Немного краски не испортило шикарную внешность из квартиры номер двести четыре... ой-ой... и красный ручеёк тоже, струившийся по виску из его раны на лбу у начала линии роста волос. Какой-то неизведанный инстинкт медсестры Флоренс Найтингейл⁷ подвиг её прижать полу своей майки к его ране. Возможно, она надавила слишком сильно, потому что её сосед застонал и вскинул руки. До этого они покоились возле его бёдер.

– Аа-а-ай!.. – послышался хриплый голос из-под её майки, и его тёплое дыхание дало ей понять, что эта поза позволяет ему смотреть на её кружевной лифчик. Этот лифчик был на ней вчера вечером, так как она была уверена, что Митч наконец задаст ей самый важный вопрос – выйдет ли она за него, и ей хотелось устроить такой же незабываемый вечер. Он действительно сделал предложение руки и сердца – о да... только такое, которым ей бы хотелось, чтобы он подавился.

Ещё один тихий стон вернул её в реальность к мужчине, лежащему на полу её спальни. Саванна отняла свою майку ото лба соседа, подтянула сползшие, чёрные лосины и уставилась в огромные глаза янтарного цвета.

Он поднял руку, чтобы стереть краску с её лица.

– Всё в порядке?

Из-за громко орущей музыки, Саванна читала его слова больше по губам, чем слышала его голос.

– Со мной всё хорошо, – отозвалась она. – А с вами всё нормально?

Он кивнул, но ей не понравилось, как сильно он побледнел от этого незначительного движения, а ещё количество крови, вытекавшее из его раны.

– Я сейчас вернусь, – сказала она и побежала в ванную, чтобы взять полотенце.

Когда Саванна пришла обратно, её сосед сидел с голым торсом, опершись одной рукой об пол, а другой прижимал ко лбу свою рубашку цвета морской волны.

От этого вида у неё немного закружилась голова. Даже сидя на полу, он излучает силу: плечи, как гора, широкая грудь, твёрдые мышцы живота, которые внизу подчёркивались V, – всё это заставляет невольно сжимать бёдра.

Пусть её сердце разбито, но всё остальное, включая глаза и выработку гормонов, работает исправно. Ей нравилось смотреть, как сужаются к низу косые мышцы его живота, притягивая взгляд к его...

– Эй, как насчёт того, чтобы перестать поедать моё тело глазами, пока не остановится кровь?!

– Вот.

Саванна присела возле него, отбросила его рубашку в сторону и прижала к ране белое полотенце.

В течение шести месяцев, что Саванна прожила в Камден Гарденс, она пришла к выводу, что он редко общается с другими. Не то чтобы парень неприветливый, хотя слово «вежливый» подходит больше. Он всегда придерживает дверь и пропускает вперёд на лестнице. С соседями здоровается коротким кивком.

К нему редко приходят гости. Иногда наведывается другой фельдшер – сногсшибательный тип с невозможно обаятельной улыбкой, но не женщины. Поэтому её сосед снизу, Стивен, утверждает, что «номер двести четыре» играет за «голубую команду». Ей не хотелось рушить мечты Стивена, но блеск чистой мужской горделивости, который она не один раз наблюдала в хмуром взгляде соседа, точно говорил ей о том, за какую «команду» он играет, или будет играть, если постарается. По её мнению, он сам себя отправил на скамейку запасных.

Всё это делает его неожиданный визит к ней очень странным, но она могла подождать и удовлетворить своё любопытство, когда у него остановится кровь. Только этого всё никак не происходит.

Ало-красный цвет просачивался через махровую ткань полотенца – вид, от которого её сердце покатилось, как на американских горках, в сторону желудка.

Ей надо поднять соседа с пола, найти телефон и вызвать скорую. Её кровать стоит всего в паре шагов. Сможет ли она сдвинуть девяносто килограмм стальных мускул хотя бы на пару метров? Возможно, если он будет помогать. Саванна обняла его рукой и потянула.

– А теперь, подъём! – простонала она от напряжения сквозь «Эй, бармен» в его ухо.

Ух ты! Он вкусно пахнет, как свежесрезанный можжевельник. Она принюхалась ещё раз... как тот, что растёт в дубовом лесу и хранится завёрнутым в свеженачищенную кожу. Саванна подавила желание зарыться носом в его шею и глубоко вдыхать аромат, который он источает.

– Давайте положим вас на кровать.

Его ответ заглушила песня группы «Lady Antebellum»⁸. Он закинул полотенце себе на плечо и опёрся о забрызганный краской брезент. Потом подтянул свои длинные ноги и помог ей поднять его. Она едва доставала ему до подбородка и из-за этого план отбуксировать его к кровати немного пугал. Но всё же Саванна поддержала его при первом шаге, потом втором и третьем. Однако когда цель уже была почти достигнута, Саванна слишком осмелела и поспешила со следующим шагом. Она споткнулась об него, и оба потеряли равновесие. Парень вытянул руки, чтобы поймать её, но они уже упали.

Музыка прекратилась.

