– Какой церкви? Я нигде тебя не оставлял. – Его голос повысился на несколько децибел. – Это ты оставила меня одного, уйдя с танцев.

Я покачала головой. Он лгал. Он пытался смутить меня и сбить с толку.

– Ты забрал его. Ты был там. Я видела, как ты это сделал. Хватит мне врать!

– Клянусь, Джемма, я не вру. – Упершись ладонями в стол, он перегнулся через него и пристально посмотрел мне в глаза, словно пытаясь доказать свою правоту. – Я ничего у тебя не забирал. Я не знаю, кого ты видела, но это был не я.

– Тогда кто? – возмущенно воскликнула я. – Я говорила с тобой, Трейс. Я видела тебя. Это был ты!

– Ты говорила со мной? – недоверчиво переспросил он, словно я это все себе придумала. Он начал качать головой, но затем все медленнее и медленнее, а потом отвел глаза в сторону, погрузившись в собственные мысли. – Ты видела меня? – Теперь это прозвучало шепотом, словно он задавал этот вопрос сам себе, а не мне.

К чему он клонит?

– Дай-ка угадаю: это был не ты, а твой давно потерянный брат-близнец.

– Нет. – Он снова посмотрел на меня глубоким, непроницаемым взглядом. – Но, кажется, я знаю, что произошло. Я знаю, кого ты видела.

– Поздравляю. Я тоже знаю, кого я видела. – Я скрестила руки на груди. – Я видела тебя!

– Да. Ты видела меня. – Он выпрямил спину. – Только «меня» не из этой временной линии.

– Именно. Стой, что? – Я почувствовала, будто кто-то заехал мне под дых. – О чем, черт возьми, ты говоришь?

– Я не забирал Амулет. Меня там не было. Я знаю, что меня там не было, хотя ты меня видела.

– Ясно, как днем.

– Есть только одно объяснение. – Его голос был низким, окутанным тайной. – Путешествие во времени.

– Ты хочешь сказать, что другая версия тебя вернулась обратно в прошлое украсть у меня Амулет?

– Это единственное правдоподобное пояснение.

Я попыталась представить о чем он мне говорил, но мои мысли отказывались мне подчиняться, вызывая у меня головокружение.

– Зачем? Зачем тебе или будущему тебе это делать?

– Я не имею ни малейшего понятия, почему мой двойник возвращался в прошлое, Джемма. – На его щеках едва показались ямочки, когда он разочаровано стиснул зубы. – Все, что я знаю – меня там не было.

Я не знала, чему верить. На самом деле, я больше не понимала, что происходит.

– Откуда мне знать, что ты не пытаешься прикрыть тот факт, что Амулет у тебя и ты не хочешь, чтобы я преследовала тебя из-за него?

Его лицо исказилось, словно мои обвинения причиняли ему настоящую боль.

– Я бы не поступил так с тобой.

Его голос был таким искренним, что было очень сложно ему не поверить. В частности, потому что я хотела верить. Мне хотелось верить ему больше, чем дышать, и если бы это было неделю назад, каждое его слово было бы для меня благословением.

Но сейчас все изменилось.

– Все кончено, Трейс. Ты уже так со мной поступил. – Мой голос дрогнул, когда реальность ситуации меня отрезвила. Каким бы образом я ни пыталась ее повернуть, она по-прежнему оставалась угловатой таблеткой, которую было больно проглотить. – Мне без разницы, сделал ты это пару ночей или несколько месяцев назад. Это все равно случилось. Ты все равно это сделал. Когда – это только вопрос времени.

От моих доводов на его челюсти заиграли мускулы.

– Я не могу тебе доверять, – подытожила я. Сокрушительная тяжесть горького расставания обрушилась на меня, будто лавина. – Я никогда не смогу снова тебе доверять.

– Не говори этого...

– Думаю, тебе пора.

– Я не делал этого, Джемма. Я бы не сделал этого – ни сейчас, ни когда-либо. – От взгляда его блестящих глаз мне было не по себе. – Ты должна мне поверить.

– Как мне это сделать, Трейс? Скажи мне, как мне в этом убедиться, и я это сделаю. Я поверю каждому твоему слову.

Это признание вырвалось у меня непроизвольно, и я испугалась, его услышав. На каком-то уровне я знала, что это было правдой. Я отчаянно желала услышать от него слова, способные все пояснить, развеять все сомнения и вернуть наши прежние отношения.

– Джемма. – Он опустил глаза, не в силах меня переубедить.

– Иди домой, Трейс. – Я отодвинула от себя миску с хлопьями. Мой аппетит отправился туда же, куда и наши недоотношения – прямиком коту под хвост. – Просто оставь меня в покое.

Он покачал головой.

– Я не могу этого сделать.

– Нет, можешь. Тебе всего лишь нужно уйти от меня. Как ты это сделал в церкви. – Я расправила плечи, борясь с нахлынувшими на меня воспоминаниями о той ночи. – Я не могу доверять тебе, и пока у меня не будет доказательств, что ты этого не делал, я не хочу видеть тебя поблизости.

– А если этого никогда не случится? – Он склонил голову набок и на его лице отразилось беспокойство. – Если ты никогда не найдешь доказательств, что я говорю тебе правду? Что тогда?

– Тогда все так и останется между нами.

– Ты действительно этого хочешь?

– Да, – ответила я, хотя комок у меня в горле говорил об обратном.

– Я знаю, что это неправда, – произнес он тихо, огибая остров и подходя ко мне.

