На что он, хмыкнув, нам и ответил:

– По веками сложившейся традиции, главным советником чистокровного человека короля Бормита должен быть один из сильнейших оборотней страны. Так что вы правы, та девушка оказалась парой советника.

А Рьян глубокомысленно заметил:

– Выходит, не советник сглупил, он-то пару нашёл, а против своей сути не пойдёшь! А вот король Бормита оказался глупцом. Потерял умного советника из-за жадности – ненужной ему наложницы.

А Янсель задумчиво проговорил:

– Насколько разнятся взгляды со стороны державного монарха и оборотня! Мы тогда не могли понять, почему в самом Бормите вспыхнули волнения оборотней после казни советника Лауба. И короля того вскоре свергнул родной брат. Воцарившись на престоле, он вновь взял главным советником оборотня, и каким-то образом волнения прекратились. Такого кровавого разгула, как у нас, не было. Но и вмешательства в дела нашего Осияна после казни советника Лаубане наблюдалось… Такая малость! Любовь и жадность не поладили, но изменили ход истории и спасли наше княжество от врагов.

Избавление

Мне очень не нравился настоящий вид Янселя. Измождённый и болезненный.

Брата с сестрой маг определил в дальней закрытой зимней беседке, с нашей помощью оградив убежище защитными контурами. Оборотни ушли отдыхать. А мы остались вдвоём.

Маг со вздохом признался, что в последнее время чувствует себя хуже – видимо, конструируя или воспроизводя структуры заклинаний, он всё же теряет какие-то капли магии, которых в его распоряжении и так немного.

– Разве нельзя тебя как-нибудь подпитать, как мы делаем это с заклинаниями? Я бы мог тебе помочь.

– Я думал об этом, Лагор, – маг опустил голову, задумавшись, – можно применить заклинание дозированной подпитки. Но… Так просто это не сделаешь. Даже малая доза силы может снести мой щит. Я не адаптирован к твоей магии. Структура другая. Сил на адаптацию у меня нет… Это, конечно, можно преодолеть большой дозой вливания – то есть какая-то часть рассеется, какая-то усвоится, даст силы для адаптации и всего остального. Магический всплеск такой силы обязательно засекут все маги в округе. А защитный контур такой мощности выпьет почти все твои силы... Но самое страшное – увеличится отток магии через блокиратор, и Тифчир сразу поймёт, что я жив – и тогда мне останется жить всего несколько секунд, от силы минуту.

Объяснения не радовали.

– До сегодняшнего дня я ни на что не надеялся. Но… Понимаешь, всё это вполне безопасно можно сделать в так называемом зале для магических тренировок. Там, где отрабатываются заклинания. Стены в таких помещениях частично сделаны из породы, из которой делают блокираторы – амарина. Части амарина перемежают другими крепкими породами типа гранита или базальта. По ним пускают сетчатое или ячеистое заклинание, рассеивающее излишки магии и направляющие их в накопители. Таким образом, выстроенная защита полностью отрезает находящихся внутри от окружающего магического поля по контуру помещения. И ограничивает распространение волн силы размерами зала. Вот в таком зале мы абсолютно спокойно можем делать всё, что угодно. И такое помещение должно быть в этом замке обязательно!

Осталось только его найти!

И я знал, как это сделать. Взяв мага за руку, я целенаправленно направился к магической преграде в коридоре, с виду сделанной из камня. Капли крови вновь стали пропуском.

Я попросил Замок отвести нас в зал магических тренировок. Хорошо, что он был недалеко в ещё неразведанной части замка, а то мне буквально приходилось тащить Янселя волоком.

Учитель стал просто невменяемым при виде разнообразия магических плетений. Слышны были только восклицания, перемежаемые названиями, способами и видами плетений.

– Ох, «эльфийский венок»! Но как его виртуозно вплели в «шлейф феи»… И как тут смогли присобачить «горбатую гусеницу»? И зачем она тут? Ага, «шаг тролля»…

Звучало, как ругательства.

Я подтащил Янселя почти к самой двери, услужливо проскрипевшей перед нами, когда мага неведомой силой развернуло и прижало к колонне, мимо которой мы как раз проходили в тот момент.

Янселя приподняло немного над полом и впечатало спиной в колонну. Маг, хрипя, извивался всем телом, как дождевой червяк, когда его подхватывают двумя пальцами.

Несколько мгновений я пребывал в ступоре – будто во сне наблюдая, как руки Янселя судорожно шарят по одежде и, наконец, находят искомое. Нож. Садовый нож со слегка кривым лезвием выскользнул из скрюченных пальцев и со звоном полетел на каменный пол.

– Режь, – голос мага надсадно хрипел, – спину…

И я включился, моментально подхватывая нож, подскочил к Янселю, висящему на колонне, как насекомое, пришпиленное к доске острой булавкой. Недолго думая, подсунул ладонь свободной руки под шею и потянул на себя, стараясь освободить верх спины для надреза. Собственных моих сил едва хватило для такого простого движения.

Неведомая сила туго притянула мага к колонне. Каким-то невероятным движением мне удалось сделать кривой поперечный надрез… И этого хватило!

