Глава 17. Придя в конце

— Хочешь, чтобы я надрал ему задницу?

Я пытаюсь сосредоточиться на домашней работе по геометрии, несмотря на гнев.

— Потому что я могу, — продолжает Рори.

Ванесса кивает.

— И если ты не позволишь Рори надрать ему задницу, тогда это сделаю я.

— Ребята, я сама могу надрать ему задницу, — говорю я, шмыгая носом и вытирая его.

Во время выполнения домашней работы я рассказала друзьям о том, что случилось с Джеком. Я пропустила часть о том, как я на него набросилась. Скажете, большая ошибка? Ванесса и Рори предупреждали меня насчет Джека. Мне стыдно, что они знают, что я для него ничем не выделяюсь. Сегодня он не присоединился ко мне за обедом, не сел рядом в учебным зале, вместо этого решил посидеть с Келси Пейнтер и Колтоном Брэдфордом. Она болтает с Джеком без остановки, а Колтон кладет голову на стол. С одной стороны, я рада, что Джек не сел со мной, потому что я не хочу вдыхать его одеколон и рисковать зарыться лицом ему в шею. В то же время боль и смущение льются по моим венам.

— Все в порядке, — тихо говорю я, жуя ластик. — Я имею в виду, я могла быть с ним, если бы захотела.

— Но вам придется держать его в секрете, — говорит Ванесса. — Это такой мудацкий поступок.

— Я бы никогда не попросил девушку быть тайными друзьями с привилегиями или что-то типа того, — говорит Рори, оборачивая руку вокруг Ванессы.

— Тебе лучше этого не делать. У тебя теперь есть девушка, помнишь? — говорит она.

Они улыбаются друг другу с любовью, и мои внутренности сворачиваются калачиком и умирают.

— Мой кузен Алекс написал мне вчера. — Рори лукаво улыбается мне. — Он спрашивал о тебе. Какая ты и все такое.

— Реально? — спрашиваю я. Я даже не думала об Алексе с субботнего вечера.

— Он свободен. Мы все должны выбраться куда-нибудь вместе, — говорит Рори, и Ванесса кивает. Мне не нужен парень, чтобы я чувствовала себя счастливой, но мне нравится идея новых знакомств в Теннесси.

— Да, было бы неплохо, — говорю я тихо, поглядывая на Джека. Несмотря на то, что обед закончился час назад, и мы в библиотеке, он копается в контейнере, который Ивонна упаковала для него.

— Не смотри на него! — выпалила Ванесса.

— Ничего не могу поделать, — говорю я. Ненавижу, когда чувствую себя слабой.

— Вот и все, — говорит Ванесса, бросая карандаш. — В следующие выходные мы с тобой поедем в клуб «Инфинити» в Нэшвилле. Единственное место, куда пускают до 18.

— Звучит весело, — говорит Рори.

— Ты не приглашен. Только девочки, — говорит Ванесса.

— Но у меня есть несколько новых танцевальных движений для демонстрации, — дуется Рори.

— Можешь показать мне их наедине, — говорит Ванесса, и я почти блюю.

Я засовываю лист с домашкой в тетрадь по математике и встаю. Ванесса и Рори уже слишком заняты поцелуями, чтобы заметить мой уход, но Джек следит за мной взглядом, когда я выхожу из библиотеки. Он кажется грустным, он даже не замечает, что Келси ворует его сок. Когда она видит, что он смотрит на меня, она хлопает его по руке. Он быстро качает головой и обращает на нее внимание, слушая все, что она говорит. И это просто замечательно.

***

Когда Рори высаживает меня в Кедар Хилл после школы, я направляюсь в Хиллкрест, чтобы оставить свой рюкзак перед тренировкой с Гилом. Папа и Синди поднимают глаза, когда я вхожу в общую комнату, но папа не смотрит мне в глаза.

— Саванна, — начинает он. — Мне нужно отвезти Синди к врачу сегодня днем. Она устала и не смогла удержать блюдо с едой в эти выходные. Я беспокоюсь.

— Разве вы не ходили к доктору пару недель назад?

— Я не хочу рисковать, — говорит папа, касаясь ее живота.

Я вдруг почувствовала удушье. Не только потому, что я беспокоюсь о ребенке, но и потому, что вчерашний спор с отцом все еще висит в воздухе. Если бы мама была здесь, знала бы она, что сказать, чтобы мне стало лучше?

— Саванна, — говорит Синди, протирая глаза. Я становлюсь на колени перед ее стулом.

— Ты можешь мне снова помочь? Мне жаль, что я прошу об этом, но я не закончила кое-что для миссис Гудвин, а утром у нее Благотворительное собрание.

— Что нужно сделать?

Синди делает паузу на секунду.

— Я начала вощить пол в гостиной, но от запаха меня стошнило.

— Я позабочусь об этом, — я направляюсь в свою комнату, чтобы переодеться в рабочую одежду.

— Саванна, — кричит папа, но я закрываю дверь в спальню, прежде чем услышать, чего он хочет. Ему все равно, чего я хочу. Почему я должна беспокоиться о нем? Особенно после того, как я пыталась помочь нашей семье. Когда я возвращаюсь в общую комнату, там пусто. Папа и Синди уехали к доктору, не попрощавшись. Плевать. В поместье Паула показывает мне, где найти воск для пола, и дает краткое руководство. Я окунаю старую футболку в воск и отжимаю её, чтобы она не впитывала слишком много воска. Встаю на колени, втирая воск в деревянный пол. Паула сказала, что когда воск начнет мутнеть, я должна использовать чистое полотенце, чтобы отполировать дерево. Черт, быть горничной сложнее, чем наездницей. Вощение убивает мои руки. Я слышу смех и шаги, идущие через фойе к ступенькам. Я поднимаю глаза и нахожу Келси и Джека, стоящих в дверях гостиной. Черт. Может ли моя жизнь стать еще более неловкой? Не успею оглянуться, как буду чистить туалеты, как слуги Маркуса Винчестера.

