Высокий худой мужчина с тонкими седыми волосами подошел к ним с полотенцем в руке.

— Пилигримы?

— Да, — ответил Хари.

— Есть две свободные комнаты по десять кроватей в каждой. Придется делиться. Многие из поселений в холмах стали прибывать, чтобы попрощаться с великим лордом, так что место ограничено.

Амара огляделась. Обе комнаты будут заполнены их группой.

— Сколько за кровать? — спросил один из мужчин.

— Десять медяков.

— У вас раздельные комнаты для мужчин и женщин?

— Нет. Я отношусь ко всем пилигримам одинаково.

Несколько женщин заерзали, все потянулись за кошельками. Амара могла легко разделить комнату с мужчинами — ее почти не будет в кровати. Если кто-то из мужчин забудет о приличии, у нее был кинжал на боку, а другой — в сапоге. И меч.

Глаза хозяина гостиницы блестели, пока пилигримы опускали монеты на его протянутую ладонь. Амара скривила губы, пока ждала в очереди. Хватало взгляда, чтобы понять, что хозяину гостиницы не было дела до пилигримов, он хотел лишь денег.

Как обычно.

Все заплатили, и хозяин повел их наверх, монеты звякали в мешочке на его поясе. На втором этаже было много дверей. В каждой стояло по пять кроватей у стены и окно в конце.

По сравнению с красотой храма, тут условия были обычными. Казалось, разница была намеренной, чтобы напомнить пилигримам, кем они были, по сравнению с храмом. Амаре это все не нравилось.

— Вот пустые комнаты, — мужчина указал на две двери в конце коридора. — Выбирайте кровати. Суп подадут вечером за еще один медяк.

Хозяин гостиницы ушел, пилигримы разошлись по двум комнатам. Амара выбрала кровать ближе к двери, чтобы легко уходить из комнаты на миссию. Женщины заняли почти все кровати в комнате, но она заметила Бревена, занявшего кровать напротив нее.

Он поймал ее взгляд и кашлянул.

— Надеюсь, ты не против. Я привык делить комнату с родными и хотел присмотреть за тобой. Это… — он потер шею щеки потемнели. — Я о том, что даже в Люкс Каста не безопасно, — он нервно рассмеялся. — Надеюсь, ты не против.

Когда в последний раз она встречала порядочного юношу? Лорд Рауль Фриер, хоть и был лордом великого дома, не мог сравниться с простым пилигримом напротив нее.

«Помни, кто ты, и почему ты тут».

Амара покачала головой и опустила сумку на кровать.

— Я не против, — сказала она, не поднимая головы.

У нее было мало времени, чтобы составить план, собрать как можно больше информации, узнав, прибыл ли дом Марис. Ей нельзя было отвлекаться на темные глаза и теплое сердце. Если возникнут вопросы насчет ее походов из гостиницы, она скажет, что молилась. И это место давало ей хороший доступ к замку.

Бревен утомленно вздохнул, а Амара вытащила игрушку из сумки. Маленькая птичка, вырезанная из дерева, выкрашенная в красный. Офелиана подарила ей перед тем, как она ушла.

Она сжала игрушку и закрыла глаза. Что бы ни случилось, что бы ни пришлось сделать, ей нужно было завершить эту миссию и вернуться домой. Ничто не отвлечет ее от достижения цели. Все это она делала ради одной цели.

Ради маленькой сестры.

37

Час спустя Амара смотрела, как толпа собралась у ворот замка Левеллон. Так будет три дня. Три дня замок будет открыт для людей, чтобы те попрощались со своим лордом. Три дня, чтобы она могла изучить замок и стражу, раскрыть, где находится лорд Дамиен, и продумать атаку.

Смерть великого лорда Варина произошла очень вовремя.

Она прислонилась к стене магазина у ворот замка, скрестив руки. Навес магазина давал тень, хоть и небольшую. Преимуществом обрезанных волос было то, что ветерок мог теперь доставать до ее шеи.

Каждые несколько минут на нее поглядывали, замечали ее волосы и отводили взгляды. Уголок ее губ приподнялся. Еще одно преимущество коротких волос. Ей не нужно было объяснять, кто она. Люди считали ее пилигримом, пришедшим в Храм великолепия. Ей не нравилось это признавать, но ее мать была права. Прикрытие было идеальным.

Она разглядывала отсюда замок, как могла, а потом прошла в толпу, когда зазвонил колокол. Служба для дома Люцерас и меньших домов закончилась, и начинались три дня визитов жителей. Она надеялась заметить, какие дома прибыли, чтобы убедиться, что дом Марис был тут. Иначе придется как-то выяснять, но лучше всего было просто их увидеть.

Колокол прозвонил снова, и врата медленно открылись. Толпа хлынула вперед. Амара подумывала, что некоторые хотели посмотреть на замок, а не на лорда. Волнения тут было больше, чем могло вызвать созерцание тела.

Амара прошла во врата с толпой во двор, окруженный ухоженными газонами, цветами и зелеными деревьями. Воздух был напитан ароматами цветов. Слуги и стражи вели людей, но с трудом их контролировали. Вороний замок был наполнен людьми, когда умерла ее бабушка, но не так.

Амара разглядывала все, пока шла у края толпы: деревья, ручей, другие здания вокруг замка, сам замок, отмечая архитектуру, стиль окон, на случай, если придется карабкаться.

