Я ничего не слышала об Аресе эти две недели, и даже не выглядывала из окна, чтобы увидеть его. Зачем? Что бы мне это дало? Еще больше мучать себя? Нет, спасибо, уже достаточно.

Часть меня чувствует, что разговор с мамой вернул мне силу и убеждения, которые у меня были раньше. Все, что я отбросила в сторону ради Ареса.  Ладно, не ради него, потому что он меня не принуждал, я сама решила это сдлеать.

Самое печальное в этой ситуации?

Йоши.

К удивлению, не мамина пощечина разорвала мне сердце. А Йоши.

Я чувствую себя преданной во стольких смыслах. Йоши все рассказал моей маме, все, и это очень ранит. Он был моим лучшим другом с самого детства, он всегда был рядом. То, что он так меня предал, оставляет рану на сердце. Не знаю, хотел ли он этим сделать мне лучше, или поступил из ревности, в любом случае, это ужасно. Люди открываются друг другу, потому что доверяют. Я ему доверилась, а он взял и так легко разрушил мое доверие.

Дани пришла в бешенство, когда я рассказала ей о поступке Йоши, угрожала побить его и применить другое насилие с очень красочным описанием. Мне пришлось успокоить ее и заставить пообещать мне, что она ничего не сделает.

Мне не нужно больше драмы и проблем.

Просто хочу, чтобы время шло дальше, чтобы мои раны начали заживать, и чтобы эти чувства исчезли.

Да, я хочу чуда.

Любой бы подумал, что Йоши будет меня искать, умолять и просить прощения, он этого не делал, он просто избегает меня и опускает голову каждый раз, когда мы встречаемся в школьном коридоре. Я бы хотела посмотреть ему в глаза, накричать на него, дать пощечину, послушать, есть ли ему, что сказать, каково его оправдание… но у меня просто нет ни энергии, ни настроения для этого.

Мы с Аполлоном немного сблизились, хотя каждый раз рядом с ним я не могу избежать мыслей о его брате. Но я борюсь с ними, потому что он не виноват в том, что произошло между Аресом и мной.

Глубоко вздыхаю. Уже суббота, время уборки. Я чувствую себя зомби, двигаясь на автомате. Могу сказать, что я немного подавлена. Не могу сказать, это из-за обиды, ситуации с мамой или Йоши… Наверное, все вместе.

Рокки сидит, уложив свою мордашку на передние лапы, и смотрит на меня, как будто зная, что я не очень хорошо себя чувствую. Между мной и псом есть связь за пределами слов. Я сажусь на корточки перед ним и глажу его голову.

Рокки облизывает мои пальцы.

- Мы с тобой против всего мира, Рокки.

Мама заглядывает в комнату, на ней медицинская униформа.

- Я ухожу, у меня ночная смена.

- Окей.

- Все знаешь, никуда не ходить, никаких гостей, за исключением Дани.

- Да, сеньора.

Ее выражение смягчается.

- Я буду звонить периодически на домашний телефон.

Это меня пробуждает.

- Ты шутишь?

- Нет, я тебе доверяла, дочка, а ты пользовалась этим, чтобы ходить на вечеринки и приводить мальчиков в дом.

- Мама, я не преступление совершила, просто…

- Тихо, я опаздываю. Надеюсь на твое хорошее поведение.

Натягиваю улыбку, сжимая кулаки по бокам. Не могу поверить, что это происходит. Мои отношения с мамой испорчены, и все из-за Йоши.

Кем он себя возомнил, чтобы рассказывать мои секреты моей матери?

Наступает ночь, окутываю мою спальню темнотой, я даже не хочу двигаться, чтобы свет включить. Внезапно я слышу дверной звонок. Смотрю в зрачок двери и вижу своего бывшего лучшего друга, который нетерпеливо ждет за дверью. На нем его любимый свитер и шерстяная шапка. Его очки слегув запотели…  Должно быть, на улице холодно. Осень уже опустилась на город, оставляя жаркое лето позади.

Думаю не открывать ему, но также не могу оставлять его на холоде.

- Я знаю, что ты там, Ракель. Открой.

Нехотя, открываю дверь и поворачиваюсь к нему спиной, направляясь к лестнице. Слышу, как сзади закрывается дверь.

- Ракель, подожди.

Я его игнорирую и продолжаю идти, ступаю на первую ступеньку, и он берет меня за руку, поворачивая к себе.

- Подожди!

Я толкаю его руку, заставляя отпустить.

- Не прикасайся ко мне!

Он поднимает руки.

- Хорошо, просто послушай меня, дай несколько минут.

- Я не хочу с тобой разговаривать.

- Мы целую жизнь дружим, я заслужил пару минут. – Я награждаю его холодным взглядом. – Дай мне пять минут, и после, я оставлю тебя в покое.

Я складываю руки на груди.

- Говори.

- Я должен был это сделать, Ракель. Этот тип из тебя веревки вяжет. Ты хоть представляешь, как мне было больно смотреть на то, как он тебя снова и снова использует, а ты ему это позволяешь? Я вырос с тобой, ты делаешь мне больно. – Он прижимает руку к груди. – Независимо от того, что я к тебе чувствую, ты моя лучшая подруга, я хочу лучшего для тебя.

- Рассказать моей маме было твоим решением проблемы? Ты издеваешься надо мной?

- К сожалению, другого не было. Если бы я поговорил с тобой, ты бы меня не послушала.

- Конечно, да.

