Я знаю, что ей нравится, когда я так с ней разговариваю, это ее возбуждает, а меня сводит с ума ее реакция на мои слова. Я снова ее целую, внедряюсь языком, показывая, насколько я хочу ее, и что всего лишь просьбы будет достаточно, чтобы я, наконец, погрузился в нее, и закончилась эта пытка.

Когда мы отстраняемся, чтобы вздохнуть, она убирает мою руку с ее промежности и с прищуром говорит.

- Пожалуйста, трахни меня, Арес.

Ее слова открывают поток желания, который спускается по всему моему телу к члену.

- Скажи еще раз.

Она обвивает мою шею руками и шепчет мне в ухо.

- Пожалуйста, возьми меня жестко, Арес.

Ей не нужно просить снова, я хватаю ее за талию и прижимаю к себе, ее ноги вокруг моих бедер. Я вхожу в нее одним толчком. С ее губ срывается глухой стон. Она такая горячая и мокрая, что меня ненадолго парализует от ощущений.

Атакую ее шею и начинаю быстро двигаться внутрь и наружу.

Ракель отклоняется назад, придерживая себя руками.

- О, Господи, да, Арес, мне нравится, пожалуйста.

Я хватаюсь за ее бедра, чтобы ускорить ритм. Я все ясно вижу, и это меня разжигает, я визуал, так что мне нравятся эти позы, в которых я могу видеть все.

Ракель бесконтрольно стонет. Звук резких соприкосновений наших тел отдается отзвуком вокруг нас.

- Так тебе нравится, да? Жестко? – Она стонет в ответ.

– Ты моя, Ракель, – говорю в неуправляемых движениях, – и я чертовски твой.

- Да! – Она снова хватается за мою шею, ее руки спускаются мне на спину, чувствую, как ее ногти царапают мне кожу.

– Быстрее! – умоляет в ухо, я рычу от желания, слушаясь.

Покусывая ее шею, я продолжаю двигаться, чувствуя всю ее. Я тону и теряюсь в ней. Я так сильно сжимаю ее бедра, что она морщится от боли, хотя я знаю, что ей нравится, она в восторге, когда я теряю контроль.

Мой темп растет беспощадно и быстро, чувствую, что она стала еще более влажной, ее оргазм рядом, и это лишь приближает меня к моему. Ее стоны становятся еще громче, ее слова более смелыми и сексуальными. И это все, что мне необходимо, чтобы кончить в нее, с ней. Наши оргазмы нас разрывают, оставляя в абсолютном удовольствии и без воздуха.

Прислоняюсь к ней лбом, ее глаза закрыты.

- Ракель. – Она открывает глаза и смотрит на меня, и тогда я вижу это, эту огромную разницу, эту связь, которая горит между нами.

– Я так тебя люблю. – Слова слетают с моего языка. Она всегда делает меня таким сентиментальным.

Она улыбается.

- Я тоже тебя люблю, греческий бог.

Одевшись, мы выходим в коридор и направляемся в ее школьный спортзал, в котором все еще танцы в самом разгаре. Ракель идет как-то странно и неловко, на моих губах играет усмешка.

Она это замечает и хмурится.

- Наслаждайся, засранец.

Я включаю дурака.

- Что случилось? Ты не можешь нормально идти?

Она слегка бьет меня по руке.

- Не начинай.

Я хватаю ее за руку.

- Ты заслужила это за свои провокации.

Она фыркает.

Проводя большим пальцем по ее щеке, я наклоняюсь и нежно ее целую, наслаждаюсь каждым крошечным касанием наших губ. Отклонившись, целую ее в нос.

- Идем, ведьма, пора возвращаться на бал, чтобы все узнали, что твой парень, только что подарил тебе лучший секс всей твоей жизни.

Она бьет меня в плечо.

- Ты продолжаешь валять дурака, греческий бог.

Шепчу ей на ухо.

- Дурака, которого ты умоляешь взять тебя.

- Замолкни!

Улыбаясь, возвращаемся в зал.

***

РАКЕЛЬ

Ауч.

