Я отступила назад и посмотрела на Доминика.

– Я не сяду в твою машину. Мы можем поговорить и здесь.

– Под дождем?

Я оглянулась вокруг в поисках какого-нибудь укрытия или безопасного места для разговора, но ничего не нашла.

– Да брось уже, ангел. – сказал Доминик, перегнувшись через подлокотник, словно волк в засаде. – Если бы я хотел тебе навредить, то сделал бы это еще в церкви безо всяких свидетелей. Разве это не прибавляет мне очков в твоих глазах?

– Нет. – Но он был прав. Дождь продолжал лить как из ведра.

– Ты разбиваешь мне сердце, ангел.

– Было бы еще что разбивать. – Закатив глаза, я сложила хлипкий зонтик и, вопреки здравому смыслу, запрыгнула на пассажирское сидение его машины. – Это не значит, что мы друзья, – уточнила я, потирая руки, чтобы согреться. – И держи свои руки и зубы при себе, – предупредила я на всякий случай.

– Я бы даже не мечтал прикоснуться к тебе, ангел, – сказал он, вылетая с парковки почти с такой же скоростью, с какой ложь вылетала из его рта. – Пока бы ты сама этого не захотела.

– Хорошо.. Тем более, что этого никогда не случится.

Он даже не потрудился посмотреть в мою сторону.

– Никогда не говори никогда.

– Гм, как скажешь, Джастин*.

*отсылка на песню Джастина Бибера «Never say never»

– Джастин? – Вампир удивленно вскинул бровь, глядя на меня в явном замешательстве.

– Он... забудь. Давай уже к делу.

Дворники скользили по стеклу на полной скорости, но им едва удавалось сделать просвет в потоке льющейся воды.

– Сразу к делу? – Взгляд его ониксовых глаз скользил по мне, как горячая карамель. – Мне это нравится.

– Выкладывай, – фыркнула я, хватаясь за подлокотник. – И будь добр, следи за дорогой!

Пространство вокруг меня заполнил смех Доминика, раздражая своей мягкой вибрацией. Я упрямо не сводила глаз с дороги, не желая давать ему ни малейшего повода для дальнейших издевок.

Он успокоился довольно быстро.

– Хорошо, ангел. Перейдем к делу. – Доминик сделал резкий поворот вправо в сторону холмов, а затем перешел на умеренную скорость, по мере того, как мы поднимались по извилистым дорогам, под дробь барабанящего по ветровому стеклу дождя.

– Похоже, теперь у нас с тобой общая цель, раз уж мы оказались по одну сторону баррикад.

– О чем ты говоришь?

– Мы оба хотим заполучить Амулет. Мы оба хотим смерти Ромео...

– Я не желаю Трейсу смерти, – оборвала я. Смерть была слишком легким наказанием за то, что он со мной сделал. До этого я планировала заставить его как следует настрадаться.

– Ладно, с этим я разберусь сам.

– Доминик. – У меня не было настроения для его шуточек.

– Я шучу, – сказал он, хотя в его словах не было ни капли юмора. – Мы оба хотим забрать Амулет у Ромео, – исправился он. – Так лучше?

– Продолжай.

– Как я вижу, мы оба жаждем одного и того же результата, поэтому объединение наших усилий только увеличило бы шансы на успешное выполнение задачи.

– Зачем ты хочешь вернуть Амулет? – спросила я, глядя на него с подозрением. – Тебе ведь плевать на жизнь Тейлор, так зачем тебе это?

– Удовольствие от помощи...

– Даже не начинай, – оборвала его я, пока он не успел навешать мне очередной лапши. – Какая в этом выгода для тебя, Доминик?

– Самосохранение.

Я покачала головой.

– Я не понимаю.

– Ты когда-нибудь задавалась вопросом, зачем Энгелю так нужен Амулет? – спросил он, становясь серьезным. – Что могло понадобиться многовековому вампиру от древнего некромантического ожерелья, – насмешливо спросил он, словно я уже должна была об этом сама догадаться.

– Полагаю, оно нужно ему из-за своих защитных сил, – предположила я, хотя это вряд ли имело смысл, если так подумать. Ему прекрасно удавалось выживать самому, и при этом он успел угробить несколько поколений Воинов. С чего бы ему вдруг резко понадобилась защита?

– Если бы только все было так просто.

– Тогда что ему нужно? – Я почувствовала, как сжалось мое горло.

– Есть только одна вещь, которую мужчина по-настоящему хочет от жизни, – сказал он, готовый поделиться со мной своей премудростью. – И это власть. Абсолютная власть.

– Это то, чего хочешь ты, – поправила я.

– Это то, чего хотят все мужчины.

– Ладно. Допустим, – кивнула я, решив ему подыграть. – И как именно ожерелье поможет ему этого достичь?

– Потому что, обладая Амулетом, он будет иметь возможность контролировать мертвых.

Я посмотрела на него, как на ненормального.

– То есть, он хочет оживить мертвых? – Этого не смогли толком сделать даже две тысячи лет назад при помощи лучших Заклинателей. Единственное, что получится у Энгеля – это пара зомби, и то, если повезет.

– Нет. Не мертвецов, ангел, – ответил он, злорадно покосившись на меня. – Живых мертвецов.

– Воскрешенных.

– Именно. – Он подъехал к поместью Блэкберн и припарковался, а затем повернулся ко мне. – Он хочет создать армию живых мертвецов и выйти из тени. Армию Воскрешенных, которая будет выполнять все его прихоти. Ходячие бессмертные, запрограммированные сделать для него лишь одно – завоевать мир. Город за городом, страну за страной...