- Будь честной, Ракель. Не послушала бы. Ты бы думала, что я ревную, и не обратила бы внимания, потому что ты так чертовски ослеплена любовью, что не видишь дальше своего носа.

- У тебя осталось две минуты.

- Помнишь, что ты мне сказала в прошлое Рождество? Когда ты меня ругала и говорила, что пора простить отца?

Я сжимаю губы, потому что помню.

- Нет, не помню.

Он грустно улыбается.

- Я на тебя разозлился и кричал: «Как ты можешь быть на его стороне, какая ты подруга?» А ты мне сказала: «Настоящий друг тот, кто говорит тебе правду в лицо, несмотря на то, что это обжигает и ранит».

Мне не нравится, что он бросает мне в лицо мои же слова.

- Это было другое, я говорила с тобой, а не пошла сплетничать с твоим отцом.

- Да, ты поговорила со мной, и я тебя послушал. Ты бы меня не послушала, Ракель. Я знаю, и ты тоже. – Наступает момент молчания.

- Время вышло.

Поворачиваюсь к нему спиной, слыша его бормотание.

- Роччи..

- Меня зовут Ракель. – Мой голос оказывается холоднее, чем я планировала. – Спасибо за объяснение. Независимо от твоих причин, ты разрушил годы доверия одним щелчком пальцев, и я не знаю можно ли это исправить. Спокойной ночи, Джошуа.

И так, я оставила его, у подножия лестницы, как джентльмена, ждущего свою даму. С той лишь разницей, что он лишил себя любой возможности с вышеупомянутой дамой. Заходя в свою комнату, слышу, как захлопывается входная дверь. Глубоко вздыхаю и подхожу к окну.

Окну, с которого все началось.

- Ты пользуешься моим wifi?

-Да?

- Без моего разрешения?

- Да.

Придурок.

Грустная улыбка появляется на моих губах. Сажусь перед компьютером и вспоминаю Ареса, налаживающего роутер, на коленях передо мной. Бросаю взгляд на окно, и почти вижу, как он заваливается ко мне в спальню без разрешения. Стряхиваю мысли.

Что со мной?

Прекрати видеть его повсюду, это ненормально.

От нечего делать, захожу в Facebook. Ладно, не на свою личную страничку, а на фейковый аккаунт, который я создала некоторое время назад, чтобы следить за Аресом. Знаю, безнадежный случай. В свое оправдание, я создала его давно, но не использовала. Но, так как я заблокировала Ареса, приходится снова заходить с фейка.

Ничего страшного не будет, если я загляну к нему на страничку, да?

Я ничего не теряю.

У него нет новых публикаций, только фотографии, на которых его отмечают других.

Самая последняя у Сами, как и ожидалось. На фотографии они в кино, она смеется с полным ртом попкорна, а у него  попкорн в руке, он как будто ее кормит. Пост она подписала так: «В кино с этим безумцем, который наполняет мои дни радостью».

Ауч.

Уколотая в сердце, я спускаюсь дальше и вижу только посты, людей, отметивших его на фотографиях с матча две недели назад, в которых они его поздравляют и хвалят. Закатываю глаза. Продолжайте подкармливать его эго. Как будто он еще недостаточно высокомерен.

Бросая последний взгляд на его фото с Сами, так как я, очевидно, мазохистка, закрываю Facebook и иду спать.

Не хочу больше думать.

***

Меня будит звонок моего мобильного. Открываю глаза наполовину, мои зрачки дрожат, пытаясь раскрыться. Все еще довольно темно. Который час?

Телефон продолжает звонить. Я протягиваю руку к тумбочке, сбивая все на своем пути.

Отвечаю, толком не взглянув на имя звонящего.

- Алло?

- Доброе утро, - отвечает голос матери. – Вставай.

- Мама, сегодня воскресенье или… Теперь у меня и права поспать нет?

- Я не вернусь с дежурства раньше полудня, пожалуйста, уберись в доме и собери грязные вещи в стирку.

- Понятно.

Положив трубку, заканчиваю с чисткой зубов, и спускаюсь вниз. В дверь снова звонят. Неужели Джошуа вернулся? Если он думает, что его ежедневные визиты к чему-то приведут, он ошибается.

Звонок повторно звучит, я недовольно кричу.

- Иду!

Не могут подождать немного? Я ужа говорила, что ранний подъем – это не мое? И, говоря по правде, я не в силах иметь дело с Йоши в данный момент. Звонок повторяется, и я спешу открыть дверь. Потом перестаю дышать.

Первое что я встречаю, это осенний холод, затем удивление от того, что вижу стоящего передо мной. Это последний человек, которого я ожидала увидеть в дверях.

Арес Идальго.

Мое сердце подпрыгивает и начинает бешено колотиться. Арес стоит передо мной, выглядя так, как будто ночью не спал ни секунды. Волосы в беспорядке, под прекрасными глазами большие круги. На нем мятая белая рубашка, верхние пуговицы расстёгнуты.

Глупая улыбка формируется на его губах.

- Привет, ведьма.

32

Нестабильный

Контролировать свои эмоции так просто, когда тот, кто их вызывает не стоит перед тобой.

Ты чувствуешь себя сильной, способной все преодолеть и продолжать свою жизнь без этого человека. Как будто твой самоконтроль и самооценка восстановлены. Чтобы вернуть свою силу, необходимы дни, недели. Но чтобы снова потерять ее понадобится лишь секунда.

В тот момент, когда этот человек появляется перед тобой, живот скручивает, ладони потеют, дыхание учащается, твоя защитная стена рушится, и это так несправедливо, после всего, чего тебе стоило ее построить.