ГЛАВА 15

Когда мистер Блэк становится менее загадочным…

Элли

Мое отношение к мистеру Блэку меняется. То, что было лишь чисто физическим влечением и возбуждением, внезапно превращается во что-то более глубокое и сильное. Что это я чувствую?

Без моего согласия мои мысли возвращаются к Тому. Я действительно не понимаю, почему он всплывает в моей голове, за исключением того, что я была влюблена в него в течение очень долгого времени. Эта влюбленность всегда была на дистанции, и в результате, между нами всегда была пропасть. Но сейчас, когда я думаю о Томе, в присутствии мистера Блэка, мне почти хочется смеяться. Влечение, которое я испытывала к нему, было ничем, по сравнению с тем, что я чувствую сейчас. Меня действительно влечет к мистеру Блэку. Такое чувство, что мне необходимо быть с ним, и если я не смогу иметь его, я буду кричать. Также я хочу его эмоционально. Ох, дерьмо. Это может быть плохо.

Я смотрю, как он идет к бару и наливает себе виски. Он предлагает и мне, но я отказываюсь.

Это очень, очень неправильно, Элли. Ты не можешь позволить, чтобы он сбил тебя с ног. Он — мужчина, который управляет мультимиллионной компанией, владеет яхтой и еще Бог знает чем. Будь добра к себе и защищай свое сердце. Он, возможно, хочет тебя лишь на ночь и на этом все.

— Почему ты сделал на меня ставку? — спрашиваю я. Я не знаю, что заставило меня задать ему этот вопрос, может быть это даст мне представление о том, какие у него чувства по отношению ко мне.

— Я заметил тебя, когда ты только поднялась на борт яхты. И на коктейльной вечеринке. Ты не была похожа на других девушек. Меня немедленно потянуло к тебе, — говорит он без раздумий.

— Поэтому ты прислал мне то платье?

— Да, — кивает он. — Я нахожу это опьяняющим — говорить женщинам, что надеть.

Я вздыхаю. Вот, снова. Женщины. Он не просто хотел одеть меня. Он любит одевать женщин. Нет, я не могу эмоционально увлечься им еще больше, чем уже увлеклась. И лучше было бы стать менее вовлеченной во все это. Мистер Блэк — не тот мужчина, который когда-либо сможет дать мне то, что я хочу.

— Что не так, Элли? — спрашивает он.

Я пожимаю плечами.

— Ничего. Я не знаю, — отвечаю я. И затем, прежде чему у меня появляется возможность закрыть свой рот, я выдаю:

— Я просто ощущаю себя немного по-другому, здесь, с тобой. Иначе, чем я когда-либо чувствовала себя.

Заткнись, Элли. Что, черт побери, ты делаешь? Что дальше? Ты скажешь ему, что начинаешь влюбляться в него? Ты только что встретила его!

— Иначе, в каком смысле? — интересуется он.

Я отвожу взгляд.

— В хорошем смысле иначе. Но также, полагаю, еще и немного напуганной. Я имею в виду, я действительно ничего о тебе не знаю.

— А что бы ты хотела знать? — спрашивает мистер Блэк.

«Твое имя, в первую очередь», — хочу я сказать. Но держу язык за зубами. Он дал ясно понять, что не хочет, чтобы я его знала.

— Ты когда-нибудь был женат? — спрашиваю я.

— Да.

Меня поражает его откровенность. Я определенно не ожидала такого ответа. Мистер Блэк не излучает ауру мужчины, заинтересованного браком. Он, однозначно, выглядит как пожизненный холостяк, но, похоже, все не так.

— Что случилось? — я продолжаю распросы.

Он на мгновение замирает и смотрит вниз, на стол, а затем поднимает взгляд к моим глазам.

— Обычно я никому об этом не рассказываю, — говорит он.

Я улыбаюсь ему и жду.

— Я женился в колледже. Мы встречались два года, и в один день, я попросил ее выйти за меня замуж. Все это было очень спонтанно и романтично.

— Так и звучит. Итак, что случилось?

— Я не знаю. Мы просто однажды днем пошли в мэрию и поженились. Но затем, все пошло наперекосяк. Она сказала, что чувствует себя виноватой, что у нас не было большой свадьбы и не пригласили всех наших друзей и семью. Затем она сказала, что ей нужно немного отдохнуть и уехала домой в Огайо. Вскоре после этого, она позвонила мне и сообщила, что хочет развестись, потому что у нее будет ребенок от парня, с которым она встречалась в школе.

Я могу видеть боль на его лице, когда он рассказывает эту историю. Он не встречается со мной взглядом, но когда поднимает глаза, он вытирает маленькую слезинку, которая стекает по его щеке.

— Это было самое трудное, что я когда-либо пережил, — говорит мужчина. — И я никогда никому об этом не рассказывал. Даже психиатру.

Я наклоняюсь вперед и обнимаю его сильные, крепкие плечи. Внешне он выглядит полностью собранным как человек, которого ничто не может смутить. Но сейчас я вижу проблеск истины. В нем так много слоев и я только что начала обнажать их.

— Так почему ты мне рассказываешь? — задаю вопрос.

Он пожимает плечами, снова отводит взгляд.

— Я действительно не знаю. Но что-то в тебе есть, Элли. У меня просто есть ощущение, что я могу рассказать тебе что угодно, свои самые сокровенные секреты, и все будет в порядке.

— Ты можешь, — шепчу я ему на ухо.

