по шее и щекам, но я отказывалась признавать это.

— Не понимаю, о чем ты говоришь. Воображение, не так ли?

Большой палец Константина протянулся, слегка поцарапав мою губу. Мое дыхание прервалось в торопливом вздохе.

— Я не нуждаюсь в этом, — тихо сказал он и резко отстранился. — Я зайду за тобой в 5 часов на ужин. Раньше обычного времени, чтобы поесть, но ты не оставила мне выбора.

Я моргнула, пытаясь собраться с мыслями.

— Я не собираюсь покидать поместье.

Его смех эхом разнесся по комнате.

— Кто сказал, что нам это нужно?