ГЛАВА 34

ЛИНА

Мучительный вопль Эффи разорвал хватку Винна. Пелена, плотно закрывавшая мои глаза, рассеялась, оставив передо мной опустошительную и кровавую сцену смерти. Каждый взмах крыльев Эффи был непреклонным торнадо боли — мать беспомощно умоляла сохранить жизнь её ребёнку.

Восстановив контроль над своими конечностями, я побежала к своей семье.

Моя семья. Потому что именно таковыми они и стали. Они были здесь ради меня. Чтобы спасти меня. И я привела их к этому.

— Лина! — закричал мне в спину Винн.

Он никогда больше не будет владеть мной. Никогда больше не прикоснётся ко мне.

Я соскользнула на землю и положила голову Калема себе на колени, Нок исчез, сменив солнечный свет на тени. Я точно знала, куда он направляется, поскольку все взгляды были устремлены на нас.

Запустив пальцы в спутанные волосы Калема, я вздрогнула. Моя тварь сотворила это. Оникс задержался на краю моего поля зрения, его обеспокоенный взгляд метался между мной и Калемом. Он не знал. Как он мог?

Я сделала это.

Эффи вскрикнула, устало расправляя крылья над раной Калема, прежде чем уронила голову ему на грудь. Слёзы текли из моих глаз.

Это моя вина.

Калем. Бесстыжий любитель пофлиртовать. Нетактичный Калем. Заботливый Калем.

— Ты нужен этим детям, — прошептала я, прижимаясь губами к его лбу. — Ты не можешь оставить их. Пока нет.

Оз обхватил голову руками, а Кост просто смотрел, его лицо было белым как кость и блестело от пота. Они обвинят меня. Всю оставшуюся жизнь я буду источником боли и страданий. Они будут терпеть меня из-за Нока, но никогда не простят.

Я не была уверена, что сама смогу простить себя.

Винн сделал несколько шагов в нашу сторону.

— Лина. Вернись сюда.

Я медленно повернула голову, давая ему полную силу моего взгляда.

— Нет.

Его челюсть дёрнулась.

— Нет?

— Ты никогда больше не сможешь приручить другого человека.

Осторожно убрав голову Калема со своих колен, я встала и зашагала к нему. Свет розового дерева вырвался из моего символа. Оникс вытянулась по стойке "смирно" и встала рядом со мной, оскалив зубы.

Винн протянул руку вперёд, белый свет закружил вокруг его пальцев.

— Перестань, Лина.

Мое тело напряглось. Оцепенело. Я боролась за каждое движение пальца. Стиснув зубы, я впилась в него взглядом со всем своим самообладанием.

— Ты больше не будешь меня контролировать.

Совет замер. Обвиняющие взгляды скользнули с меня на него.

Его очарование осеклось, и я сдвинулась на пару сантиметров. И ещё один. Мои мышцы протестовали, пока я заставляла их выйти из-под его контроля. Слушаться меня, а не его.

— Лина, — он использовал моё имя как предупреждение.

— Нет!

Болело всё. Я вся дрожала, но это было моё тело, которое я могла контролировать. Не его. Мой разум, мои мысли и мои чувства. Они были моими. Он сделал достаточно.

— Теперь всё кончено.

Винн согнул руку, готовясь командовать своими тварями.

— Это мы ещё посмотрим.

Нок возник из тени позади Винна.

— Нет, не посмотрим.

Он вонзил клинок в спину Винна, и треск расколол тихую поляну. Кровь хлынула изо рта Вина, ознаменовав булькающий крик, и Нок повернул лезвие глубже. С убийственной точностью он извлёк клинок и нанёс чистый удар вдоль горла Винна.

Всё это заняло меньше секунды.

Нок уставился на обезглавленное тело с таким отвращением, что у меня по спине побежали мурашки. Развернувшись, он бросился к нам. Боль исказила его черты. Покрасневший и тяжёлый, его взгляд нашёл мой. А потом я побежала. Прямо в его распростёртые объятия и прижалась к нему всем, что у меня было. Он пришёл за мной. Все те ужасные вещи, которые говорил Винн, яд, который пропитал мой разум и манипулировал моими мыслями, исчезли. Нок любил меня. И я любила его.

Нок прижался своим лбом к моему.

— Лина.

Так много тяготы в моём имени. Нам так много нужно было исправить. Но я знала, что Нок сражался за меня, что он отдаст за меня свою жизнь, и я была готова сражаться и умереть за него, если потребуется.

Дрожащими губами я нежно поцеловала его в щёки, ловя слёзы.

— Я здесь. Прости. Я люблю тебя.

И он сломался, низкий крик вырвался из его лёгких и нарушил тихий ужас поляны. Я медленно сцеловывала его слёзы. Я дала ему то маломальское утешение, на которое была способна, и прижала его к себе. Оставшиеся убийцы рыдали вокруг павших — некоторые возле Калема, остальные вокруг членов Круора, которых я не знала. Которых я никогда не узнаю. Взяв Нока за руку, я повела его обратно к Калему. Мы рухнули на землю рядом с его головой, и Кост с Озом подняли затуманенные глаза.

Что я наделала? У меня перехватило горло, я сглотнула и погладила Калема по щеке.

— Лина Эденфрил.

Я резко повернула голову к женщине, которая произнесла моё имя. Она пересекла поляну и остановилась в нескольких метрах от нас.

Тёмные глаза пригвоздили меня к месту, и я втянула в себя воздух.

— Каори.

— Винн приручил тебя? Так вот почему ты вернулась, несмотря на своё изгнание?

