— Я работаю сегодня в ночь, — сказал он. — Как долго ты еще здесь пробудешь?

— До воскресенья. — Это означает следующие два дня я проведу, помогая моим родителям собирать вещи бабушки. В горле опять появился ком, я его сглотнула, но это было нелегко.

Он начал поглаживать мое бедро поверх одеяла.

— Тебя подбросить из аэропорта домой?

— Конечно, но я прилечу в аэропорт Лос-Анджелеса.

Я предупреждаю его только из вежливости. Только безумец согласиться ехать в такую даль.

Джей улыбнулся.

— Разве этим я не докажу, как сильно тебя люблю?

Закатив глаза, я продолжила.

— Я все равно люблю тебя сильнее.

— Докажи, — ответил он, сжимая мое бедро.

Я прищурилась, пытаясь придумать ответ.

— Если хочешь, можешь просматривать и удалять музыку из плейлистов на моем iTunes.

Я захихикала вместе с ним. Но мое веселье улетучилось почти сразу же, и я накрыла его руку, сжимающую мое бедро.

— А это много стоит.

Он несколько секунд молчал, пристально глядя мне в глаза.

— Детка, я не буду трогать твой плейлист. — Склонившись, он нежно поцеловал меня в губы, перед тем как сказать. — С этого момента, моя главная цель — это делать тебя счастливой.

— Да? — выдохнула я, мое сердце было готово выпрыгнуть из груди.

— На 100%, — заверил он.

Я обхватила его лицо и спросила.

— Ты же взял машину на прокат?

— Угу, — он успел вырваться, и уже спускался поцелуями по моей шее, от чего у меня побежали мурашки по коже.

— Отвезешь меня к родителям? — быстро спросила я, прежде чем он заставит меня потерять дар речи.

Приподнимаясь на локтях, так чтобы он мог видеть мое лицо, Джей на секунду замолчал, а потом спросил.

— А мне обязательно заходить в дом?

— Да, — ответила я, поглаживая его грудь. — Пожалуйста.

После вчерашнего разговора с семьей я предпочла бы не встречаться с ними наедине. Если я приду одна, они набросятся на меня с расспросами. Но присутствие Джея может заставить их отложить…

Джей сел прямо, голос прозвучал серьезно.

— А твой отец тоже будет там?

Я прикусила внутреннюю сторону щеки.

— Он будет вежливым. Даже пообещал мне извиниться перед тобой.

— Этого я и боюсь, — простонал он. — Это будет так неловко. По мне, пусть он лучше ведет себя, как засранец.

Ох святые угодники. Я сдержала желание закатить глаза. Во что я ввязываюсь? Я представила свое будущее, где я буду буфером между двумя важными для меня мужчинами.

— Ты переживешь, — сказала я Джею. — Рано или поздно, но вам придется найти общий язык. Как никак, он твой будущий тесть.

Пока он молча обдумывал эту информацию, я мысленно повторила последнее предложение. Оно прозвучало так странно, безумно, но все же замечательно, и мне неожиданно стало все равно, если эти двое будут и дальше сводить меня с ума своим поведением.

Джей тяжело вздохнул.

— Мне срочно нужно напоминание ради чего я это делаю.

Я отбросила простынь, закинула на него одну ногу, и плавно опустила ступню ему на промежность. Я ощущала, как он начал твердеть от трения пяткой, и я широко улыбнулась.

— Думаю, я могу это устроить.

— Господи, Миа, — застонал Джей.

А затем он забрался на кровать, возвысился надо мной с потемневшими от желания глазами. Этот взгляд мгновенно пробудил во мне голод, будоража каждую клеточку моего тела.

Полагаю, мой телефон еще какое-то время останется на беззвучном режиме.

Эпилог. Джей

Я немного волновался, когда припарковал арендованную машину перед домой Уотерсов и, не заглушая двигатель смотрел на большой, роскошный дом.

Именно сейчас я сильнее всего чувствовал, что мне здесь не место. Входить в семью, как друг Миа, это одно. Но переступить порог дома утром, когда на ней вчерашняя одежда, и заявить, что она теперь моя... казалось мне наглостью. Глупостью, и немного сумасшествием.

Сделав глубокий вдох-выдох, заглушил двигатель, и услышал, как Миа отстегнула ремень безопасности, а потом положила голову мне на плечо, и начала поглаживать у основания шеи, и эти прикосновения отозвались током по всему позвоночнику.

— Эй, — сказала она полу дразнящим, полусерьезным тоном. — Не бойся, я не дам тебя в обиду.

Повернув голову, я увидел, что она смотрела на меня со слегка надутыми губками и озорным блеском в зеленых глазах.

Неужели я попросил ее провести остаток дней вместе? И она действительно согласилась?

Не то, чтобы я смутно помню события прошлой ночи. Просто это слишком хорошо, чтобы быть правдой. И, несмотря на мои сомнения и страхи, одного только взгляда на нее хватает понять, что я не пожалею о своем решении провести жизнь с Миа.

—Ты понимаешь, что во время нашего последнего разговора с твоим отцом я еле сдержался и едва не дал ему по морде?

Расхохотавшись, она ответила. — У меня так каждый раз.

Она схватила меня за шею, притянула к себе и поцеловала.

Этот поцелуй напомнил мне, что еще час назад я был в ней. Она была сверху, позволяя мне вдоволь налюбоваться ее аппетитным телом, пока она объезжала меня, трахала с такой интенсивностью, что я едва не лишился рассудка.

