Все было из камня мягкого цвета, почти того же, что и пляж у Нор Эсен. Других красок не было: ни гобеленов, ни ковров, ни картин.

Двери выстроились на другой стороне холла, каждая вела в комнаты поменьше. Воздух был прохладным, пахло старыми травами и деревом. Тихие голоса звучали в холле, и порой монах появлялся из одной из комнат, неся том или свиток. Они поглядывали на Селену и продолжали работу.

— Сюда, — сказал монах, ведя Селену и Карла в другую часть аббатства. Под лестницей были другие двери. Монах открыл одну из них и пропустил их. — Коген сегодня с отцом Домиником.

Комната была пустой, только деревянный стол стоял в центре и две скамьи по бокам. Двое мужчин сидели по сторонам у окон с видом на сосны.

Селена узнала густые пшеничные волосы Когена. Другой мужчина был старым и худым, его голова была почти лысой, осталось лишь несколько белых прядей. Оба были в бордовых робах и с золотыми цепочками на шеях. Они оглянулись на дверь, и Коген широко улыбнулся при виде Селены.

Невысокий монах поклонился.

— Отец, прошу простить, что мешаем. Леди Марис порадовала нас своим появлением сегодня. Сказала, что хочет увидеть брата Когена.

Коген и отец Доминик встали.

— Леди Марис, — сказал старец. — Приветствую в аббатстве Барис.

Селена прошла по комнате.

— Благодарю, отец Доминик.

Его теплые карие глаза разглядывали ее.

— Да, да, — тихо сказал он. — У вас есть задатки великой леди, вы будете силой для лорда Дамиена в грядущие дни.

Селена моргнула, не успела ничего сказать, отец Доминик обошел скамью.

— Оставайтесь с братом Когеном. Мне нужно в хранилище. Я очень хочу увидеть, кем вы станете, миледи, — он взглянул на другого монаха. — Брат Мэлор, прошу, за мной.

— Да, отец.

Селена смотрела, как два монаха пересекают комнату и уходят за дверь, а потом повернулась к Когену.

— Что отец Доминик имел в виду?

Коген пожал плечами.

— Порой отец Доминик говорит загадками, словно видит больше, чем мы, но не может поделиться полностью тем, что видит.

Селена склонила голову на бок.

— Потому что он настоятель?

— Да. Свет говорит с ним.

Ее глаза загорелись.

— Свет говорит и с тобой?

Коген провел рукой по волосам, растрепав их.

— Отчасти. Но не напрямую, не как с отцом Домиником. И все же добро пожаловать, леди Селена, в наше скромное аббатство. Боюсь, мы не можем ничем угостить, но, если хотите, присаживайтесь, и я принесу чай с кухни.

Селена склонила голову.

— Благодарю, Коген.

Он широко улыбнулся, кивнул и покинул комнату.

Селена подобрала платье, подвинула его и опустилась на скамью. Туман собрался на окнах каплями. Карл тихо кашлянул за ней и встал у стены.

Она нахмурилась, склонившись и подперев подбородок рукой. Что имел в виду отец Доминик? Свет дал ему увидеть ее будущее, как темный священник предупреждал ее мать об угрозе с севера? Что означало: она станет силой для Дамиена? Как такое было возможно, если они даже не говорили с ее признания о даре?

Ее грудь сдавило от последней мысли. Она и без того мало времени проводила с Дамиеном, а теперь он едва говорил с ней. Он не бывал за ужином, и она едва слышала его ночью из-за двери. Хотя она была уверена, что он был занят. Из-за убийства дома Вивек и их побега из Вороньего замка великие дома точно остались в хаосе и как раз подходили для вторжения империи. Дамиен, которого она знала по собранию, скорее всего, старательно работал, чтобы собрать альянс до появления империя.

А она сидела одна день за днем, читала, что могла найти, бродила по замку в поисках дела.

«И я продолжу искать, — она решительно сжала губы. — Ради тех, кого оставила позади. И потому что я хочу знать… кто такой Свет?».

Минуты спустя зашуршала роба, донесся запах чая. Селена оглянулась, Коген нес деревянный поднос с чайником и двумя маленькими чашками. Он опустил поднос на стол, сел напротив Селены, чуть не сбив поднос локтем.

Он покраснел, чуть не слившись с одеянием, убрал ноги под стол, толкнув стол при этом.

— Простите. Я порой не могу совладать со своими длинными ногами.

Селена улыбнулась ему.

— Не нужно извиняться, — Коген отличался от других монахов. Он был высоким и тощим, с растрепанными волосами и юным лицом. Может, потому рядом с ним ей было спокойно даже на пути из Вороньего замка.

Он поднял чайник и налил коричневую жидкость в одну чашку, потом в другую.

— Угощайтесь. Это особая смесь брата Саммуса, — он протянул крохотную чашку, которая легко уместилась бы в его ладонь. Селена взяла чашку пальцами, подула на нее, наслаждаясь теплом в ладонях. — Для нас честь, что вы пришли в наше аббатство, леди Селена. Мы можем чем-нибудь помочь?

Селена провела пальцем по краю чашки.

— Да. У меня есть вопросы. Я мало знаю о Свете. Тэгис говорил немного на днях, и с тех пор я думаю об этом, — она подняла взгляд. — Свет дал всем великим домам дары или только дому Марис?

Коген удивленно моргнул и кашлянул.

— Интересный вопрос от… — он притих.

— От меня, ведь я из дома Рейвенвуд.

