Глава 36

Кайли непроизвольно расплылась в улыбке в ответ на одобрительный свист и крики, которыми было встречено её появление на сцене, хотя она чувствовала бы себя куда комфортнее в своих сапогах, чем на этих грёбаных шпильках. А если бы она взглянула налево и увидела всех этих людей, то её сердце растаяло бы от радости.

Она стояла в ярком свете прожекторов, качая головой, в то время как весь бар фальшиво и пьяно пел «С днём рожденья». Тоня и новая официантка, которую Кайли не знала, выкатили тележку с роскошным и огромным ярко-розовым праздничным тортом в форме гитары. Именинница не могла сдержать улыбки, задувая свечи, но непрошеное желание, возникшее в сознании, едва не заставило её нахмуриться.

Когда песня подошла к концу, Клайв положил большую руку ей на плечо.

— Раз уж мы для тебя пели, то надеемся, что и ты споёшь для нас, — проговорил он, подмигнув публике.

Кайли уставилась на Клайва, потому что если бы она посмотрела на толпу, то увидела бы там только одного человека. Точнее, двух.

— Клайв Ходжез, дамы и господа. Он заставит вас работать в ваш день рождения, даже если вы больше на него не работаете, — сказала она в микрофон.

Бар разразился смехом. И тогда Кайли увидела его, потому что он единственный не смеялся. А выглядел так, будто ему было больно. Что ж, значит, их таких двое.

Кайли тихо пообщалась с музыкантами и повернулась к слушателям, принимая гитару, протянутую ей Энди, участником группы.

— Обычно я исполняю каверы, потому что до сих пор не заключила контракт и не записала собственный альбом, но это место для меня особенное. Поэтому сейчас вы услышите песню, сочинённую мной под воздействием кофе и отсутствия сна, так что, если она покажется вам бессмысленной, можете смело запостить в «Твиттере», что я сошла с ума. — Снова взрыв смеха. — В ней я обнажаю свою душу. Так что смейтесь, — продолжила она, подмигнув толпе. — Песня называется «Город разбитых сердец». И, надеюсь, она вам понравится.

Кайли взяла несколько аккордов, и Энди подхватил их вслед за ней. Боже. Она ненормальная, раз собирается спеть песню о Трейсе. Всем сразу станет всё понятно. Слава богу, она хотя бы исполнит быструю версию. Но медленные партии в начале и в конце будут как кинжалы, срезающие с неё кожу.

Мне говорят: ты отпусти его.

Легче сказать, чем сделать оттого,

Что образ твой преследует меня,

Покоя нет ни дня.

И хоть я знаю — это ни к чему,

Жизнь моя стала песней, потому

Пою я эту песню много раз,

И вам спою сейчас.

Когда вступили ударные, и ритм песни значительно ускорился, Кайли расслабилась и запела во всю мощь лёгких.

Хотела б собрать вещи и уйти,

Но пустота маячит впереди,

Нет выхода, похоже, у меня,

Покоя нет ни дня.

А обещаниям здесь веры нет,

В душе они больной оставят след,

Кружу по улочкам я, боль храня,

Покоя нет ни дня.

Интуиция предупреждала её не смотреть на него. Но глаза не слушались.

И выплаканы слёзы все давно,

А жить ведь надо как‐то всё равно,

Воспоминания остались мне,

Пепел ночи в огне.

Воспоминанья приходят вновь

Туда, где была любовь.

Она пережила следующие куплеты только потому, что так глубоко погрузилась в песню, что почти забыла, где находится. И где находится он. Пока после следующего куплета не стихла музыка, и последние строфы Кайли медленно пропела а-капелла:

Мне говорят: ты отпусти его,

Легче сказать, чем сделать оттого,

Что образ твой преследует меня,

Покоя нет ни дня.

Лишь тишина и шум крови в ушах заполнял зал после окончания песни. Трейс удерживал в плену её взгляд, и она не могла освободиться от этого захвата. Даже когда толпа неистово закричала и завопила, как взбесившееся животное, а на её лице появилась неуверенная улыбка, она оставалась в ловушке пламенного взгляда из-под растрёпанных тёмных волос.

— Спасибо, — тихо поблагодарила Кайли в микрофон.

Её руки дрожали, а ноги онемели. У неё закружилась голова из-за напряжения от исполнения песни и того, как Трейс смотрел на неё с непонятным выражением на лице.

— Ещё! Ещё! — начал скандировать какой-то придурок на задних рядах.

За секунду крик был подхвачен публикой, и вот уже весь зал, кроме двух человек в середине бара, стоя вызывал её на бис.

Одна песня непрестанно вертелась в её голове, с тех пор как она увидела Трейса с Миа, но если она её споёт, то станет абсолютно очевидно, что она ревнует. Так что Кайли не собиралась петь её. Но тут Миа наклонилась, обняв плечи Трейса и прошептав что-то ему на ухо. А он улыбнулся. Такая улыбка подошла бы дьяволу. Так что у неё не осталось выбора. Потому что либо так, либо она разукрасит идеальное личико недавней победительницы телешоу «Американский идол».

