Дамиен сморгнул остатки сна, пробудил разум. Он ощущал себя свежо впервые за долгое время. Спокойствие окутывало его дух, и это отличалось от тяжелых теней вчера. Тьма еще была там, но вернулась подальше на глубине, и он ощущал лишь каплю того холода.

Он снова посмотрел на Селену. Это сделала она? Он вспомнил ворона, следящего за ним во снах. Это была она?

Дамиен осторожно сел, чтобы не побеспокоить ее, и потер свое лицо. Она многое раскрыла о своем даре, но он мог еще больше узнать. Она могла менять облик. И ему казалось, что Селена отогнала кошмары и успокоила его.

Поразительный дар. Что еще она умела?

Он склонился и прошептал:

— Спасибо, Селена.

Она не шевелилась, спала и ровно дышала.

Дамиен повернулся к своему краю кровати и встал, стараясь не пошевелить матрац. Одевшись, он взглянул на Селену еще раз, ощутил, как что-то пошевелилось в сердце. Могло ли пробуждение рядом с ней стать привычным? Что они смогут начинать день вместе, жить вместе, как его родители и их родители?

Она тоже этого хотела?

22

Амара охнула, вернувшись в свое тело. Сердце неслось галопом в груди, угрожая вырваться. Колени онемели от сидения на холодном полу, пока она была в пейзаже сна юного конюха.

Она вдохнула и подняла взгляд. Юноша лежал на матраце в комнатке. Выцветшее одеяло было натянуто до груди, пальцы лежали на краю. Бледный свет луны лился в узкое окно слева. Его лицо…

Амара отвернулась и прижала кулак ко рту. Но она навсегда запомнила его лицо. То, как его стеклянные глаза смотрели в ужасе на потолок, изгиб его рта, раскрытого в беззвучном крике.

Она закрыла глаза. Ее тошнило. Ее могло стошнить тут, рядом с телом юноши. Нельзя. Она вдохнула носом, выдохнула ртом. Вдох. Выдох.

— Хорошо. Очень хорошо, Амара, — сказала ее мать рядом с ней, ее тихий голос звучал в маленькой комнате как шепот. — Ты прошла полный цикл своим даром.

Амара сжала кулаки, отгоняя ужас, смывая его более жаркими эмоциями.

— Спасибо, мама, — сказала она и повернулась и леди Рагне. Но внутри она кипела. Она всегда хотела место Селены как рожденной первой, но не могла представить, к чему это приведет, и что придется убить юношу перед ней. Если бы она была слабее, она убежала бы. Но так Офелиана осталась бы без защиты.

«Селена, ты — трусиха!».

Амара встала на ноги. Гнев позволил ей посмотреть на конюха еще раз. Она сделала то, что нужно было, чтобы уберечь сестру. Она делала то, что сказала ей мать, и она станет наследницей Рейвенвуд. Как великая леди, она защитит сестру с меткой дома Фриер на лодыжке. Никто не узнает. А если узнает… она подняла ладонь и посмотрела на нее, сжала кулак. Она сделает то же, что и с парнем у ее ног.

— Пора уходить. Мы оставим юношу, его найдет кто-нибудь другой. Идем в мою спальню. Нам нужно кое-то обсудить.

Амара повернулась к матери и кивнула. Они тихо покинули комнату у конюшен, пошли к потайной двери в другой части Вороньего замка. Лошадь заржала за деревянным загоном, кот бросился за угол. Дул холодный ветер, и Амара не впервые обрадовалась, что на ней был плотный плащ. Она закрыла краями шею, отгоняя холод. Солнце стало подниматься, окрашивая небо в лиловый и розовый, когда они добрались до дверцы и вошли внутрь.

Амара следовала за матерью по замку к спальне. Лишь несколько слуг не пали, и их было легко обойти. Воздух был прохладным в замке, но не жалил морозом, как снаружи. Как только они добрались до толстых дубовых дверей, ее мать надавила на ручку, впустила Амару первой и закрыла дверь за ними.

Огонь догорал в камине под картиной Рабанны Рейвенвуд, которая свысока смотрела на комнату. Амара хмуро взглянула на своего предка, пересекла комнату и согрела руки возле огня. Ее мать сняла плащ и повесила его в углу возле ширмы, пропала за цветной тканью, чтобы переодеться.

Она гадала, о чем хотела поговорить мама. В прошлый раз она позвала Амару в свою спальню, чтобы сообщить об их тайной связи с империей Доминия, хоть это и не удивляло. Когда незнакомец пришел к ее матери через дни после собрания, он вызвал подозрения у Амары. Дом Рейвенвуд был предателями, но ей было все равно. Пока она могла оставаться в Вороньем замке и стать великой леди дома Рейвенвуд, ее не волновали другие дома или желания империи. У нее были свои планы. Ей нужно было только быть сильной в своем даре, чтобы их выполнить. И она стала сильнее. Может, не такой сильной, как Селена, но достаточно сильной.

Ее мать вышла из-за ширмы, одетая в темное платье. Ее волосы все еще были заплетены в косу, но Агата, ее служанка, скоро прибудет довершить облик матери.

— Для начала, есть вести с севера. Похоже, твоя сестра вышла за лорда Дамиена Мариса.

Амару словно сбросили с башни на камни.

— Замуж? За лорда Дамиена?

— Да. Значит, лорд Дамиен теперь знает о нашем даре.

Амара все еще пыталась осознать, что Селена вышла за лорда Дамиена. Селена… замуж? Как? Почему?

