И хотя он видел Калеба в будущем, это не значило, что его судьбу нельзя было изменить. Его смерть тоже не имела бы значения.

Калеб вздохнул.

— Мы знаем, что Сроаша хочет твоей смерти.

Ник кивнул, прекрасно осознавая этот факт.

— А как же Киприан? Что ему здесь нужно?

— Об этом можно только догадываться. — Калеб еще раз мрачно взглянул на Тень. — Тебе следовало уничтожить все мечи до последнего.

— Очевидно, я задыхаюсь от сожаления.

— Ты подавишься моими кулаками.

— Когда это переросло в насилие? — спросил Ник.

Калеб указал на свой живот.

— В тот момент, когда меня ранили. По какой части меня, истекающей кровью и болтающимся кишками, ты скучал?

Коди покачала головой.

— Эти препирательства бессмысленны, и у Ника есть чем заняться.

— Да, и я делаю это. Защищаю всех вас.

Она поцеловала его.

— Тебе нужно пойти и разобраться с этим с Вирджилом. Мы позаботимся об остальном.

Нику ничуть не понравилось, как это прозвучало. К тому же он не верил во Вселенную настолько, чтобы хоть на одну йоктосекунду поверить в то, что она не собиралась его обмануть.

Так было всегда.

— Я не люблю неразрешимые головоломки.

Коди поцеловала его в щеку.

— Мы с этим разберемся.

С низким горловым рычанием Калеб принял человеческий облик.

— Да ладно, Ваше Величество Боль. Давай с этим покончим. — Он остановился, чтобы взглянуть на Тень. — Ты узнаешь, что случилось. Я вернусь, чтобы надрать тебе задницу позже.

Тень усмехнулся.

— Тебе лучше вернуться с запасным планом.

— Он не понадобится твоей никчемной шкуре.

Он рассмеялся.

— Могу поспорить.

Без каких-либо комментариев Калеб схватил Ника и перенес его домой.

* * *

Коди встретилась с встревоженным взглядом Тени в тот момент, когда они остались одни в его царстве.

— Что ты скрываешь?

— Однозначно, не тот факт, что я идиот. — Он взглянул на Сими, а затем на Аэрона. — Хотя, он это знает.

Аэрон засмеялся.

— Ты ничуть не изменился.

— А вы перестраховываетесь.

Она чувствовала это глубоко внутри. У него была аура, как у Ника. Оба они были невероятно красивы, с застенчивой самоуверенностью, которая говорила, что их достаточно пинали, чтобы измотать им самомнение. И оба проявляли свою дерзость, как способ самозащиты от жестокого мира, который когда-то пытался поставить их на колени. Это заставило ее защищать мужчину, который, вероятно, был старше обоих ее древних родителей.

— Я просто думаю, что с этими мечами в правильных руках они смогут вывести новых Сефирий.

— Это было бы так плохо?

— Смотря по обстоятельствам. Эти мечи были выкованы из Источника. Внутри них находится самая суть Вселенной. Их лезвия разрежут все, что или кого угодно. С ними их владельцы могут убивать богов.

— Но мечи должны выбирать тех, кто ими владеет, и они не связаны ни с кем, да?

— Верно, но мечи питаются кровью. Они процветают на этом. В руках бога-источника, такого как Азура или Нуар, или кого-то, кто знаком с ними, например Грим или Лагерр, их можно обманом привязать против их воли. Поработить, если хочешь.

— Что произойдет потом?

Глаза Тени стали зловещими, и его голос упал на целую октаву.

— Ты сможешь создашь чудовище, настолько жестокое, что Малачай покажется дружелюбным щенком.