Она еще раз улыбнулась, перед тем как отодвинуться, и выйти из машины. До того, как к ней присоединиться, я морально подготовился к неизбежному, и закрыв глаза постарался прогнать все мысли о Миа и сексе. Однако было легче сказать, чем сделать, потому что мое желание к ней было безграничным.

Ладно, пришло время покончить с этим. Я вышел из машины, прошел к дому, пока Миа копалась в сумочке в поисках ключей.

— Ты не сняла кольцо, — сказал я, когда она открыла входную дверь. До меня дошло, мы не обсудили и не решили, когда расскажем ее родителям, но очевидно Миа не планировал держать все в секрете.

— Ага, — ответила она, и посмотрела на меня, бросая ключи обратно в сумку. — Всем понравиться история о том, как Фрея дала тебе кольцо.

Конечно, но это кольцо было шуткой. Миа это понимала, но все же надела его. Боюсь ее родителям это не покажется забавным. Особенно Фрэнку.

Я даже не думал, что увижусь с ней еще, у меня оставалась крупица надежды, именно поэтому я сказал Пейдж, где и в каком номере я остановился, но я определенно не планировал делать ей предложение.

Но если бы она была из тех женщин, которые ждут идеального предложения с идеальным кольцом, она была бы не моей Миа, и я бы не был без ума от нее, и не хотел бы ее больше всего на свете.

И я точно не входил бы в этот дом для встречи с ее семьей.

Когда мы зашли внутрь, и я закрыл за нами дверь, до меня донеслись с кухни голоса, звон тарелок и столовых приборов. Миа взяла меня за руку, крепко сжала и повела на кухню.

Ее мама, сестра, и брат сидели за большим круглым столом. Камерон единственный сидел лицом к двери, поэтому он первым нас заметил.

— О привет, — радостно сказал он. — Посмотрите, кто у нас стыдливо возвращается домой.

Пейдж и Гвен резко одновременно повернули головы. Они встретили нас пристальными взглядами, не упуская из виду наши сцепленные руки.

Они на нас не пялиться. Я подхожу Миа. Мне здесь место.

Я сглотнул. Может если повторить это мысленно сотню раз, то наконец поверю в свои слова?

— Так говорят, только после ночи с незнакомцем, — сказала Пейдж, поглядывая на брата. — Вас деток сейчас вообще ничему не учат?

Кэм хмыкнул. — Я думал личный опыт — это самый лучший учитель. Тем более у тебя с Миа в этой области больше опыта, чем у меня.

Пейдж и Миа фыркнули с отвращением.

— Камерон... — Гвен шлепнула сына по плечу. — Неужели необходимо начинать прямо с утра? Мы еще даже не позавтракали.

Когда он ответил ей «а-мне-плевать» улыбкой, она закатила глаза, взяла пустую тарелку и вышла из-за стола. По пути к раковине, она остановилась на секунду, погладила Миа по руке и сказала.

— Доброе утро. Вы завтракали?

Миа ответила, отрицательно качнув головой, и в следующую секунду Гвен уже суетилась на кухне, готовя для нас завтрак.

Только мы с Миа сели за стол, дверь патио открылась, и зашел е отец. Я застыл, напрягся всем телом.

Тебе лучше найти с ним общий язык. Скоро он станет твоим тестем.

Ага, или хотя бы попытаться ради Миа. Неужели это будет так сложно?

Я сглотнул. Вот черт.

—Ой, — Франклин Уотерс заметил нас, и замер посреди кухни. — Вы уже здесь.

Было сложно определить эмоции по его лицу, он выглядел уставшим, с темными кругами под глазами, и глубокими морщинами на загорелой коже. — Ладно. — Он прочистил горло, снимая садовые перчатки, и обратился к Миа. — Утром придет поверенный бабушки.

— Ага, Пейдж напомнила мне об этом в утреннем сообщении.

Фрэнк кивнул в ответ, и присоединился к нам за столом. Они заговорили о том, как будут собирать вещи Лили на выходных, и решать, что оставить, а что выбросить, и необходимости готовить дом на продажу. Тети и кузины Миа вероятно остались в городе и будут им помогать.

Меня съедало сожаление, я хотел бы остаться, быть рядом с Миа в тяжелый для нее момент, когда она будет разбирать вещи бабушки. Я, итак, поменялся сменами, чтобы приехать сюда, и больше не мог подставить своих коллег.

Гвен поставила перед нами тарелки с вафлями, яичницей, беконом и свежими фруктами, и, поблагодарив, мы набросились на еду. Пока мы ели, разговор за столом протекал непринужденно и на отвлеченные темы. Невооруженным взглядом можно было заметить их скорбь, и они не старались ее скрывать, а наоборот, пытались помочь друг другу пережить это тяжелое время. Наверняка, Лили бы это понравилось.

Без нее эта семья кажется неполной, и никто не сможет занять ее место. С болью в сердце я понял, мне тоже будет ее не хватать, но моя печаль не шла ни в какое сравнение с болью утраты Миа. Потеря Лили Уотерс чувствовалась реальней и мучительней, чем кончина моего отца, чья смерть в основном принесла мне облегчение. Вероятно потому, что для меня его нет уже двенадцать лет.

— Эй, — неожиданно сказала Пейдж. — Миа, а что это у тебя за кольцо?

Я чуть не подавился вафлями с сиропом. Пока я кашлял, и запивал все апельсиновым соком, все внимание за столом было приковано к Миа.