Келси на секунду сосредотачивается на мне, выглядя растерянной, затем возвращается к своему телефону и начинает подниматься по лестнице.

— Давай, Джек, — она направляется в его комнату? Они собираются переспать?

Он игнорирует ее и входит в комнату, морща нос.

— Что ты здесь делаешь?

— А на что похоже? — огрызаюсь я.

— Вощишь пол. Почему Паула или Синди не делают этого? Или даже Ивонна?

— Потому что это работа Синди, а она ушла к врачу. И мы не можем позволить себе потерять ее смену. Кто-то должен работать, — я наклоняюсь обратно и вощу сильнее.

— Какая хорошая идея, — говорит голос. Я поднимаю взгляд и вижу Гила, стоящего у своего кабинета.

Может ли этот день стать еще хуже?

— Я должен заставить всех моих жокеев и тренеров вощить полы. Это отлично подходит для тренировки верхней части тела. Саванна, можешь навощить мой грузовик перед тренировкой?

Я пристально смотрю на них обоих.

— Гил, можешь дать нам минутку, пожалуйста? — говорит Джек тихим голосом.

Гил поднимает брови и исчезает быстрее, чем вы можете сказать: “На старт”.

Джек присаживается рядом со мной, берет старую футболку и нюхает ее, кривя лицо. Я выхватываю её из его рук и тру пол, стараясь не обращать внимания на свежий запах его выстиранной одежды и одеколона.

— Я скучаю по тебе, — бормочет он.

Я киваю в сторону лестницы.

— Что насчет Келси?

— С ней ничего нет. Мы всего лишь друзья.

— Знает ли она об этом?

— Я сказал ей, что не хочу ничего серьезного. Но она моя подруга и ее уже бросали друзья, я не хочу так с ней поступать. Мы можем поговорить наедине? Я хочу найти способ, чтобы быть вместе…

— Ну, а я не хочу вощить этот проклятый пол, но мы не всегда получаем то, что хотим.

Джек встает и делает шаг назад, уставившись на меня.

— Ладно, — он выходит из комнаты, его ботинки скрепят по полу.

Я вытираю пот со лба и возвращаюсь к работе.

***

Позже, тем же вечером, кто-то стучит в мою дверь, когда я читаю «Ежедневную Гоночную Форму».

— Войдите.

Рори открывает дверь и садится со мной на кровать, обнимая меня.

— Я хочу убить этого ублюдка за то, что ты чувствуешь себя так плохо.

Я тихо смеюсь, сжимая его футболку.

— Ты ведь не переспала с ним, не так ли? — спрашивает он.

Я качаю головой.

— Я думала, тебе нравится, когда девушки спят с парнями через две минуты после знакомства?

— Не ты, — говорит он. — Не ты. Я думаю, Джек тупица. Очевидно, он хочет тебя…

Я знаю.

— Пойдем поужинаем со мной, — говорит он. — Мы можем поехать в «Теннесси Баллерс».

— Я не голодна.

— Ты не пробежишься по моим репликам позже? Я прослушиваюсь для школьного спектакля.

Мне нравится, что он пытается отвлечь меня.

— Они ставят пьесу, которую ты написал? “Позвони мне, когда твоя мама вернется в город?”

— Нет, — говорит Рори, глубоко вздыхая. —Миссис Таун сказала, что моя пьеса слишком рискованна для старшей школы. Мы играем Питера Пэна.

— О, я надеюсь, что ты получишь роль Питера! Ты будешь летать по сцене, свисая с этих штуковин.

Он подмигивает.

— Ты просто хочешь увидеть меня в зеленых колготках.

— Тьфу, — я смеюсь, а Рори идет обедать, потому что когда ты семнадцатилетний парень, еда перевешивает все остальное.

Через час Синди появляется с подносом, на котором кусок курицы, приготовленный с морковью и небольшим стаканом молока. Она приносит его в мою кровать и садится рядом, похлопывая меня по ноге. Так же, как папа сегодня днем, она не может встретиться со мной взглядом, она краснеет.

— Как твой ребенок? — спрашиваю я.

— Доктор говорит, что она в порядке, — отвечает Синди, шмыгая носом. Она щиплет себя за нос. — Я думаю, что у некоторых женщин более трудные беременности, чем у других. Он сказал, что я не должна так много заниматься физическим трудом.

— Ты собираешься рассказать Гудвинам?

— Утром, — отвечает она и гнет пальцы. — Я боюсь, что они меня выгонят... боюсь, мне придется съехать от тебя и твоего отца.

— Не надо так думать, — я ее обнимаю. — Все будет в порядке.

И тут папа появляется в дверях.

— Я действительно не хочу говорить с тобой сейчас, — говорю я, заставляя его вздрогнуть.

— Я хотел сказать спасибо за помощь с полом сегодня.

— Я сделала это не ради тебя. Я сделала это для моей младшей сестры.

Папа заходит и закрывает дверь. Вряд ли здесь есть место для него.

— Нам нужно поговорить о том, что случилось вчера, — говорит Папа. — Тебе нужно поня…

— Я усердно работала на треке! — прерываю я. — Я отдавала мистеру Гудвину деньги, которые зарабатывала, чтобы Синди могла отдохнуть. Так у тебя будет больше денег, чтобы потратить на ребенка. А потом ты кричишь на меня, называешь эгоисткой и говоришь, что я делаю безрассудные вещи. И Джек был так добр ко мне, я думала, он хочет наших отношений.