Больно ходить, я никогда не была одной из тех, кто верит в эти фразы типа: «Я буду трахать тебя так, что ты еще неделю не сможешь ходить», но теперь я знаю это не понаслышке благодаря Аресу, который расхаживает с надменным выражением.

Я бросаю на него убийственный взгляд, на что он подмигивает глазом, продолжая болтать с Джошуа. Арес и Джошуа прекрасно ладят в последнее время, что меня очень радует. Нет ничего лучше, когда твой парень и лучший друг ладят.

Дани смотрит на меня взглядом, который я хорошо знаю.

- Что?

- Тебя жестко отымели, да?

Отвожу взгляд.

- Дани!

Она поднимает стакан и чокается со мной.

- Салют, ты стерва, я рада за тебя.

Любая другая оскорбилась бы, но Дани говорит это с любовью, я знаю, это странно, но, что я могу сказать, моя лучшая подруга странная.

Арес подходит к нам.

- Идем на афтепати ко мне домой, а?

Дани кивает.

- Да, Даниэль прислал мне сообщение, видимо, он уже там.

Аполо, Джошуа, Дани, Арес и я покидаем бал и направляемся к внедорожнику Ареса. Еще нет и девяти вечера, не могу поверить, что столько всего успело произойти за такой короткий промежуток времени.

Неловкое молчание между Аполо и Дани отчетливо заметно, особенно со стороны Дани. Им сложно было вести себя как обычно после всего, что произошло, но думаю, что прогресс есть. Аполо больше к ней не пришел, и это разбило сердце Дани и выбило ее из колеи. Она всегда имела контроль над парнями, с Аполо все получилось не так.

***

Войдя в дом, я слышу, как кто-то кричит мое имя.

- Ракель! – кричит Грегори, протягивая руки. Я крепко его обнимаю. – Поздравляю!

Грегори мне очень нравится, я с ним чудесно лажу, даже гораздо лучше, чем с Марко. Марко такой… не знаю, как объяснить, он очень закрытая личность, похож на Ареса, с которым я познакомилась. Видимо, поэтому они лучшие друзья.

Арес отрывает от меня Грегори.

- Достаточно.

Грегори закатывает глаза.

- Да, мистер нудный.

Я позволяю себе восхититься залом, он очень красиво украшен. Здесь несколько человек, некоторые парни из школы Ареса. Также есть и взрослые, полагаю, чьи-то родители. Мои глаза находят Клаудию в очень красивом черном платье рядом с другими так же одетыми девушками. Я осознаю, что они повсюду разносят шампанское и закуски. О, они обслуживают людей.

Ищу родителей Ареса, но не вижу их. Мои глаза падают на пожилого мужчину, который сидит в кресле в очень элегантном костюме. Дедушка? Да, это он. Арес показывал мне его фотографии, не говоря уже о тех, что развешаны по всему дому.

Дедушка Идальго держится невероятно уверенно, не знаю, как это объяснить. Как будто мудрость исходит от него волнами. Когда Арес рассказал мне, как он говорил с его отцом и Артемисом, дедушка завоевал все мое уважение.  Огромная часть меня хочет пойти обнять его и отблагодарить, но я знаю, что ему незнакома. Артемис стоит рядом с ним, тоже в костюме. Думаю, я никогда не видела его в повседневной одежде. Определенно, элегантность у этой семьи течет по венам.

Оставляю Ареса болтать с друзьями и направляюсь к Клаудии, которая улыбается, увидев меня.

- Привет, поздравляю.

- Спасибо, год был… Очень интересным.

Она кивает.

- Да, знаю. Но ты смогла, я счастлива за тебя.

- Я тоже. Как ты?

Она пожимает плечами.

- Выживаю, как вижу.

- Я рада видеть тебя. – Хотя мы с ней и не близки, я чувствую приятную связь между нами. Клаудия из тех людей, от которых исходит добрая благородная вибрация.

- Хочешь чего-нибудь? – Она предлагает мне бокал шампанского, и я его принимаю.

- Спасибо. Ладно, не буду мешать.

