— Прости меня. Я повел себя как трус и слабак. Это легче и безопаснее, чем рассказать тебе правду. Проще, чем признаться в любви, и в том, что я больше не мог отрицать свои чувства.

Мне показалось будто я таяла, и в тоже время была готова взорваться. Джей! Мне хотелось забраться ему под кожу и больше никогда оттуда не вылазить. Я хотел жить, дышать им, любить с силой, способной заставить меня позабыть свое имя.

Я решила в последний раз упомянуть своего бывшего, и больше никогда о нем не вспоминать. Погладив щеку Джея, я прошептала. — Мэтт был моим первым. Я хочу, чтобы ты стал последним.

Его ответом был страстный поцелуй. Отпустив мою голову, он переместил руки мне на попку. Я ощущала тепло его рук, когда он прижал меня к себе, тем самым позволяя мне ощутить его эрекцию низом живота.

— Я скучал по тебе, — говорил он между поцелуями, прикусывая мою нижнюю губу. — Пиздец, как скучал.

Резкий, пульсирующий жар прошелся по моему позвоночнику и между ног.

— Покажи, как. — попросила я, расстегивая пуговицы на его рубашке.

Я не уверена, что я сама или кто-либо раздевал меня с такой скоростью. Скидывая обувь, я подняла руки, помогая ему стащить с меня платье, затем он расстегнул лифчик, с гораздо меньшим усилием, чем в тот первый раз, когда он помогал мне раздеться в ванной.

Зацепив пальцами резинку трусиков, Джей наклонился вперед, обхватив губами сосок, и я тихо застонала, в тот момент, когда он потянул мои трусики вниз, достаточно, чтобы они спустились по ногам самостоятельно. Пока он сосал, покусывал мою грудь, неторопливо наслаждаясь этим процессом, я возилась с его ремнем.

— Помоги мне, черт подери, — выпалила я, дергая за пряжку ремня. Он убрал мои руки, и я не успела моргнуть, как избавился от рубашки, брюк и боксеров.

— Часы тоже, — я указала на его запястье.

Приподняв бровь, он расстегнул часы, бросил их на кучу одежды, а затем толкнул меня на постель. Не раздумываясь, я согнула ноги и проползла на центр кровати. Опустившись спиной на холодную простыню, я слышала свое учащенное дыхание, я не сводила глаз с Джея, когда расставила ноги шире, приглашая его.

— Господи, — выдохнул он, его лицо горело, а глаза потемнели от страсти. И пока он просто стоял и любовался мной, я тоже решила не упускать момента пробежаться взглядом по его обнаженному телу — от вены на его шее, широким плечам, накаченной груди и животу, до мускулистых ног. И прямо по центру этого великолепия располагался его член — длинный, твердый и захватывающий дух. Моя киска изнывала от желание быть заполненной им, и когда он забрался на кровать, и расположился между моих ног, раздвигая их шире, я обхватила руками его член. Он запрокинул голову, издавая стон отчаяния, от чего я лишь сжала его крепче, и задвигала рукой по его гладкой коже. У меня пересохло во рту, легкие горели от быстрых вздохов. Лаская его, я бормотала.

— Джей, я хочу ощутить тебя. Прошло так много времени. Мне так сильно этого не хватало. Я снова видела сны с твоим участием.

—Господи, Миа, — выдохнул он, перенося вес на одну руку. Один палец другой руки уже оказался во мне, а второй на моем клиторе, и я застонала, выгибаясь, отрывая спину от матраса.

Он опустил голову, я задрожала, ощутив его зубы на своей шее. С легкостью скользнув в меня вторым пальцем, он согнул их, стимулируя точку G. Ахнув, я приподняла бедра, прижимаясь к его руке, двигаясь в такт, пока он трахал меня пальцами.

— Ты такая влажная, — прорычал он возле моего уха.

— Потому что я готова для тебя, — выдохнула я. — Какого черта ты ждешь?

Он отчаянно застонал, и пока вытаскивал из меня пальцы, а потом, обхватив ими член, начал смазывать его моей влагой, сказал.

— Мне нужно купить тебе кляп, или что-то в этом роде.

Эм-м, вот козел. Я прищурила глаза, потянулась к нему, чтобы ввести его член в себя, но он поймал мои руки, завел их мне за голову, и придавил к матрасу. А затем вошел в меня. Он продвигался глубже, намного глубже, чем я была готова, от чего я сначала ахнула, и дернулась от резкой боли, а потом мои вздохи переросли в стоны, когда он начал вколачиваться в меня.

— Ты в порядке? — прозвучал его низкий, отрывистый голос.

— Ага, — сказала я, сцепив ноги у него за спиной, притягивая его ближе. — Не останавливайся.

Его член скользил во мне, и он в третий раз повторил. — Господи, — а потом. — Как же хорошо, Миа!

О мой бог, это было невероятно. Я выгибалась, напрягалась от звуков бьющихся друг об друга тел, и мой оргазм подступал все ближе и ближе. Он переплел наши пальцы у меня за головой, наши взгляды встретились и не отпускали.

— Сильнее, — умоляла я, закатывая глаза и Джей выполнил мою просьбу. Я закричала, было ощущение, что я сгораю заживо. — О боже, боже, Джей! Я кончаю.

