Было так много разных способов узнать её, и ни один из них не предвещал ей ничего хорошего, если я не смогу уничтожить своё проклятие.

И всё же я не мог сказать "нет".

— Тогда ладно.

Она склонила голову в мою сторону и моргнула, а потом чудесная улыбка появилась на её лице.

— Спасибо, — ещё один поток ветерка заиграл с её волосами.

— Посмотрим, что мы сможем найти.

Порывшись в ближайшей спортивной сумке, я прощупал одежду, пока мягкий звон стекла не достиг моих ушей. Калем всегда приходил подготовленным. Достав маленький пузырёк с прозрачной жидкостью, я вынул пробку и вылил всё содержимое. Мощная смесь цитрусовых, сосны и древесного угля обжигала воздух.

Лина сморщила нос и тихо фыркнула.

— Империт? Неужели он действительно так беспокоится о том, что кто-то забеременеет, что ему приходиться носить тоник?

— Вообще-то большинство из нас носит его с собой, — удлинив один ноготь, я вскрыл ладонь. Лина с любопытством наблюдала, как кровь проступила на поверхности кожи. — Убийцами Круора становятся, а не рождаются. Боль от рождения ребёнка, зная, что он умрёт, а ты никогда не состаришься... Большинство не хочет сталкиваться с этим.
Я пожелал, чтобы кровь сформировала идеальные сферы, и отправил её в теперь уже пустой флакон.

— Ох, — она завертела кольцо в руках, подыскивая слова.

— Всё в порядке. Мы с этим смирились. Сколько тебе нужно?

Флакон был наполовину полон, и рана на моей руке уже затягивалась.

— Этого достаточно, — её взгляд оторвался от моей руки и задержался на моём лице. — Спасибо. Серьёзно. Эта тварь… — я протянул ей запечатанный крышкой флакон, и она покатала его между пальцами. — Это очень важно для меня.

Моё сердце замерло. Линия, которую я нарисовал на ладони, почти исчезла. Я знал, чего не стоит говорить. Я не мог сказать ей, о чём я думаю, что чувствую. Я лишь знал, что иногда лучше промолчать, чем озвучить правду. Даже если это причинит ей боль.

Она встала, её длинные ноги были покрыты мелкими песчинками, и повернулась ко мне спиной.

— Мне лучше немного поспать. Завтрашний день будет испытанием для меня.

Она откинула распущенные волосы через плечо, обнажив шею. Она была так прекрасна. Такая сильная и хитроумная. Она знала, когда вести за собой, а когда подчиняться другим. Более того, она была искренней. Человеком. Несмотря на обстоятельства, которые привели её на мой порог, она ни разу не попыталась причинить нам вред, как только мы согласились на наши условия.

Я ничего не мог с собой поделать. Я вскочил на ноги и сократил расстояние между нами, подойдя к ней сзади. Проведя пальцами по её шее, я склонился и задержал свой нос в нескольких сантиметрах от её кожи. Её ноги приросли к земле, по телу пробежала заметная дрожь.

"Не оставляй меня. Не сейчас". Она подалась ко мне, и мои губы едва коснулись изгиба между её шеей и плечом. Она повернулась, пытаясь поймать мой рот своим.

И я клянусь, что под её глазами показались синяки, которых не было минуту назад. Я моргнул, и они исчезли, но это стало весомым напоминанием. Я не мог допустить, чтобы это случилось с ней. Засунув руки в карманы брюк, я отступил назад.

— Спокойной ночи, Лина.

Её лицо померкло, моё сердце рухнуло в груди. Мы играли с огнём. Я не мог рисковать её жизнью ради своих эгоистичных желаний. Она заслуживала большего. Лучшего. Я медленно побрёл к своей палатке.

Голос у неё был тихий и хриплый, она отпустила меня.

— Спокойной ночи.