Глава 19

Валентин

Я сидел на заднем сиденье фургона, в котором Призрак доставил меня в Бруклин, в сопровождении Заала и Луки. Их охранники следовали позади нас в другом фургоне. Ошейник снова был закреплен у меня на шее, но уже без иголок. Нам необходимо было продолжать делать вид, что я все еще нахожусь под контролем Госпожи. Я ненавидел носить эту штуковину. Тяжелый металл царапал мои свежие раны. Но при одной мысли о Зое, привязанной к той кровати, боль исчезала, растворяясь в воздухе.

Мы планировали нашу атаку в течение нескольких часов. Пахан и еще один главарь Братвы присоединились к нам за столом. Я наблюдал за Кириллом Волковым, когда тот слушал, как его князь составляет план. Я видел гордость в глазах Кирилла. Все это время мой желудок сжимался. Никто, кроме Зои, никогда меня не любил. Двенадцатилетним ребенком я слышал о русской семье Волковых. Сидя за столом и наблюдая, как легендарный мужчина позволяет своему князю вести дела, я убедился, что князь, вероятно, не останется в этой должности надолго.

Уже почти рассвело, но небо все еще было достаточно темным, чтобы мы смогли незаметно приблизиться к особняку. Втроем мы сидели в фургоне молча. Нам не терпелось, чтобы фургон прибыл к месту нашего назначения. Лука и Заал были одеты во все черное. Заал отказался надевать что-либо, что прикрывало бы его тату на груди, чтобы Госпожа сразу увидела его идентификационный номер. Лука был одет в темную одежду, капюшон от толстовки был натянут на голову, а на костяшках его пальцев блестели кастеты.

Внезапно фургон остановился. Дверь открылась, и мы втроем выпрыгнули наружу. Глава охраны Луки стоял уже с пистолетом наготове. Другие охранники Луки и Заала остановились позади нас. Мы были в самой гуще леса, сразу за территорией особняка. Заал встал передо мной и сказал:

— Сделай так, чтобы это выглядело правдоподобно.

Не колеблясь, я начал бить Заала по лицу кулаком, и огромный мужчина принимал удар за ударом. Я ударил его еще десять раз, пока его лицо не стало кровоточить, а кожа на его щеках и лбу не треснула. Синяки и припухлости скоро появятся. Госпожа будет довольна, что я причинил ему боль.

Заал вытер нижнюю губу и уставился на меня так, словно хотел проломить мне череп. Я предполагал, что он догадывался о том, что я причинил боль его сестре. Я видел это в его подозрительных глазах. Он выплюнул кровь изо рта на землю, прежде чем повернуться ко мне спиной и сложить запястья вместе. Я связал их веревкой. Заал повернулся и молча начал ждать, когда мы двинемся дальше. Я кивнул Луке, давая ему понять, что был готов. Он протянул мне маленький белый пузырек.

— Закапай несколько капель в глаза, это расширит твои зрачки. Нам нужно, чтобы та женщина поверила в то, что чертова тонна сыворотки, которую она закачала в твой ошейник, все еще держит тебя под ее контролем. Если ты все испортишь, все там умрут.

Я выхватил пузырек из его рук и капнул немного жидкости себе в глаза. Мне не нужно было, чтобы русский князь напоминал мне о том, что может произойти с единственными двумя людьми, которых я любил. Капли мгновенно стали жечь глаза, но вскоре все вернулось в норму. Я швырнул пузырек обратно в Луку, и он, не реагируя, произнес:

— У тебя час, чтобы добраться до особняка, прежде чем войдем мы, — он медленно подошел ближе. — Всех, кто там будет, мы убьем. Всех, кроме двух женщин, которых ты хочешь защитить.

Он помолчал и, наклонившись, тихо добавил:

— Включая тех, кто нас предаст.

Я принял его предупреждение, но, отступив назад, подтвердил:

— Понял.

Мы зашли вглубь леса. Шагая впереди Заала, Лука следовал за мной вплотную, не выпуская меня из виду. Мы не говорили, пока проходили между деревьев. Когда пересекли границу поместья, я схватил Заала за запястья и потащил его, пока мы не достигли лужайки.

Призраки немедленно выбежали навстречу, но держались подальше с поднятыми наготове ружьями, пока я проходил мимо них без единого слова. Они знали, что меня ожидают. Я никогда не подводил. Все было так же, как и во все предыдущие разы.

Войдя через заднюю дверь особняка, я потащил Заала вперед. Я почувствовал, как он напрягся, когда дверь за нами закрылась. Я знал, это было из-за того, что он собирался увидеться со своей сестрой Зоей. Я мог только представить, каково будет мне, когда я снова увижу свою сестру после всех этих лет.

Мое сердце заколотилось от облегчения, потому что сегодня я снова ее увижу. Если этот план сработает, я увижу ее уже в течение следующего часа.

Мы прошли по коридору к комнате, в которой всегда находилась Госпожа — той самой, где она накачала нас с Зоей наркотиками. Когда мы подошли к двери, я пинком распахнул ее и втолкнул Заала внутрь. Он, спотыкаясь, вошел в комнату. Когда я услышал, как из его горла немедленно вырвался рев, я протянул руку и снова схватил его за запястья.