Я напряглась, и не двигалась, пока мое тело прошибали волны оргазма. Я беспомощно стонала, пока Джей толкнулся в меня, один, два, три раза, а потом застонал, похоронив себя во мне до самого основания. Я ощущала его высвобождение, его горячую сперму, поэтому сжала внутренние мышцы, тем самым вызывая у него такой пронзительный стон, будто он испытывает мучительные боли.

Он отпустил мои руки, перенес свой вес на локти, утыкаясь лбом в матрас рядом с моей головой. Наши грудные клетки соприкасались, мы дышали в унисон, пытаясь успокоить дыхание.

Продолжая удерживать меня, он перекатился на бок, утягивая за собой. Его член выскользнул из меня. Я продолжала обвивать его ногами, закрыла глаза, когда приподнял меня выше, и поцеловал, медленно и нежно. Выдохнув от удовольствия, я начала перебирать волосы на его затылке.

— Я люблю тебя, — шепнул он у моих губ. — Миа, ты самое важное в моей жизни. Нет никого и ничего важнее тебя. Прости, что не понял этого раньше.

Я немного откинула голову глядя в его глаза, все еще поглаживая горячую, гладкую кожу на его шее, вызывая у него мелкую дрожь.

— А как же работа с твоим дядей? — я подняла эту тему, потому что мы больше не могли избегать ее. И еще месяц назад эта работа была важнее меня.

Он мотнул головой.

— Если мне придется оставить тебя, то я откажусь.

Его ответ согрел, но в тоже время потряс меня. Я не хочу быть причиной изменения его планов. Я не хочу лишать его такого шанса, и мне невыносимо то, что он делает это из-за меня.

— Мне это не нравится, — твердо заявила я.

— В таком случае, ты можешь поехать со мной, — предложил он после паузы, проводя пальцем по моему боку, заставляя меня извиваться от щекотки. — Они нуждаются в медсестрах. А если у тебя будет диплом по акушерству, то они не задумываясь предложат тебе место.

М-м-м, отличная новость!

Погоди, что? Он серьезно? Я откатилась назад, приподнялась на локте, уставившись на него, словно меня только что вырвали из крепкого сна, и я не могла понять, где нахожусь.

— Только, если ты хочешь, — договорил он, наблюдая за мной, немного наморщив лоб. — Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной, или мучилась чувством вины за нежелание ехать.

Ого, ладно. Я плюхнулась на матрас, устремив глаза в потолок. В голове была каша. Работа заграницей была целью Джея, не моей. Мне нравится его желание быть рядом со мной, но я не уверена подходит ли мне эта работа.

В памяти всплыла Триша Майлксон, и я вспомнила как она держала на руках маленький безжизненный сверток, и мои чувства, когда я обнимала ее, я понимала, я тот момент я хотела оказать ей поддержку. Работать акушеркой, помогать нуждающимся, х-м-м. Возможно.

— Разве они не посылают врачей туда, где они нужнее всего? — спросила я, поворачивая голову в его сторону. — А вдруг нас отправят в разные стороны, и мы все равно не будем вместе?

— Я изучал информацию на их сайте. Они всегда учитывают пожелания врачей. — Он потянулся к моей руке, поглаживая шрам между большим и указательным пальцем, шрам побелел, его практически не видно. Затем он сцепил пальцы, и добавил. — И там указано, что они не разделяют супружеские пары, которые соглашаются на работу.

Мое сердце ускорило бег, а в животе запорхали бабочки. Несколько ударов сердца, я не могла произнести ни слова. И затем я пискнула. — Ты мне только что сделал предложение?

Он слегка улыбнулся и ответил.

— Пожалуй, да.

Какого черта? Он серьезно? Прорычав от огорчения, я вырвала руку, и ладонью толкнула его в грудь.

— Эй, — удивленно воскликнул он, на лице читалось непонимание, когда схватил мое запястье. — Ты чего?

Я дернула руку, но он не отпускал меня, поэтому я сжала кулак, и набросилась на него.

— Так ты просишь любимую женщину провести с тобой остаток жизни? В постели, в грязном номере отеля после того, как поимел ее? Без кольца и романтической обстановки? Вот так, да?

Он едва сдерживал улыбку.

— Если честно, я считаю этот номер вполне приличным.

Фыркнув, я сжала губы, сверля недовольным взглядом.

— И так получилось, ты ошибаешься насчет кольца. — Отпустив меня, он перекатился на кровати, в два шага пересек комнату, склоняясь возле стоящей на полу сумке. Расстегнув боковой карман, он что-то оттуда вытащил, и вприпрыжку вернулся на кровать, со странным выражением лица — смеси триумфа и загадочности.

Пока я с любопытством разглядывала его, Джей сел на край кровати, протягивая мне раскрытую ладонь. На ней лежало тоненькое серебряное кольцо с огромным, и явно пластмассовым камнем, переливающимся от света лампы.

— Боже мой, — ахнула я, — Что это?

Джей довольно ухмыльнулся.

— Фрея дала мне его, когда я видел ее последний раз, прямо перед самым отъездом. Она сказала, я должен подарить его, когда буду просить твоей руки.

Я моргнула. Это очень мило, и я четко могла представить, как моя племянница со всей серьезностью вручает ему кольцо.

— И ты его сохранил? — спросила я, смотря на кольцо. Если

честно, это очень милая вещица.

— Ну... — все что ответил он, поморщившись.

Ладно, я поняла. Надув губы, я спросила.

— Ты убрал его в сумку и забыл про него, я права?