— Да, миледи. Насколько я понимаю, ваш дом следует иному пути.

Селена неловко заерзала и ждала.

— Отвечу на ваш вопрос, — продолжил Коген. — да, все великие дома получили дар, чтобы править и поддерживать свой народ.

— От Света?

— Да.

— Почему?

— Когда народы только появились с великими домами, они были маленькими и слабыми, и семи семьям дали способ помочь их народу. Дом Марис защищает людей Северных берегов силой воды. Дом Мерек получил доверие виверн своим даром смелости. Дом Люцерас нападает и защищается оружием света.

— Но ты уверен, что Свет, а не другая высшая сила, дал каждому дому дар?

Коген потер шею.

— Вы про Темную леди?

Селена повернулась к своей чашке.

— Да.

— Кхм, Темная леди на многое способна, — его голос стал увереннее. — Но не раздавать дары.

Интересно. Коген признавал, что Темная леди существовала и обладала силой. Но не такой. Это в чем-то успокаивало.

— Так Свет дал дар и дому Рейвенвуд?

Он помрачнел.

— Да. Но не все уцелело с тех времен, как появились великие дома. Боюсь, и ваш дар в том числе.

Селена сжала губы. Она не могла и не хотела рассказывать Когену, что ее дар еще существовал. Однако…

— Как ты говоришь со Светом?

Он нахмурился.

— Говорю со Светом?

— Да. Ты сказал, что Свет не говорит с тобой напрямую, но все-таки говорит, да?

Румянец покрыл щеки Когена, он снова провел рукой по волосам.

— Да. У нас много священных текстов, переданных от прошлых монахов. Через них Свет и говорит с нами. И порой он говорит напрямую с отцом Домиником.

Как священник и Темная леди. Но порой ее мать могла говорить с Темной леди. И Тэгис сказал, что Дамиен молился Свету.

— Кто угодно может говорить со Светом?

— Библиотека открыта для всех. Но с текстами нужно обращаться осторожно, и читать их можно только в аббатстве, потому что некоторые очень старые.

— Понимаю. А что насчет разговора с ним? Я хочу задать вопрос.

— Ясно. Какой вопрос? Я могу знать ответ. Или отец Доминик.

Селена покачала головой.

— Это личный вопрос.

— О. Кхм, вы могли бы посмотреть наши тексты.

— Но как я пойму, что получила ответ? А если я его пропущу? Или… — она переплела пальцы на столе и склонилась, — вдруг он не ответит? — этого она боялась больше всего: что Свет решит не отвечать такой, как она.

— Он ответит. Но порой его слова тихие, как ветерок, и его свет как первые лучи рассвета. Только тот, кто смотрит, увидит. Вы должны слушать и смотреть, утихомирить сердце. И ответ придет.

Селена глядела на Когена. Неловкий монах произнес мудрые слова.

— Слушать и ждать?

— Да. И изучать. Приходите в аббатство, когда хотите, и читайте в нашей библиотеке. Может, ваш вопрос уже задавали.

Селена кивнула.

— Хорошо, — она встала. — Спасибо, Коген.

— Не за что, леди Селена. Надеюсь, вы найдете то, что ищете.

— И я надеюсь, — она повернулась, Карл вглядывался в нее, а потом отвел взгляд, скрыл эмоции.

Коген повел ее по аббатству к дверям.

— До встречи, леди Селена.

Селена вышла в прохладный туман с Карлом.

— Прощай, Коген. Спасибо, что поговорил со мной сегодня.

Монах склонил голову.

— Мы живем, чтобы служить Свету и дому Марис.

Селена повернулась и пошла по тропе к Нор Эсену и замку Нортвинд. Вопросы снова заполнили ее разум. Кем она была? Почему дому Рейвенвуд достался дар хождения по снам? И кем был Свет?

Коген дал ей способ узнать все это. И она так и поступит.

17

Снег выпал на второй день зимы. Дамиен смотрел, как снежинки собирались на окне, покрывая подоконник белизной. Огонь ярко горел в камине с другой стороны от его стола. Три длинных письма лежали на поверхности, по одному от дома Люцерас, дома Вивек и дома Мерек. Первые два спрашивали, у его стюарда, вернулся ли Дамиен в замок Нортвинд. Ему казалось, что другие дома могли думать, что его убили или покалечили, и его письма, отправленные по прибытию в замок, могли еще не долететь до них. Последнее письмо от леди Брирен дало ему больше всего информации.

Великий лорд Дамиен,

Больше всего я надеюсь, что вы прочтете письмо, будучи в здравии, в отличие от слов леди Рагны, сообщившей, что вы пропали, а лорд Рун и леди Руна мертвы. Я поверила бы ее объяснению, но не после вашего вопроса на балу о загадочных убийствах среди меньших домов и смерти моего отца. Из-за этого я отправляю вам это письмо и прошу скорее ответить.

Все собрание охватил хаос от таких новостей. Леди Рагна говорит, что убийство произошло из-за собрания, что мы спровоцировали империю, и смерти дома Вивек — это предупреждение. Леди Рагна говорила об этом убедительно, и некоторые присутствующие могли даже поверить этим обвинениям.

Но как убийца проник в Вороний замок с такой охраной? И почему империя напала на дом Вивек? Еще и скрытно. Командир Орион действует не так. Он не из тех, кто прячется за обманом. Что-то еще происходит. И вы пропали, скорее всего, потому что поняли, что происходит, а не потому что сбежали или были убиты.