Я делаю больше глотков, делаю больше вращений, делаю больше глотков и так далее, пока мое маленькое устройство не вращается идеально вокруг отмеченной центральной точки.

Это означает, что масса воды равна массе шара.

Я вытаскиваю сиппи. Я знаю плотность воды—это 1 килограмм на литр. Поэтому все, что мне нужно знать, - это объем этой воды, чтобы узнать ее массу и, следовательно, массу металлического шара.

Я достаю из аптечки большой пластиковый шприц. Он может вытянуть максимум 100 куб. см объема.

Я прикрепляю шприц к сиппи и откручиваю соломинку. Я вытягиваю 100 куб. см воды, затем впрыскиваю ее в свой “ящик для сточных вод”. Я повторяю это еще несколько раз. Последний шприц заполнен только на четверть, когда я опорожняю пакет.

Результат: 325 куб. см воды, которая весит 325 граммов! Таким образом, мяч Рокки также весит 325 граммов.

Я возвращаюсь в туннель, чтобы рассказать Рокки о том, какой я умный.

Он грозит мне кулаком, когда я вхожу. - Ты ушел! Плохо!”

- Я измерил массу! Я провел очень умный эксперимент.”

Он поднимает нитку с бусинами. “Двадцать шесть.”

Нитка из бисера точно такая же, как те, что он прислал мне, когда мы говорили о нашей атмосфере—

“О,” говорю я. Это атом. Вот как он говорит об атомах. Я считаю бусины. Всего их двадцать шесть.

Он говорит об элементе 26—одном из самых распространенных элементов на Земле. “Железо,” говорю я. Я указываю на ожерелье. “Железо.”

Он указывает на ожерелье и говорит:“♫♩♪♫♫.” Я записываю это слово в свой словарь.

“Железо,” снова говорит он, указывая на ожерелье.

“Железо.”

Он указывает на мяч в моей руке. “Железо.”

Требуется секунда, чтобы осознать это. Потом хлопаю себя по лбу.

- Ты плохой.”

Это был забавный эксперимент, но пустая трата времени. Рокки давал мне всю необходимую информацию. Или, по крайней мере, пытается. Я знаю, насколько плотное железо, и я знаю, как рассчитать объем сферы. Добраться оттуда до мессы-это всего лишь небольшая арифметика.

Я достаю пару штангенциркулей из набора инструментов, который держу в туннеле, и измеряю диаметр сферы. Это 4,3 сантиметра. Из этого я вычисляю объем, умножаю на плотность железа и получаю гораздо более точную и точную массу 328,25 грамма.

“Я ошибся всего на один процент,” ворчу я.

“Ты разговариваешь с собой, вопрос?”

“Да! Я разговариваю со мной

”. “Люди необычны.”

“Да, - говорю я.

Рокки вытягивает ноги. - Сейчас я сплю.”

“Ух ты,” говорю я. Это первый раз, когда ему пришлось спать с тех пор, как мы встретились. Хорошо. Это даст мне некоторое время для некоторых лабораторных работ. Но сколько времени?

- Как долго спят эридианцы?”

“Я не знаю.”

- Ты не знаешь? Ты эридианка. Как ты можешь не знать, как долго спят эридианцы?”

- Эридиане не знают, как долго длится сон. Может быть, на короткое время. Может быть, надолго.”

Они спят непредсказуемое количество времени. Я думаю, что нет правила, говорящего, что сон должен развиваться как регулярная модель. Знает ли он, по крайней мере, в каком диапазоне это может быть?

“Есть ли минимальное время? Максимальное время?”

“Минимум-12 265 секунд. Максимум-42 928 секунд.”

Я часто получаю от Рокки странно конкретные цифры по вещам, которые должны быть приблизительными оценками. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять это, но в конце концов я это сделал. На самом деле он придумывает грубые, круглые цифры. Но они в его подразделениях и на шестой базе. На самом деле ему легче преобразовать эти значения в базовые десять земных секунд, чем думать непосредственно в земных секундах.

