I

Ночь.

Белая северная ночь.

Пламя костра не даёт тени.

Лёгким туманом покрылась озёрная гладь.

Лёгким туманом покрылись приозёрные луга. А может быть, это не туман, а облака, уставшие ходить по небу, легли отдохнуть? Может быть.

В прибрежных кустах ольшаника крупные капли росы падают с листа на лист: кап-кап… В лугах скрипит коростель, да кузнечики бьют молоточками по ночной тишине. Бьют и бьют. Изредка звякнет уздой рыжий с белесоватой гривой и таким же белесоватым хвостом конь, отбиваясь от гнуса, вскинув морду с белой лысиной до самого храпа, с пуком пышной росистой травы в зубах. Конь звучно жуёт траву. Струйки зелёного сока стекают с его мягких бархатных губ.

Серый лохматый пёс устроился поближе к костру и щёлкает зубами, охотясь за комарами, а комары звенят и звенят, стараясь впиться в мокрый пятачок собачьего носа.

Ночь.

Белая северная ночь.

Пламя костра не даёт тени.

Млечный Путь белесоватой дорогой разделил пополам небосвод. Мириады звёзд плывут по Млечному Пути под охраной Большой Медведицы.

А у костра под охраной пса сидит воин в зелёной фуражке, с зелёными погонами рядового. Облокотившись о седло, с развёрнутым планшетом в руках, воин сверяет пройденный путь с маршрутом, проложенным красной пунктирной линией на карте.

Вот он закрыл планшет. Окликнул коня. Конь отозвался коротким, лёгким, чуть слышным ржанием. Погладил пса, приказав: «Охранять». Подбросил в костёр дров и лёг, положив голову на лоснящуюся выемку седла. Рядом слева вплотную к себе придвинул шашку и, обхватив правой рукой холодный эфес, задремал. А потом уснул.

Ночь.

Белая северная ночь.

Пламя костра не даёт тени.

Спит Четвёртый Харитон беспечным богатырским сном, будто запорожец после победного сражения…