— Я говорю тебе это, потому что это может повлиять на твою миссию.

Она подняла взгляд, мысли все еще путались от новостей матери.

— Как ты знаешь, мы будем помогать командиру Ориону двигать войска через стену у границы между домом Фриер и домом Вивек. Но нам нужно дождаться весны. А пока что для тебя есть миссия. С тех пор, как твоя сестра пропала на землях дома Марис, я приказала следить за границей между нашими землями. Лорд Дамиен продолжает удерживать стену воды, мешая пройти на Северные берега. Но он все равно захочет встретиться с теми домами, что против империи, так что ему придется или покинуть земли, или опустить стену, чтобы другие дома могли войти. Тогда и начнется твоя миссия.

Амара прищурилась.

— И какая же?

Ее мать пересекла комнату и опустила длинные пальцы на спинку кресла у камина.

— Ты закончишь то, что не смогла твоя сестра: убьешь дом Марис. Перед собранием великих домов Темная леди послала мне весть, что угроза нашему дому придет с севера, и если с ней не разобраться, дом Рейвенвуд погибнет.

— И угрозой был дом Марис? Тогда почему ты убрала дом Вивек? — Амара прикусила губу. Она должна была спрашивать без обвинения, но ее мать этого не заметила.

— Я знала лишь, что угроза была с севера. И я забрала дом Вивек, а Селене дала задание с домом Марис. Остальное ты знаешь.

Да. Селена не убила лорда Дамиена, а сбежала и вышла за него замуж.

— Так угроза еще остается?

— Да. Темная леди подтвердила это.

Амара нахмурилась. Почему Темная леди сразу не уточнила, какой дом был угрозой? Но она не стала спрашивать у матери, та была чувствительна в делах, связанных с Темной леди.

— И мне нужно убить лорда Дамиена Мариса.

— Да. Пока стена воды на месте, тебе нужно подготовиться, даже если придется отправиться в столицу Нор Эсен или куда-то еще.

Амара скрестила руки.

— А что насчет Селены?

— А что Селена? — тихо и опасно сказала ее мать.

— Если я пойду за лордом Дамиеном, я точно встречу Селену. Мне убить и ее? — хотя она не знала, как это сделать. Она едва могла поспевать за матерью в пейзаже сна, идти против Селены будет самоубийством. Может, она могла использовать яд или меч. Если Селена не будет ожидать ее появления, не сможет и защититься.

— Ты ничего не сделаешь с Селеной.

Ноздри Амары раздувались, она сжала предплечья.

— Почему? Ты надеешься вернуть предательницу?

Леди Рагна застыла, словно была статуей. Только холодный гнев горел в глазах. Амара дрожала внутри, но она не показывала этого. Если показать матери страх, последуют обвинения.

— Нет, — ответила она, — потому что я хочу разобраться с Селеной сама. Рейвенвуд никогда не убивала другую Рейвенвуд. Но есть другие способы расправиться с ней. Селена предала наш дом. И я разберусь с ней. Не ты, — ее голос звучал решительно.

Амара прищурилась и посмотрела на маму. Это была ее последняя проверка на то, была ли она достойна стать великой леди Рейвенвуд?

— Миссия будет непростой. Лорд Дамиен обладает глубоким и сильным разумом, им сложно управлять. Тебе нужно оттачивать дар каждую ночь до момента, когда придется уходить.

Амара выпрямила руки и спину. Потому Селена не справилась? Лорд Дамиен повлиял на нее своим разумом? Может, мама переоценила силу Селены.

— Гарнизон сообщит, когда стена будет опущена, — продолжила ее мать. — И тогда ты отыщешь лорда Дамиена и завершишь миссию сестры. Сможешь сделать это?

— Да, — хоть раз она была рада, что больше напоминала отца, чем мать. Будет проще скрыть связь с домом Рейвенвуд.

— Хорошо, — ее мать прижала ладонь ко лбу и отвела взгляд.

Амара разглядывала маму в тусклом свете, приподняв бровь. Она видела тревогу на лице матери? Что вызвало тревогу у ее матери?

— Когда снег растает, я отправлюсь в Айронмонд, чтобы подготовиться и встретиться с лордом Ивульфом, — она опустила руку и сжала кулак. — Мы пройдем в новую эпоху, где у дома Рейвенвуд есть власть. А потом другие дома ощутят нашу горечь.

Амара смотрела на мать, но молчала. Ненависть была глубоко в матери, ее было так много, что Амара была уверена, что ненависть текла по ее венам. И она такой станет?

— Теперь иди. Мне нужно отдохнуть.

Амара поклонилась, мысли бушевали в голове.

— Да, мама.

Она мысленно поежилась, покидая спальню и ее мать, следуя по коридору в свою комнату. Если так она сбережет сестру, тогда ладно. Важна была только Офелиана. Она станет темной, если нужно.

23

— Я получил письма из домов Мерек, Люцерас и Вивек.

— Когда? — Селена сидела по другую сторону от стола Дамиена. Снег все еще падал снаружи, буря началась прошлой ночью. Но в кабинете Дамиена было тепло, благодаря толстому пледу на коленях, камину неподалеку и кружке горячего разбавленного сидра.

— Вчера. Нам повезло, что птицы смогли добраться до начала бури.

— Постой, дом Вивек прислал письмо? Кто ответил за них? Они выбрали меньший дом на роль великого дома?

— Нет, — медленно сказал Дамиен и поднял смявшийся пергамент. — Сын лорда Руна, Ренлар. Теперь — великий лорд Ренлар.