Я оставляю ее выполнять свою работу, и отхожу от нее, чтобы сесть на диван, который я нахожу в стороне. Наверное, они отодвинули его, чтобы освободить место для людей. Я кручу в руке бокал, отвлеченно рассматривая жидкость внутри него с тысячью мыслей в голове. Диван слегка прогибается, кто-то, молча, садится рядом. Узнаю этот утонченный, дорогой одеколон.

- Чем обязана? – говорю тихо, поворачиваясь.

Артемис улыбается мне.

- Просто любопытно. Кажется, твои мысли не здесь.

- Это так заметно, да?

- Восхищаюсь твоей способностью продолжать праздновать с ним, несмотря на то, что это значит для вас и ваших отношений.

- Это непросто.

- Я и не говорил, что легко. – Он слегка ослабляет галстук. – Поэтому восхищаюсь.

- То же самое сказала моя мама, что-то о том, что это мудро для моего возраста.

- Аресу повезло.

Я поднимаю бровь.

- Неужели это скрытый комплимент?

Он ничего не говорит, делая глоток своего шампанского, поэтому я мучаю его еще немного.

- Артемис Идальго, айсберг, только что сделал мне комплимент. Я сплю?

- Не делай вид, что удивлена. – Его глаза все еще сохраняют выражение печали и меланхолии – Я очень хорошо умею отличать хороших людей от плохих. – Он указывает на меня бокалом. – Ты из хороших, и поэтому я тебя уважаю.

Не знаю, что сказать.

Его глаза падают на Ареса, который громко смеется над тем, что всем рассказывает Грегори.

- Никогда не думал, что он сможет преодолеть то, что с нами произошло, что он так в кого-то поверит и изменится к лучшему. Не только потому, что он смог влюбиться. Арес уже не тот капризный мальчик, который еще год назад не ценил никого и ничего. Почему-то это внушает мне надежду. Наверное, и для меня не все еще потеряно.  – Он одним глотком опустошает свой бокал. – Спасибо, Ракель.

Он дарит мне искреннюю улыбку. Я впервые вижу, как он улыбается. Артемис встает и уходит, оставляя меня без слов.

61

Поездка

РАКЕЛЬ

Беги…

Черт.

Черт.

Лай позади нас.

Адский ад.

Надо было тренироваться.

Почему я в такой плохой форме?

Потому что не занималась, идиотка, сама же сказала.

Вдалеке вижу силуэт Ареса. Марко проносится мимо меня как гребаная вспышка. И снова, я ненавижу фотболистов.

Сердце сейчас выпрыгнет из груди, Дани тоже меня нагоняет.

- Беги, Ракель, беги!

- Я не… - не хватает воздуха. – Форрест Гамп!

Дани улыбается мне.

- Знаю, но я всегда хотела сказать это. Серьезно, беги!

Она быстро удаляется, я показываю ей средний палец.

- А я, по-твоему, чем, черт возьми, занимаюсь?

Сами, Аполо и Джошуа тоже пробегают мимо. О, нет, они тоже.

Официально я последняя.

Я вот-вот поддамся панике, как вижу Ареса, возвращающегося за мной. Он хватает меня за руку и буквально тащит за собой. Собаки громко лают за моей спиной, даже не осмеливаюсь оборачиваться.

Как так вышло, что за нами гонятся четыре пса?

Скажем так, все из-за алкоголя и плохих решений, ударение на плохих решениях.

У меня была блестящая идея продолжить праздновать, когда вечеринка в доме Ареса закончилась. Идея заключалась в том, чтобы нам всем собраться и выпить у меня дома, послушать музыку, но, ясное дело, этого было недостаточно. Дани, которую я называю своей лучшей подругой, в голову пришла прекрасная идея показать нам неизвестный пруд, на который она наткнулась, когда бегала, или что-то вроде того. Так что, естественно, все храбрые, под действием алкоголя, позволили ей отвести нас туда. Но Дани не знала, что пруд скрыт от людей, потому что это,  в общем-то, это не общественный пруд, а частная собственность, часть ранчо, охраняемая собаками.