— Ты должна. Если ты останешься, подвергнешь его опасности.

— Нет, если я буду скрываться. Пирс найдет мне безопасное место, чтобы спрятаться, и Гаррет сможет меня навещать.

— Здесь нигде нет безопасного места, где можно тебя спрятать, только не в Штатах. Если ты останешься здесь, они тебя найдут. А когда это произойдет, они накажут тебя, причинив боль Гаррету или Пирсу.

Я содрогаюсь от этой мысли.

— Зачем? Зачем им это делать?

— Наказать тебя за то, что ты разрушила их план.

— Но все это не имеет никакого смысла.

— Организация потратила годы на планирование этой авиакатастрофы, и они были бы в ярости, если бы узнали, что все их замыслы провалились. Особенно разъярились бы члены комитета по планированию, и один из них мог бы пожелать отыграться на Пирсе или Гаррете. — Джек смотрит в сторону, потирая подбородок. — Если что-то пойдет не так в его попытке тебя вернуть…

— Что? —  спрашиваю я, уставившись на него в ужасе. — Что тогда, Джек? Что они будут делать?

Он смотрит на меня.

— Они могут решить наказать вас обоих.

— Как? Как они нас накажут?

—Забрав Гаррета. Его потеря сломает тебя и Пирса куда эффективнее, чем угроза смерти.

— В смысле они заберут его? — Я дрожу, из моих глаз льется все больше слез.

— Рэйчел. — Его тон мягкий, но все еще очень серьезный. — Это только одна из многих возможностей. Я не утверждаю, что так и случится, но, когда люди жаждут мести, они готовы на все. Эти люди...  они безжалостные ублюдки.

— Просто скажи мне, — вздыхаю я. — Скажи мне, что ты имел в виду, когда сказал, что его заберут.

Он медленно кивает.

— Я имел в виду, что они могут… убить его.

— Нет! — Я зажмуриваюсь, мотая головой, как тряпичная кукла.

— Если они захотят отомстить тебе и Пирсу…

— Что не так с этими людьми? — кричу я. — Они действительно так делают? Убьют невинного маленького мальчика?

— Они пытались убить тебя, так что, они способны на все.

— Но если они хотят, чтобы Гаррет был членом организации, зачем им…

— Я не говорил, что сама организация это сделает. Я лишь сказал, что кто-то из комитета по планированию сможет. Кто-то, кто разозлится за потраченное зря время на то, что не сработало. Может быть, этого не произойдет, но это определенно возможно. И даже если мне больно рассказывать тебе об этом, ты должна знать, на что они способны.

Я киваю и ожесточенно вытираю лицо.

— Вот почему ты не можешь туда вернуться, это слишком опасно. Для тебя, а также для Пирса и Гаррета. Тебе нужно уехать отсюда и позволить Пирсу тебя вернуть.

— Что если он не сможет?

— Сможет, просто дай ему время.

Я сглатываю боль в горле и вздыхаю так глубоко, насколько могу.

— Так куда мне ехать?

— Зависит от тебя, я только хотел бы, чтобы как можно дальше отсюда. Маленький городок, на который они никогда и не подумают.

— Я знаю, куда поеду. — Говорю ему название и местоположение, и Джек обещает, что скажет Пирсу.

— Нам нужно поторопиться. — Он встает из-за стола. — Мы отстаем от графика, так что я дам тебе десять минут, чтобы просмотреть папку. После этого ты должна переодеться. Я принесу тебе новую одежду, новый парик и очки. Тебе нужно будет состричь волосы как можно короче, чтобы они не были видны под париком.

Мое зрение затуманивается от слез, и я чувствую головокружение. Закрыв глаза, пытаюсь прийти в себя.

Джек касается моего плеча.  

— Ты в порядке?

— Да.

— Рэйчел, тебе нужно быть сильной, иначе ты не справишься. Тебе нужно стать кем-то новым и жить своей жизнью, как будто ничего не произошло. Если ты будешь нервничать или беспокоиться, люди начнут подозревать, что с тобой что-то не так, и, если это произойдет, ты рискуешь быть обнаруженной.

— Да, я понимаю.

Он выходит из комнаты, оставляя меня одну. Я открываю папку, внутри несколько листов с изложением, кто я. Что мне нравится, что не нравится, где я выросла, каким видом спорта занималась, в какой школе училась. Все расписано очень подробно, и я не уверена, что смогу все запомнить. Взяв свой новый паспорт, заглядываю внутрь, на фото. Лицо мое, но цвет и длина волос совсем другие, я сама на себя не похожа.

Мое новое имя довольно распространенное. Уверена, Джек выбрал его специально, если кто-нибудь попытается что-то узнать обо мне, ничего не выйдет, в мире тысячи людей с таким именем. Наверное, даже больше.

Прочитав содержимое папки, я оттолкнула ее от себя и всхлипнула, скорбя о потере сына и мужа, и моей прежней жизни. Я представляю боль, которую Гаррет и Пирс сейчас испытывают, думая, что я умерла, и мои рыдания становятся еще горше.

Когда Джек возвращается со сменной одеждой, то подходит ко мне и поднимает со стула.

— Извини, Рэйчел, мне очень жаль, что до такого дошло. Пирс придет за тобой, клянусь, он найдет тебя. Просто будь сильной и никогда не теряй надежду.

Я медленно киваю, затем выпрямляю спину и вытираю слезы. Джек оставляет меня, и я переодеваюсь в черные брюки, белую рубашку и серый кардиган. Одежда и ее цвет заставят меня слиться с толпой, а не выделяться из нее.

Собираю волосы в хвост, беру ножницы, оставленные Джеком, и чуть замешкавшись, все же обрезаю свои длинные каштановые волосы, они падают на пол. Теперь они длиной до подбородка, самая короткая стрижка, какая у меня, когда-либо была. Подравняв их еще немного, надеваю новый парик. Он светло-каштановый, намного светлее моих собственных волос, длиной до плеч, и с челкой. Я надеваю очки в черепаховой оправе и смотрю на свое отражение в зеркале, принесенной Джеком вместе с ножницами.

Делаю глубокий вдох, когда не узнаю свое отражение. Я выгляжу совершенно иначе, но ненадолго. До тех пор, пока Пирс не найдет меня. Он придумает способ вернуть и обезопасить меня, и я знаю, что он это сделает. А до тех пор я буду кем-то другим.

Я больше не Рэйчел Кенсингтон.

Я Джилл Смит из Мериленда.

И сегодня первый день моей новой жизни.