— С ДОРОГИ! ПАПА! Давайте быстрее, а то опоздаем же…

Из-под пальто у девочки выглядывал кружевной подол платья.

— Да стой ты.

— Уля, подожди ты. Не беги. Успеем.

Девочка, прокатившись по ледяной дорожке, неожиданно остановилась.

— Точно?

— Конечно. Вон школа. А до начала еще минут сорок.

… Отдышавшись, вошли в двери и кое-как протиснувшись сквозь толпу в рекреации, прошли в переполненный класс.

— Давай раздевайся, где твоя парта?

— Ух ты! — раздался сзади восхищенный голос.

— ДАНЬКА!

Алиса вздохнула.

— А орать обязательно?

— Не знаю. А чего?

Данька осторожно потрогал Ульянку за рукав.

— Уля… Ты такая красивая.

Она только горделиво вскинула голову.

— А ТО. Я всегда такая, вот. Ой, Данечка, а ты сейчас кто?

Мальчик поправил шляпу с пером и похлопал по деревянной шпаге на поясе.

— Мушкетер.

— Здорово. А можно я с тобой буду?

— Здравствуйте Валерий Павлович, Маргарита Ивановна… — Азад тем временем поздоровался с родителями Даньки.

— Здравствуйте. — женщина улыбнулась. — Вы что такие… запыхавшиеся?

— Да бежали, опоздать боялись. Ай.

Подойдя к Седому, Ульянка ткнула его кулачком в бок.

— ПАПА! ГДЕ МОЯ КОРОНА? — она нахмурилась. — Как я без нее? Я же принцесса или как?

— Мику, доставай корону из сумки. Зеркальце… Красота ты наша, неописуемая. Туфельки не забудь.

… Обычный детский утренник. Физрук в роли Деда Мороза, елка с картонными игрушками. Снегурочка конечно Ольга… » Елочка, зажгись!», небольшой импровизированный концерт.

А сейчас Уля Советова из пятого Б расскажет нам стихотворение. Ульянка вышла к елке, ненадолго задумалась.

— Ой… А можно песенку спеть? — она что-то зашептала учителю пения, сидевшему на стуле с аккордеономЭлементы оглавления не найдены. Тот кивнул.

— Азад Русинович, а вы что напряглись-то?

— Не знаю. На всякий случай. Петь она будет. Лиска…

Стоящий рядом Костя хлопнул Седого по плечу.

— Это типа импровизация.

Пошла музыка. Ульянка уперла руки в бока и пританцовывая запела.

« Белые, белые в декабре, в декабре,

Елочки, елочки во дворе, во дворе.

Кружится, кружится и поет, и поет

Праздничный, праздничный хоровод, хоровод!

Скользкие, скользкие в декабре, в декабре,

Горочки, горочки во дворе, во дворе

Кружится, кружится и поет, и поет

Праздничный, праздничный хоровод, хоровод!

Звонкие, звонкие в декабре, в декабре,

Песенки, песенки во дворе, во дворе.

Кружится, кружится и поет, и поет

Праздничный, праздничный хоровод, хоровод!»

В зале раздались аплодисменты. Алиса, довольно хмыкнув, пихнула Седого в спину.

— Как сюрприз? Три дня репетировали.

— Я с вами второй раз поседею.

Ульянка подбежала к мужчине.

— Тебе понравилось?

— Конечно.

… Утренник заканчивался.

— Папа, смотри, что у меня. Подарок, вот. А можно мне конфету?

— Уля, оставь до дома, к чаю.

Ульянка сунула бумажный пакет мужчине.

— Ладно. Тогда держи, под твою ответственность, вот. Никому не давай и сам до дома не ешь.

Она повернулась, поправила сбившуюся корону, крикнув уже на бегу.

— ДАНЬКА, ПАШКА! ВЫ ГДЕ!

… Седой поставил лопату, присел к столу. Тридцать первое декабря, однако. Новый Год называется. Интересно, что дома? Его мысли прервал телефонный звонок. Он снял телефонную трубку…

— Костя. Здорово. Как вы там? ЧТО? Как ушла, куда? С Ульянкой? Подожди, какой еще дебош? Совсем там охерели? Ладно. Коню звонил? Дома нет, понятно. И Ольги тоже. Короче, звони быстро в милицию… Подожди, трубку не бросай.

У входной двери внезапно послышался знакомый детский голос.

— АЙ! ПОМОГИТЕ, Я ЖЕ ЕЕ УРОНЮ!

Седой бросился к двери. Там, прислонившись к дверному косяку, стояла Ульянка, с трудом удерживая на себе Алису.

— Взял, держу.

Ввалившись вовнутрь, Ульянка плюхнулась на пол, засыпав его снегом.

— Тяжелая. Толстая и пьяная еще в…

— Подожди. — Азад довел Алису до кровати. — Сидеть. Уля…

Та встала, сняла куртку, вздохнула.

— Уставшая я. — махнула рукой. — Хотя… Первый раз что-ли ее таскать. А чай есть?

Азад взял трубку.

— Костя, слушаешь? Никуда звонить не надо, они у меня. Да, Ульянка дотащила. Хорошо рядом. Короче, ложитесь спать. Завтра дома разберемся. И это… С Новым Годом.

— Уля садись за стол. Там чай и печенье еще. А я сейчас ее уложу. — Седой снял с Алисы куртку, сапоги, стянул с нее джинсы. Положил, укрыл одеялом.

Она приоткрыла глаза.

— Мы где, ты кто еще?

Седой принюхался и, скривившись, шлепнул ее по голове.

— Спи давай. И чтоб я тебя не слышал.

Вернувшись к столу, сел, закурил.

— Что у вас там случилось?

Ульянка прожевала печенюшку и тяжело вздохнула.

— УЖАС. Она чуть елку не уронила и вообще. И меня зачем-то утащила, а на улице вырубилась. Нафиг это. Хорошо хоть милиции не было. Вот.

— Бывает. Знаешь что… Ты согрелась? Не голодная? Тогда раздевайся и ложись спать. Завтра рано вставать придется.

— Ладно. А ты?

— А я работать буду.

Ульянка бочком, осторожно залезла под одеяло, толкнула Алису.

— Спать будем. — и захрапела.

Азад только вздохнул, встал из-за стола, подошел к топкам и взял лопату. Ну что, типа, с Новым Годом тебя…