– Нет, правда, – заверила я, но мои глаза выдавали обратное и я была уверена, что он это заметил. – Для меня ты умер.

– А ты для меня все. – Не отрывая взгляда от моих глаз, он обогнул угол.

Мое сердце заколотилось, когда он сократил расстояние между нами. Дрожа, я сделала шаг назад, но он последовал за мной, сокращая его еще сильнее.

– Стой. – Я выставила перед собой руку, не давая ему приблизиться. – Не подходи ко мне.

Он был штормом, бушующим ураганом, способным уничтожить меня, и я не была уверена, что достаточно сильна, чтобы выдержать его силу. Каждый дюйм моего тела желал, чтобы я подчинилась, позволила ему разорвать меня на части.

Трейс накрыл мою руку своей, прижав ее к своей груди, словно безмолвно признаваясь в любви. Я позволила теплу его прикосновения задержаться на моей коже, прежде чем потянуть руку обратно.

– Я не тот, за кого ты меня принимаешь. – Подняв руку к моему лицу, он мягко провел большим пальцем по моей щеке.

Мои глаза закрылись от охватившего меня пульсирующего волнения.

– То, что я сказал тебе тогда на танцах, – продолжил он, поднимая мой подбородок, чтобы я посмотрела на него. – Это было правдой. Не забывай об этом, потому что я никогда тебя не забуду.

Трейс опустил голову и легонько поцеловал меня в лоб. Не успела я отреагировать, как он отстранился и ушел прочь, оставив меня с головокружением, разбитой, совершенно одинокой и растерянной посреди дядиной кухни.

4. ДАР ИУДЫ

Струи дождя лились с небес, словно падающие кинжалы, тяжелые и нетерпимые к нашим грехам. Во «Всех Святых» призрак Тейлор подстерегал меня на каждом углу. Нельзя было ни сбежать, ни заглушить боль. Она была за каждым столиком, который я обслуживала, за каждой дверью, которую я открывала, в тени каждого угла, мимо которого я проходила. Я переживала, все ли с ней было в порядке, была ли она в сознании, чтобы понимать, что происходит. На сердце было тяжело от горя.

Тейлор не заслуживала участия во всем этом кошмаре. Она должна была быть дома, в безопасности со своей семьей, сплетничая по телефону с Ханной или Карли, и делая домашнее задание в последнюю минуту.

Я оставила последний заказ Сойеру, нашему шеф-повару, и принялась протирать столики. День растянулся до непостижимой длины, и я не могла дождаться, когда смогу убраться подальше из этого места и ото всех вокруг. У меня было столько всего в голове, столько тяжести навалилось на мои усталые, поникшие плечи, а я даже не начала разбираться со своими проблемами.

Звякнул колокольчик у двери, нарушая ход моих мыслей.

– Кухня закрыта, – бросила я через плечо.

– Ничего страшного. Все равно вы не подаете еду на мой вкус, – ответил томный голос, который я прекрасно знала и ненавидела.

Дрожа, я обернулась к коварно улыбающемуся Доминику, опасаясь, что он мог услышать как у меня в груди бьется страх. Он был одет в свою привычную черную одежду и плащ, а его светлые вьющиеся волосы были влажными от дождя.

– Добрый вечер, ангел.

– Пошел к черту, Доминик.

– Ах, какой прекрасный ротик. Можно позаимствовать тебя на минутку? Нам нужно обсудить несколько насущных вопросов.

– Обсуди вот это. – Я показала ему средний палец и попыталась уйти, но он преградил мне путь.

– Я бы рад изучить значение этого жеста вместе с тобой, но прежде мне нужно, чтобы ты меня выслушала. – Он наклонился поближе и понизил голос до шепота. – Похоже, у нас с тобой общая цель. Было бы разумно подписать перемирье и объединить наши силы.

– Объединить силы? – повторила я, не веря своим ушам. – Единственное, что нас может объединить – это мой кол в твоем пустом сердце.

Он отшатнулся, изображая боль.

– Это было жестоко, ангел. Даже для тебя.

– Уйди с дороги, Доминик. – Я оттолкнула его в сторону. – Мне ничего от тебя не нужно, а твоя помощь и подавно.

– Ладно. – Он принялся ходить следом за мной, пока я курсировала между пустых столов и стульев. – Я собирался рассказать тебе о планах Энгеля на знакомую нам антикварную побрякушку, но раз это тебе не интересно...

– Не дай бог, это опять одна из твоих игр, – предупредила я, останавливаясь на полпути. – Я же собственноручно положу конец твоей жалкой жизни. – Скрестив руки на груди, я повернулась к нему.

– Больше никаких игр, ангел. Обещаю. – Его губы изогнулись в коварной улыбке, которой нельзя было доверять.

Я не верила ему, но в этой беде я была совершенно одна и отчаянно нуждалась, чтобы хоть что-то положило конец моему беспрестанно растущему списку врагов.

– Моя смена почти закончилась, – сказала я, решив его выслушать, во что бы то ни стало. – Встретимся на улице в десять.

На его губах снова заиграла ухмылка.

– Я буду считать секунды.

Я вышла из «Всех Святых» под проливной дождь. Струи были такими сильными и густыми, что было ничего не разглядеть уже в нескольких футах от меня. Открыв зонтик, я окинула взглядом парковку на наличие Доминика и уже собиралась оставить эту затею, когда увидела приближающийся свет фар, чьи яркие лучи вспыхнули, будто проблеск ложной надежды. Ко мне подъехала черная «ауди» Доминика и пассажирская дверь резко распахнулась, словно машина жила своей жизнью.