Я смотрю на его лицо, изучая каждый угол и каждую пору. Я восхищаюсь формой его губ и силой челюсти. Смахиваю несколько прядей волос, упавших ему на глаза.

— Итак, что насчет тебя? Ты когда-нибудь была замужем? — спрашивает он.

Я смеюсь и качаю головой.

— Когда-нибудь была близка к этому?

— Нет, совсем нет. Последние пару лет, я была влюблена в своего друга, но он помолвлен с другой девушкой.

Ох, дерьмо. Вот это слово. Влюблена, любовь. Может быть, это и есть правда. Но я не знаю, почему сказала это вслух именно мистеру Блэку. Это не то, что хочет слышать другой парень.

— Это должно быть сложно, — говорит он через мгновенье. — Безответная любовь.

— Хм, я на самом деле не знаю, была это любовь или нет. Я имею в виду, может быть, это было просто какое-то увлечение.

— Разве это не самое смешное в любви? — спрашивает мистер Блэк. — Только когда ты начинаешь чувствовать что-то более сильное, ты понимаешь, что то, что ты чувствовал раньше, вовсе не было любовью.

Я никогда не думала об этом в таком ключе. Но, полагаю, он прав. У тебя есть только тот опыт, который у тебя есть, и только когда новый опыт заменяет его, ты получаешь знание о том, что ты действительно испытывала.

— Итак, позволь мне кое-что у тебя спросить, Элли, — начинает мистер Блэк. — Какой твой самый большой страх?

Я действительно не знаю, как ответить на это. Имеет ли он в виду такой страх как высота, или страх никогда по-настоящему не стать писателем? Или страх, что я никогда по-настоящему не влюблюсь, и что мне не ответят взаимностью?

— На самом деле это может быть что угодно, — говорит он. — У всех нас есть страхи.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что у меня есть теория. Я верю, что то, чего мы боимся — это то, чего мы должны придерживаться в жизни, потому что наши страхи дают нам понимание того, кем мы являемся.

— Так ты думаешь, что люди, которые боятся публичных выступлений, должны стать ораторами?

— Да, возможно. Они боятся этого по какой-то причине, и как только они поймут, почему это происходит, и победят свой страх, тогда они станут намного лучше не только как человеческие существа, но и как личности.

— Боюсь, страхов у меня слишком много, на самом деле, — говорю я тихо. — Но я не люблю о них говорить.

Он кивает, словно понимает меня, а затем спрашивает:

— Почему нет?

— Не знаю… полагаю, они заставляют меня чувствовать себя обнаженной или что-то в таком роде.

Он застенчиво улыбается.

— У меня есть идея, — говорит мистер Блэк. — Почему бы нам не вернуться в кровать, ты снимешь свой халат и расскажешь, чего боишься.

Мысль об этом посылает дрожь по моему позвоночнику.

— Нет, я не могу этого сделать.

— Ты сделала уже кое-что больше, чем это.

— Я знаю, но это… личное.

— Нет, это не личное. Это что-то, чего ты боишься. Давай просто попробуем?

Я смотрю ему в глаза. В них вижу такую искренность и правду, каких никогда не видела раньше ни у одного человека. Какая-то часть меня твердит, что это безумие и сопротивляется изо всех сил. Но другая продолжает задавать вопрос: «А что, если?» Что, если я сделаю это? Будет ли это так ужасно? Внезапно мое сердце начинает биться быстрее. Мысль о том, чтобы сделать это, заставляет меня волноваться, но в хорошем смысле. Я возбуждаюсь.

Я иду к кровати и снимаю свой халат. Бросаю его на пол и забираюсь на кровать. Мистер Блэк следует за мной и взбирается на другую сторону.

Лежу абсолютно голая перед ним, пока он все еще одет в свой идеально сшитый костюм и галстук. Он даже не снял свои ботинки и пиджак. И все же, что-то в том, чтобы лежать здесь перед ним, успокаивает меня. Здесь нет никакого осуждения. Его глаза полны обожания и любви.

Он проводит пальцем по внешней стороне моей руки, затем по ключице и вниз по левой груди, ненадолго останавливаясь, чтобы полюбоваться моим соском.

Я громко выдыхаю.

— Чего ты боишься, Элли? — шепчет мистер Блэк.

Я закрываю глаза.

— Я боюсь всего. Боюсь совершить ошибку, поэтому проживаю свою жизнь, не пользуясь никакими шансами. Я хочу быть писателем, но боюсь, что облажаюсь, поэтому днями напролет я сочиняю глупые опросники, вместо того, чтобы писать о чем-то, что меня действительно интересует.

— И что тебя интересует? — спрашивает он, скользя вниз по моему животу.

— Ну, прямо сейчас секс.

— И что насчет того, чтобы писать о сексе? — спрашивает он, поддразнивая меня.

— Я никогда прежде об этом не думала. Но мне кажется, это страшно. Я имею в виду, что, если люди, которых я знаю, прочитают мою книгу?

— А что, если написание этой книги исполнит все твои желания и утолит все страхи? Что, если это сделает тебя писателем? Рискнешь ли ты?

Я киваю, не открывая глаз.

— Скажи мне, Элли, как бы ты хотела потерять свою девственность, — говорит мистер Блэк.

— Что ты имеешь в виду? — я открываю глаза.

— Реальные истории о том, как мы потеряли девственность, часто чреваты конфликтами и весьма печальны. По крайней мере, таков мой опыт. Итак, я хочу, чтобы ты рассказала мне, как бы ты хотела потерять свою девственность, если могла бы сделать это снова. Поделись своей фантазией, Элли.