У входных дверей толпа сузилась и замедлилась. С одной стороны людей впускали в замок, с другой — выпускали. Стражи стояли у дверей и в коридоре внутри, насколько ей было видно со своего места.

Амара вздохнула и ждала своей очереди войти. Время шло, толпа двигалась. Журчал фонтан, звук был приятным среди гула разговоров людей. Солнце поднялось выше, на миг его закрыло облако.

А потом пришел ее черед.

Амара миновала стражей и попала в большой вестибюль. Все было белым: от стен до пола и формы стражей. Краски были только от окон с витражами сверху с изображениями прошлых лордов и леди дома Люцерас.

Люди шептались и указывали на стекло. Да, она угадала. Отчасти они пришли сюда повидать замок Левеллон.

Путь был коротким по широкому коридору к тронному залу. Толпа добралась до дверей, три стража встали перед людьми и вытянули руки. За ними мужчины и женщины в дорогих темных нарядах покидали комнату.

Амара вытянула шею, чтобы увидеть выходящих, прижалась спиной к стене, чтобы ее не толкали. Между ней и стражами было не меньше двадцати человек, но она все равно видела тех, кто выходил.

Она привстала на носочки, чтобы видеть лучше. Похоже, выходили члены меньших домов.

А потом кое-что привлекло ее взгляд. Женщина с длинными черными волосами, отливающими синевой.

Ее тело напряглось, конечности покалывало.

Селена.

Ее сестра-предательница, которая убежала, оставив Амару разбираться с беспорядком. Пытаться выполнить требования матери. Защитить их сестренку, Офелиану.

Гнев, зависть и ненависть извивались змеями в ее животе, пока она смотрела, как сестра выходит из тронного зала. Амара сжала кулаки, грудь сдавило так, что она не могла дышать. Она едва могла смотреть на сестру, красная пелена застилала глаза.

«Нет. Я не сорвусь».

Она глубоко вдохнула, распрямила пальцы по одному. И заметила мужчину, идущего рядом с Селеной. Они повернули и пошли в другую сторону от толпы. Темные волосы, чуть выше Селены, одетый в синие цвета дома Марис.

Ее мишень: лорд Дамиен.

Она смотрела на него, стиснув зубы. Он был тут. Тот, кто укрепит ее положение в глазах матери и в доме Рейвенвуд. Нужно было лишь продумать за эти два дня нападение.

Лорд Дамиен и Селена пропали. Амара опустилась, разум вернулся в настоящее. Мужчина врезался в нее.

— Простите, — буркнул он.

Амара не взглянула на него. Она уже составляла мысленно список всего, что ей нужно было узнать для первой миссии: где оставался лорд Дамиен, кто еще был с ним, как лучше попасть в его комнату, его привычки, когда он приходил в замок и покидал его, как действовали стражи в замке. Она была рада, что мать нарисовала ей небольшую карту по памяти, хоть это ей не нужно было изучать.

У Амары было мало времени, но с ее навыками и ресурсами она ощущала уверенность. И, когда настанет нужный момент, она ударит.

38

Следующее утро было светлым. Селена смотрела, как лучи солнца двигаются по каменному полу, падая из больших окон в стороне от кровати.

Дамиен пошевелился рядом с ней. Через мгновения он поцеловал ее макушку.

— Я буду поддерживать сегодня семью Люцерас, чем смогу, — сказал он. — Ты хочешь пойти со мной?

Селена напряглась.

— Я не знаю, как могу помочь. Они меня почти не знают. Может, тебе лучше пойти одному, раз ты знал их с детства.

«И я не знаю, что говорить или делать».

— Понимаю, — он сел, потянул за собой одеяла и впустил холодный воздух.

Селена поежилась, подумывала укутаться в одеяла и остаться в кровати. Еще одна ночь без снов принесла усталость. Но если Дамиен мог встать и помочь остальным, то она могла хотя бы встать.

Когда она оделась, воздух стал теплее. Дамиен надел жилетку поверх черной туники, закрыл деревянный сундук и посмотрел на нее. Темная туника сочеталась с его волосами, глаза казались ярче в свете утра. Сердце Селены трепетало. Она не могла устать от этих глаз.

Он подошел к ней и протянул руку.

— Я подумал, что мы можем позавтракать вместе в гостиной, а потом я пойду.

Селена потянула за прядь волос.

— Я еще не расчесала волосы.

— Позволь мне.

Она склонила голову.

— Тебе?

Он улыбнулся.

— Да.

Она не успела ответить, а он пересек спальню, взял гребень, который она оставила ночью на столе, и снова подошел к ней.

Селена моргнула и развернулась. Она решила не брать Эссу сюда, не было смысла звать девушку в долгое путешествие, когда она могла позаботиться о себе. Дамиен мог ей помочь?

Он расчесал длинные черные пряди, а потом убрал все ее волосы за спину и стал заплетать.

— Когда моя мама болела, я каждое утро заплетал ей волосы.

— Почему этого не делали служанки?

— Многие слуги, включая ее служанку Брету, слегли от чумы. Редкие были здоровыми и могли работать. Я мог хоть так помочь матери. Заплетая волосы каждое утро.

Ком появился в горле Селены. Какой была мама Дамиена, раз вызывала такую заботу от сына? Она жалела, что не могла познакомиться с его семьей.