– О боже. – горло сжималось дальше, уже мешая дышать.

– Поверь мне, я не позволю кому-либо меня контролировать. А Энгелю в первую очередь.

– Ты не собирался отдавать ему Амулет? – внезапно осенило меня. – Ты хотел оставить его себе.

Он кивнул, его выражение было надменным и невозмутимым.

– Единственный человек, которому бы я доверил обладание артефактом, способным лишить меня воли, был бы я сам.

– И что теперь? – спросила я, у меня голова шла кругом рисуя тот запутанный клубок возможных развитий событий . – Ты поможешь мне забрать Амулет у Трейса, а дальше? Дальше ты сам опять попытаешься его у меня отнять, – обвинила я.

– Полагаю, мы на одной стороне, раз уж теперь ты в курсе планов Энгеля, – сказал Доминик, явно озадаченный моими вопросами.

– Если я не отдам ему Амулет, Тейлор погибнет. А если отдам, Энгель выиграет, и мы все умрем.

– Это можно легко решить с помощью малой жертвы ради большего блага.

– Я не стану жертвовать Тейлор, если ты на это намекаешь, – отрезала я. – Это даже не вариант.

– Ну и ладно, – фыркнул он, разочарованный моим отказом предать подругу. – Тогда остается только один выход.

– И какой же? – спросила я, проглатывая ком в горле.

– Мы убьем Энгеля.

5. ПОДОЗРИТЕЛЬНЫЕ ЛИЦА

Утро понедельника выдалось для меня тяжелым. В школу пришли родители Тейлор с двумя полицейскими, после того, как она не вернулась домой в назначенное время в воскресенье вечером. Они провели большую часть утра, опрашивая учителей и студентов о том, где ее последний раз видели и с кем. Поскольку я была одной из тех, с кем она должна была провести эти выходные, мне и пришлось первой принять на себя огонь.

Я придерживалась своей истории настолько, насколько это было возможно с двумя сыпавшими вопросами копами, да еще и в присутствии убитых горем родителей Тейлор. Мне было ужасно стыдно лгать ее родителям, но что еще мне оставалось? Я не могла рассказать им правду, и к тому же, я была уверена, что все это скоро должно было закончиться.

Тейлор воссоединится со своей семьей и друзьями... даже если это будет последнее, что я сделаю в своей жизни.

– Значит, она так и не попала к вам домой в пятницу вечером? – спросил детектив Моррисон, высокий офицер с зализанными назад темными волосами.

Я покачала головой.

– Она сказала мне, что переночует у Ханны, – соврала я.

– Ханна?

– Ричардсон.

– Она назвала вам причину?

– Ну, я собиралась рано уходить, а она, наверное, хотела остаться до конца бала.

– Вы видели ее встречу с другой девушкой – Ханной Ричардсон? – спросил детектив Джонс, другой офицер со светлыми волосами.

Я снова покачала головой и взглянула на ее родителей, тут же об этом пожалев

– Н-нет. Она возвращалась обратно в зал, когда я в последний раз ее видела. Я просто предположила... – Мой голос сорвался. – Простите, – прошептала я, поворачиваясь к ее родителям. – Я не знала, что такое может случиться. Если бы я знала, я...

– Мы понимаем, милая, – всхлипнула миссис Валентайн, не переставая плакать. У нее были такие же серо-голубые глаза и золотистые волосы, как у Тейлор, только ее были собраны в пучок на затылке. – Ты не могла знать. Никто из нас не мог.

– Мы вернем ее домой, – кивнул мистер Валентайн, поправляя очки на переносице. Судя по уверенному тону его голоса, он в этом ничуть не сомневался.

– Значит, вы не уверены, связывалась ли она после этого с Ханной, верно? – продолжил детектив Моррисон, держа в руках небольшой блокнот и, по-видимому, просматривая свои записи.

– Верно.

– И вы ничего не слышали о ней с пятницы? Ни сообщений? Ни телефонных звонков? Ничего?

– Я пыталась дозвониться ей, но ее телефон был выключен. – Это было правдой. Должно быть, я звонила ей дюжину раз, надеясь, что каким-то чудом у нее все еще был доступ к ее телефону.

Это было рискованно, но я все же решила признаться.

– Хорошо, – сказал детектив Моррисон, кивая своему напарнику. – Думаю, на этом все. Спасибо за содействие, мисс Блэкберн. Если вспомните что-нибудь еще, пожалуйста, позвоните, – он протянул мне свою визитку.

Я кивнула и сунула карточку в карман.

– По пути пришлите к нам мисс Ричардсон, – попросил детектив Джонс, снова листая свои заметки.

Я вышла из кабинета в комнату ожидания, заполненную знакомыми лицами моих друзей и врагов. Глаза Никки следили за мной словно два аквамарина, желающих прожечь дыры у меня в затылке, пока Морган нашептывала ей что-то на ухо, хихикая рядом.

– Ты следующая, Ханна, – сказала я, проходя мимо них и направляясь к ближайшему выходу.

На улице меня встретил свежий послеполуденный ветерок. Я не смогла бы пробыть в школе даже еще минуту, пребывание здесь угнетало. Воздух был удушающим и стены давили со всех сторон.

Напоминания о Тейлор были повсюду, преследуя меня словно призраки, шепчущие мне на ухо и замораживающие все внутри. Я не знала, как долго смогу еще вынести эту пытку. Мне нужно было положить этому конец - всему этому - и вернуть ее домой, где ей и следовало быть.