— Хорошо, хорошо, — засмеялась она в микрофон. — Ещё одна песня, потому что я так вас люблю. Но затем я возвращаюсь к друзьям. — После того как стихли аплодисменты и свист, она продолжила: — Один парень как-то сказал мне, что я нехорошая девочка, так вот, хочу, чтоб вы знали — он прав.

Кайли наклонилась, чтобы назвать Энди песню, и он, улыбнувшись и покачав головой, начал играть. Как только она затянула «Хорошая девочка» Кэрри Андервуд, то увидела удивление и, возможно, даже боль на лице Трейса. Нет, ей точно не выдержать на сцене до конца.

Именинница вытащила микрофон из стойки и пропела слова, адресованные Миа Монтгомери, прогуливаясь по бару. Она даже запрыгнула на барную стойку из красного дерева и оставила целомудренный поцелуй на щеке сексуального бармена Дерека. Или Девона. Впрочем, неважно.

По окончании песни её окружили фанаты, и у неё не было возможности посмотреть на Трейса и его спутницу. А когда Кайли вернулась за столик, их уже не было.

— Отныне я официально твоя фанатка, — улыбнулась Кармен. — Чёрт, Кайли. Я знала, что ты умеешь петь, но не думаю, что хоть кто-то в Прайде догадывается, что в тебе столько таланта.

— А я это знала, — воскликнула Лулу.

— Спасибо, — тихо сказала Кайли.

Рей и Клэр Энн нигде не было видно. Её сердце и желудок сжались, словно пытались поменяться местами.

— Как думаешь, сёстры Трейса злятся на меня? — спросила она, схватив бутылку с водой.

— Бог его знает, — ответила Кармен.

— Сомневаюсь, — отозвалась Лулу. — Трейс поднялся, когда ты поцеловала сногсшибательного бармена, и девчонки пошли следом за курицей, которую он притащил с собой. Сказали, что хотят попрощаться.

— А…

— Хочешь уйти? Раздобыть ещё чего-нибудь такого же вредного вдобавок к ведёрку мятного мороженого с шоколадной крошкой перед тем, как мы отправимся в аэропорт?

Чёртова Лулу читала её как открытую книгу.

— Да, с удовольствием, — честно ответила Кайли. — Интересно, он когда-нибудь перестанет так на меня влиять? — спросила она так тихо, чтобы Кармен не услышала.

— Не знаю. — Подруга слегка ей улыбнулась. — Но, кажется, ты тоже сильно на него влияешь, если тебе от этого станет легче.

Кайли пожала плечами. Легче от этого не было.

Взяв картошку фри с сыром навынос, она пожелала спокойной ночи Клайву и Тоне и с двумя подругами вышла из бара. Кайли глубоко вдохнула свежий воздух, проходя через дверь.

И столкнулась с Трейсом, его сёстрами и Миа Монтгомери.

— Ой! — Рот Кайли раскрылся от удивления, когда она врезалась в Трейса. Горячая картошка разлетелась между ними.

— Осторожнее, — сказал Трейс, кладя руки ей на плечи и поддерживая её.

— Ага, и без тебя справлюсь, — отрезала она, выскользнув из его рук.

И почему она вдруг так разозлилась?

Тёмно-карие глаза расширились, но он ничего не сказал в ответ.

— Мы возвращаемся к Кайли, — вмешалась Лулу. — Вы с нами? — спросила она у Рей и Клэр Энн.

— Э-э… сегодня мы ночуем у Трейса, — ответила Рей. — Но спасибо за приглашение.

— Не за что, — сказала Кайли и обняла её, так и не стряхнув с себя картошку. — Спасибо, что приехала, — прошептала она перед тем, как отстраниться. — И тебе спасибо, Клэр Энн, — кивнула она старшей сестре.

— Было весело, спасибо, — поблагодарила в ответ Клэр Энн.

— Готова? — спросила Лулу как раз в тот момент, когда Трейс пригвоздил Кайли очередным пристальным взглядом.

— Э-э, да, — ответила она.

Если её глупое сердце будет так колотиться всякий раз, когда он рядом, то ей стоит избегать его всеми возможными способами, чтобы её не хватил удар. Кармен и Лулу обступили её с обеих сторон. Так же, как Клэр Энн и Рей обступили Трейса. «Вот и понятно, кто на чьей стороне», — грустно подумала Кайли.

— С днём рождения, Кайли Лу, — тихо произнёс Трейс, когда она уже собралась уходить.

Кайли увидела смущённую Миа, стоящую за его спиной. Зачем Трейс её притащил? Этим он только всё испортил. Кайли закусила губу, чтобы сдержать дрожь и не выдать охватившую её боль.

— Спасибо.

И прежде чем кто-нибудь из них успел ещё что-то сказать, у Кайли зазвонил телефон. Заиграла песня Трейса «Когда ты позвонишь». Ей хотелось провалиться сквозь землю.

Звонил Чаз.

— Э-э, мне нужно ответить, — сказала она, обращаясь ко всем вокруг.

Трейс кивнул сёстрам и Миа, и они ушли.