Я кивнула.

— Да. Он вернул меня несколько дней назад, не уведомив Совет, — несколько членов вздрогнули, и сердитая хмурость отразилась на их лицах. — Я не первый человек, с которым он так поступил.

Каори долго изучала меня, а потом её задумчивый взгляд переместился на Калема. Она нахмурила тонкие брови.

— Эфрефт?

Эффи щёлкнула клювом и ещё глубже погрузилась в его рану. Опустившись на колени, Каори протянула Эффи руку. Сапфировый символ блестел на её коже.

— Можно?

Кост, Оз и Нок напряглись. Их убийственные взгляды были нацелены на Каори, и тёмные щупальца заиграли вокруг их пальцев. Эффи на мгновение задержала взгляд на руке Каори, но потом тихонько кудахтнула и отодвинулась.

Мой желудок угрожал перевернуться. Фарш. Моя тварь превратила его в фарш.

Каори изучила повреждения.

— Если бы не Эфрефт, он бы уже был не жилец. Даже сейчас, я не могу давать никаких обещаний.

— О чём ты говоришь? — прохрипел Нок.

Каори медленно протянула руку и вытащила из чёрных волос заколку из белого золота.

— Стелла.

Одна из легендарных тварей двинулась к ней. Окунутая в серебро, казалось, что тварь была вырезана из металла. Резкие линии. Зубы как кинжалы. Пронзительные аметистовые глаза. Стелла остановила свой дёргающийся нос в нескольких сантиметрах от раны Калема. Каори наклонила голову в сторону Нока.

— Он будет другим.

— Ты можешь вернуть его?

Нок сжал мою руку.

— Я могу попробовать. Но с остальными я бессильна, — она посмотрела мимо Нока на его павших собратьев. — Они слишком далеко ушли и лишены вечной жизненной магии Эфрефтов.

Нок сглотнул.

— Я понимаю.

Тристан, один из первых членов Совета, выступил вперёд.

— Каори, эти люди ворвались в наш дом...

— Довольно, Тристан, — заговорила Язмин. Корона Совета.

Она была на охоте на тварей во время моего первого предполагаемого преступления. Лёгкий ветерок коснулся её длинных платиновых локонов, и она откинула их в сторону.

— Мы можем обсудить это позже. Если мы можем сохранить жизнь, значит такова воля богини. Мы созданы не для войны.

Воткнув шпильку в середину ладони, Каори прижала ладонь к ране Калема.

— Чтобы успокоить зверя внутри него, требуется немного крови Заклинателя.

Хватка Нока на моей руке усилилась.

— Зверь внутри него?

— Это условие подарка Стеллы.

Каори подвинулась, освобождая место для своей твари. Стелла низко опустила голову и широко раскрыла рот. Когда её клыки коснулись зияющей раны, густая серебристая субстанция потекла из скрытых за зубами желез. Резкий жар обжёг воздух.

— Слюна Стеллы мощный целебный бальзам, который известен тем, что возвращает тех, кто находится на грани смерти. Однако нечто столь могущественное требует пожертвовать частичкой человечности.

Я изучала слабый след серебряных вен на её руках.

— Ты говоришь по собственному опыту.

Она коротко кивнула.

— Это было необходимым условием для её укрощения. Моя кровь должна ослабить тягу, но она всё равно останется.

— Какого рода тягу? — Кост заломил руки, его голос сорвался.

Стелла присела на корточки, облизывая губы, и рана, почти разорвавшая Калема пополам, снова стянулась.

Моё сердце замерло. Это должно сработать. Из горла Оникс вырвалось тихое мурлыканье. Он ждал на заднем плане, печальные глаза разрывали мою душу надвое. Любить создание, которое украло мою семью… Они никогда не поймут. Я бы никогда не попросила их об этом. Не отводя взгляда от Калема, я призвала свою силу и отправила Оникса обратно в царство. Ему не нужно было чувствовать себя виноватым за мои действия.

— Эффекты у всех разные, — Каори склонилась ближе к лицу Калема. — Например, я...

Калем ахнул, широко раскрыв глаза и тяжело вздымая грудь. Его взгляд дико метался от одного лица к другому, пока он не заметил склонившуюся над ним Каори. Смятение изрезало морщинами его лоб. Мы все замерли, потрясённые, полные надежды, страха, в ожидании. Он вернулся к нам, но что в нём изменилось? Будет ли он таким как прежде?

После того, что казалось бесконечным отрезком времени, кривая усмешка растянула его губы.

— Ну, здравствуй. Не помню, чтобы мы имели удовольствие встречаться.

Оз подавился смехом сквозь новый поток слёз, а Кост обмяк на месте. Нок молча смотрел на него. Он протянул руку и положил её на плечо Калема.

Каори улыбнулась.

— Нет, мы не встречались. Меня зовут Каори.

Калем сморгнул остатки смерти, и его дразнящая улыбка стала ещё шире.

— Что ты делаешь сегодня вечером?

Лёгкий румянец коснулся её щёк.

— Хм.

Из груди Оза вырвался раскатистый смех.

— Боги, Калем.

Калем ухмыльнулся, опустил руку и сел.

— Что с вами со всеми?

Он повернул лицо в мою сторону. У меня в горле стоял ком, и я опустила голову. Мне было невыносимо смотреть на него.

Моя тварь… Тёмно-алый цвет раны Калема запятнал мои веки.

Быстрый палец скользнул по моему подбородку, Калем наклонил моё лицо к своему.

— Лина. Хорошо, что ты вернулась.