Парочка приземлилась на кровать, запутавшись в конечностях друг друга. Её пальцы застряли в поясе его джинсов, большая рука легла ей на грудь, в то время как другая схватилась за её зад, и эта рука точно принадлежала не ей.

– Привет, сладкая! Мы приехали чуть раньше! – пропел знакомый голос из прихожей.

Саванна обернулась и увидела улыбающееся лицо своей матери, которая появилась на пороге спальни.

– Всего хорошего в день... – улыбка исчезла с её лица, – благодарения...

– Мама!

Саванна сползла со своего соседа, при этом нечаянно заехав ему локтём в живот. Её мать медленно зашла в комнату, за ней последовали сестра, Синклер, и её отец. Три пары глаз уставились на солнечный хаос в спальне, мужчину на её кровати, а потом почему-то на её майку.

На неё снизошло странное, фантастическое спокойствие, когда она проследила за их взглядами. Ну конечно! Её левую грудь декорирует большой, ярко-жёлтый отпечаток руки, и у неё есть смутное сомнение, что на попе похожее украшение. Саванна услышала в голове голос одной из своих самых строгих профессорш в высшей школе искусства.

«Мне всё равно, с чем вы работаете: с маслом, углём или мусором. Средства не имеют значения. Вы можете создавать высокое искусство даже красками, высосанными из пальца, главное, чтобы результат в глазах наблюдателя нёс посыл».

Происходящее в настоящую минуту совершенно точно несёт посыл. Что-то вроде: «Упс! Моя семья ворвалась в мою живопись с возрастным цензором восемнадцать плюс». Саванна перевела взгляд на лжехудожника, который до сих пор лежал во всей красе с голым торсом на её матрасе, приподнявшись на локте, как будто он всё своё свободное время проводил там. Её взгляд скользнул книзу, и она сглотнула стон, рвавшийся из груди. Более маленькие отпечатки рук, но не менее заметные, светились на бедре на застиранной ткани его грубых джинсов и...ух, Саванна, хорошо прицелилась... на его ширинке.

Её отец откашлялся – знак того, что он хотел что-то сказать, но она его опередила.

– Это не то, чем кажется!

Синие, словно ночь, глаза Синклер сверкнули.

– Думаю, не существует определения тому, чем это кажется, но я буду исходить из того, что ужин вчера прошёл как надо. Если бы ты ответила хоть на одну СМС, что я тебе посылала, то мы бы ехали медленней... – её взгляд скользнул к кровати, и она подмигнула, – намного медленней!

Чёрт! Синклер решила, что полуголый мужчина на её кровати – Митч.

«Это твой штраф за то, что ты слишком смело строила догадки и рассказала ей о том, что твой ужин с «М» по поводу шестимесячной годовщины отношений, скорее всего, закончится кольцом».

Старая привычка. Когда они с сестрой были детьми и подростками, то доверяли друг другу всё: когда она в шестом классе влюбилась в своего учителя по искусству, мистера Кейси; когда на весенних каникулах на первом году обучения в высшей школе покинула ряды девственниц; когда ожидала, что честолюбивый, но романтичный адвокат, с которым она встречалась, сделает ей предложение – всё это она рассказывала своей сестре Синклер.

Её мама подошла к кровати. Блондинистые кудряшки, длиной до подбородка, весело запрыгали при ходьбе. Она улыбнулась и протянула руку.

Соседа хорошо воспитали, так как он поднялся и пожал её руку в ответ.

– Здравствуйте! Я мама Саванны – Лорел. Вы должно быть тот самый загадочный «М», о котором мы так много слышали. Я... о, Боже! У вас кровотечение!

Пресвятые, это действительно так... до сих пор, хотя уже не так сильно, как в начале. Ему нужно к врачу, а не знакомиться с её заблуждающимися родителями.

– Я же сказала, что это не то, чем кажется! Я... он...

– Я застал вашу дочь врасплох, когда она красила комнату. – Он закрыл рану полотенцем.– Произошёл небольшой несчастный случай.

Несмотря на рану на голове, его глубокий голос звучал твёрдо и успокаивающе, но Саванна не хотела рисковать.

– Он приуменьшает. На мгновение он потерял сознание. Я как раз хотела звонить в скорую, когда вы пришли.

– В этом нет нужды, – возразил он.

– Конечно, нет, – вмешался её отец, кивая, из-за чего прядь его тёмных волос упала ему на лицо. – Мы сами отвезём вас в отделение скорой помощи.

Он начал рыться в карманах своих брюк цвета хаки в поисках ключей от машины. Краем глаза Саванна уловила движение рядом с дверью своей спальни, но прежде, чем успела что-то сказать, её отец добавил:

– Это самое малое, что мы можем сделать для своего будущего зятя.

– Будущий зять? – послышался восхищённый вопрос от привлекательной брюнетки, вошедшей в спальню. Она показалась ей знакомой.

Женщина держалась за дверную ручку и боролась с подступившими к глазам слезами.

– Господи, спасибо! Мои тайные мольбы были услышаны!