Тело Заала затряслось. Я продолжал смотреть вперед, борясь с желанием отвести взгляд на то, что он увидел. Но я не мог этого сделать. Находясь под воздействием сыворотки, я бы никогда не стал смотреть по сторонам. Мое сердце забилось быстрее, зная, что Зоя, должно быть, все еще лежала на кровати, где Госпожа ее привязала. Страх смешался с яростью, когда я подумал, не убила ли эта злобная сука моего kotyonok (котенка). Не избила ли Госпожа ее или не пытала ли она ее каким-либо образом.

Внезапно из дальней комнаты вышла Госпожа, и ее каблуки застучали по твердому полу. При этом звуке я с трудом сдерживал дрожь. Я ненавидел этот звук. При мысли о том, что скоро я заберу ее жизнь, кровь забурлила в моих венах. Скоро я увижу ее кровь. Скоро я смогу пытать ее.

Госпожа остановилась перед нами, и я увидел, как ее глаза загорелись от волнения.

— Отлично сработано, 194-й, — похвалила Госпожа и провела рукой по моей покрытой шрамами щеке.

Я боролся изо всех сил, чтобы не сломать ей запястье. Она протянула свободную руку и коснулась груди Заала, ее кожа вспыхнула от гнева, а губы сжались.

— Убери от меня свои грязные руки, — пригрозил Заал, и в его глубоком голосе прозвучал гнев, который он испытывал по отношению к этой женщине.

Госпожа отдернула руку и улыбнулась.

— Леван говорил, что ты большой и сильный, но я никогда и предположить не могла, что ты выглядишь именно так. И ты также восприимчив к сыворотке? Ты был мечтой для моей любви, не так ли, 221-й? До тех пор, пока ты не убил его, как тот пес Костава, которым ты и являешься.

Тело Заала затряслось еще сильнее, когда она назвала его номер. Я потянул его за связанные руки, предупреждая, чтобы он держал свое дерьмо в руках. Вдруг я услышал три негромких стука о стену коридора — знак того, что Братва пришла. Я знал, что Заал тоже это слышал, он застыл, и его кожа стала горячей.

Незаметно для Госпожи, я осторожно развязал путы Заала, и его руки освободились. Госпожа отступила назад. Я изучил расположение Призраков в комнате. Я дважды надавил пальцем на левую сторону спины Заала, давая понять ему, чтобы он взял на себя двух Призраков слева. А я возьму тех, что справа.

И тогда Госпожа будет моей.

Снаружи послышался громкий звук — отвлекающий маневр. Как ягнята на заклание, Призраки двинулись посмотреть, что там за шум. Как только они это сделали, мы с Заалом бросились вперед, готовые проливать кровь.

Я повернулся лицом к Призраку справа, но тут же заметил, как Заал вытащил из спортивных штанов два черных саи. Он вертел их в руках, запугивая одного из Призраков. Призрак поднял пистолет, а второй охранник начал стрелять. Но от вида дикого Заала, бегущего на них, они сбились с прицела. Острые концы его саи вошли в их плоть.

Пуля пролетела мимо моего уха, когда я бросился на Призрака справа от меня. Я услышал, как распахнулась дверь в коридор и в комнату кто-то вошел. Лука и его люди уже были здесь.

Призрак взвел курок своего пистолета, готовый выстрелить в любой момент, но как только он это сделал, я врезался в него всем телом, мои руки скрутили его голову, пока не сломалась шея. Я вскочил на ноги, но тут мой взгляд упал на кровать справа от меня. Мой желудок сжался, а сердце чуть не остановилось, когда я увидел свою Зою, неподвижно лежащую на кровати. Ее кожа была бледной, и на мгновение мне показалось, что Госпожа забрала ее у меня. Я подошел ближе и коснулся ее руки. Кожа у нее была холодная, губы бледно-голубые, но, к счастью, я заметил, как слегка вздымается и опускается ее грудь.

Облегчение затопило мое тело. Наклонившись вперед, я поцеловал ее в губы. Оторвавшись от нее, я быстро развязал ее замерзшие руки и приблизил свой рот к ее уху.

— Kotyonok, — прошептал я. Слезы защипали мне глаза от того, какой изможденной и уязвимой она выглядела. — Я вернулся. И привел Заала. Твой брат здесь, чтобы забрать тебя домой. Наконец-то ты будешь в безопасности.

Я почувствовал, что кто-то встал у меня за спиной. Во мне проснулось собственническое чувство, и я повернулся, пригнувшись, готовый нанести удар и убить. Но вовремя заметил, что это был Заал.

Он даже не отреагировал на мою угрозу, вместо этого он направил свой встревоженный взгляд на сестру. Мое сердце сжалось при виде полного ужаса на его лице. Я выпрямился и отошел в сторону.

— Она мертва? — спросил он, и в его голосе чувствовался страх.

— Нет, — ответил я. — Она дышит. Думаю, Госпожа накачала ее наркотиками, — я указал на следы уколов на ее руке. И, черт побери, они были повсюду.

Изо рта Заала вырвался долгий выдох. Подозвав быков Братвы, он приказал:

— Найдите мне одеяло и принесите его сейчас же! — он протиснулся мимо меня и накрыл тело Зои моей толстовкой, которая безвольно свисала по бокам.

Я наблюдал, желая позаботиться о Зое. Мне хотелось оттолкнуть грузина с дороги, чтобы он не трогал мою женщину. Но я заставил себя отступить.

Я застыл на месте, глядя, как он целует ее в лоб. Затем, когда волна гнева захлестнула меня, я огляделся в поисках Госпожи.