Если бы я перевел эти значения обратно в эридианские секунды и посмотрел на цифры в базе шесть, держу пари, что это было бы какое-то круглое число. Но я слишком ленив. Зачем отменять преобразование данных, которые он уже преобразовал? Я никогда не видел, чтобы он ошибался в арифметике.

Тем временем мне приходится дважды делить на 60 на калькуляторе, чтобы перевести единицы измерения одной моей планеты в единицы измерения другой моей планеты. Он будет спать минимум три с половиной часа и максимум почти двенадцать часов.

“Я понимаю,” говорю я. Я возвращаюсь к шлюзу.

“Вы наблюдаете, вопрос?” - спрашивает Рокки.

Он смотрел, как я сплю, так что будет только справедливо, если он позволит мне присмотреть за ним. Я уверен, что земные ученые будут прыгать повсюду, чтобы узнать что-нибудь о том, как выглядит эридианский сон. Но у меня наконец-то есть время провести глубокий анализ ксенонита, и я просто умираю от желания узнать, как ксенон связывается с другими элементами. Если, конечно, я смогу заставить какое-либо из моих лабораторных приборов работать в невесомости.

- В этом нет необходимости.”

“Вы наблюдаете, вопрос?” - снова спрашивает он.

"Нет.”

- Понаблюдайте.”

- Хочешь, я понаблюдаю, как ты спишь?”

"да. Хочу, хочу, хочу.”

По негласному соглашению утроенное слово означает крайнее подчеркивание.

"почему?”

- Я сплю лучше, если ты понаблюдаешь.”

"почему?”

Он машет несколькими руками, пытаясь найти способ выразить это. ” Эридианцы делают это".

Эридианцы смотрят, как спят друг с другом. Это вещь. Мне следовало бы быть более чувствительной к культуре, но он бросал тень, когда я разговаривала сама с собой. “Эридианцы необычны.”

- Понаблюдайте. Я сплю лучше.”

Я не хочу смотреть, как паук размером с собаку не двигается в течение нескольких часов. Там ведь есть команда, верно? Пусть это сделает один из них. Я указываю на его корабль. - Пусть какой-нибудь другой эридианец понаблюдает за тобой.

”

- А почему бы и нет?”

- Я здесь всего лишь эридианка.”

У меня отвисает челюсть. - Ты единственный человек на этом огромном корабле?!”

Он на мгновение замолкает, потом говорит:, “♫♩♪♫♩♪♫♫♪♩♪♫♫♪♫♪♩♫♪♩♪♫♩♪♫♩♪♫♩♪♫♩♪♫♩♪♫.”

Полная чушь. Вышло ли из строя мое объединенное программное обеспечение для перевода? Я проверяю его. Нет, все работает нормально. Я изучаю сигналы. Они кажутся похожими на те, что я видел раньше. Но они ниже. Если подумать, то вся эта фраза казалась более низкой по тону, чем все, что Рокки когда-либо говорил раньше. Я выбираю весь сегмент в истории записи программного обеспечения и увеличиваю его на октаву. Октава-это универсальная вещь, не специфичная для людей. Это означает удвоение частоты каждой ноты.

Компьютер немедленно переводит результат. - Первоначальная команда состояла из двадцати трех человек. Теперь есть только я.”

Эта октавная капля…Я думаю, это эмоции.

- Они...они умерли?”

"да.”

Я протираю глаза. Вау. Экипаж "Блип-А" состоял из двадцати трех человек. Рокки-единственный выживший, и он, по понятным причинам, расстроен этим.

“Wh...er…” Я заикаюсь. “Плохо

". “Плохо, плохо, плохо.”

Я вздыхаю. - Моя первоначальная команда состояла из трех человек. Теперь это только я. - Я положила руку на перегородку.

Рокки кладет коготь на разделитель напротив моей руки. “Плохо

, плохо, плохо, - говорю я.

Мы остаемся так на мгновение. - Я посмотрю, как ты спишь.”

"хорошо. Я сплю,” говорит он.

Его руки расслабляются, и он выглядит для всего мира как дохлый жук. Он свободно парит на своей стороне туннеля, больше не держась ни за какие опорные прутья.

- Ну, ты больше не один, приятель, - говорю я. - Ни один из нас.”