Янсель страшно закричал, изогнувшись. Послышался хруст, из-за спины мужчины плеснула волна крови… И маг по красной струе, как по скользкой ледяной дорожке, скатился на пол, упав навзничь в натёкшую кровь. Ко мне протянулась рука.

И я не придумал ничего умнее – взяв за руку, с перепугу шарахнуть сырой силой хорошую дозу магии!

Невероятно! Но эта моя дурость и спасла Янселя.

Стремительная струя силы буквально пронзила тело мага, снося его многолетний щит и выкидывая чужеродные включения. Напоследок выплеснулась отравленная кровь, что копилась возле блокиратора, и кривые рваные края раны схлопнулись, моментально закипев ожогом.

И вот теперь мне хватило ума больше не давать магии страдальцу, а то ещё одна такая доза в тот момент точно убила бы учителя.

От напряжения из-за резкого выброса большой дозы магии у меня самого из носа потекла кровь. Я сидел на полу и тупо смотрел, как частые капли собираются

и тонкой струйкой втекают в вязкую красную лужу, в которой боком лежал Янсель.

Видно, что он дышит – значит, жив! А остальное… неважно.

Маг зашевелился и попытался сесть. Его руки от слабости подламывались и разъезжались, скользя в кровавой луже. Лицо, волосы и вся его одежда промокли от крови. Впрочем, я выглядел немногим лучше – кровь Янселя и на меня хорошо плеснула, а потом ещё из носа добавилось.

Я сам-то с трудом поднялся, а Янселю после такого кровопускания, каково? Усаживая мага и стараясь прислонить его к стене боком, чтобы оберечь рану на спине, я с тревогой спросил:

– Янсель, как ты? Не слишком ли много крови выплеснулось? Это не опасно?

Маг с трудом удерживался в сидячем положении. Может, ему и сидеть-то нельзя, но спина…

По измождённому, обрызганному кровью, лицу Янселя расплылась счастливейшая улыбка. Сил говорить в полный голос не хватало, маг почти шептал:

– Как хорошо! О, Светлое Сияние, как хорошо! Магия… Представляешь, Гор, я чувствую, как в меня вливается магия, и никакая пиявка ничего у меня не сосёт. Сияющие! У меня будто крылья выросли, Гор! Я взлечу сейчас… И это ты, Гор! Это ты сделал… и Замок!

Я не успокаивался, волнуясь за мага:

– А кровь? Не слишком много её вышло?

Янсель, сфокусировав взгляд, оглядел лужу и какие-то ноздреватые комочки на краю – видимо, остатки от блокиратора:

– Может, и многовато. Но теперь не страшно. Самое главное – от пиявки избавился… Теперь выживу!.. Поесть бы, конечно.

Вопрос питания и для меня встал остро. После занятий магией, как и после перекидов просыпался сильнейший аппетит. Так что после ночных занятий стая с удовольствием занималась охотой на кроликов – очень своевременное подспорье для развивающихся организмов оборотней.

– Сейчас, Янс… Чуть-чуть передохну и пойду искать еду. Чего-нибудь найду...

Вспомнил, как стражники говорили, что на кухне можно купить еды, если не вовремя есть захочется. А на кухне всегда кто-нибудь есть, там тоже дежурства круглосуточные.

Есть хотелось всё острее, даже запах мясной похлёбки почудился.

Кряхтя, как древний старик, и цепляясь за стену, поднялся… манящий запах варёного мяса усилился. Я неверяще помотал башкой. Ни разу до этого я не улавливал в закрытой части замка запаха еды. И даже просто продуктов…

Странно, Янсель тоже затрепетал ноздрями:

– Мне снится? Кажется, супом пахнет…

Ориентируясь на усиливающийся запах, шагнул за колонну, выдравшей блокиратор из спины мага, и оказался в нише. Там уютно расположился стол с двумя мягкими лавками по бокам. На столе исходили душистым паром миски с густой мясной похлёбкой, в тарелках громоздились куски жареных кур, пироги и свежий хлеб, в чашках белела сметана и стояли кувшины с питьём.

Совершенно не задумываясь, откуда взялось всё это великолепие, подстёгиваемый лютым голодом, я подхватил Янселя под мышки и усадил на лавку у стола. Маг был слаб, его ощутимо потряхивало настолько, что даже ложку не мог удержать в руке. Пришлось его кормить, попутно закусывая.

Посуда почти опустела, когда мы сыто отвалились от стола. И если какие-то вопросы и предположеения возникали в наших головах, то сил обсудить их не было. За сытостью пришёл сон. Маг был обессилен большой потерей крови. А я, измотанный событиями последних двух суток и сильным расходом магии, уснул в какой-то момент, кажется, даже толком не прожевав пирог с капустой…

Наверняка, со стороны мы представляли колоритную картину – два неимоверно грязных человека в заскорузлой от крови одежде спят, уткнувшись носами в неприбранный стол.

Но, тем не менее, проснулся я полностью отдохнувший, удобно лёжа на лавке. На соседней лавке выводил рулады носом Янсель. Похоже, магу стало значительно лучше.