— Не сейчас, 'Дори...

— Я слышал, что он угрожал нескольким людям Джасека, — перебил он, настаивая. — И среди прочего Сурли, когда вы были в Лэнгли. То есть, я могу предположить, что вы двое заключили соглашение? Или он просто ведёт себя так, будто оно есть?

— 'Дор...

— Элисон, этот план — бл*дское самоубийство, — сказал Балидор с нескрываемой злостью. — Все здесь считают, что ты выжила из своего проклятого ума. Нам пришлось исключить Джона из этого совещания, потому что он прямым текстом признался, что не сможет рассудительно говорить с тобой об этом. В данный момент я уже не уверен, то ли он беспокоится о тебе, то ли охереть как зол на тебя, Элли.

Когда я не заговорила, голос Балидора сделался холоднее.

— Он считает, что мы должны увезти тебя сюда, — добавил он. — ...Силой, если придётся. Он также думает, что Даледжем бл*дский шпион. И не он один так считает, Элли.

Я прикусила губу, не отвечая.

Я гадала, почему Джон не присутствует, но слышать от Балидора причину вовсе не помогало, и не только потому, что я отчасти догадывалась.

— Это было бы самоубийством даже без осложнений в виде Джема и тебя, — продолжал Балидор таким же сердитым тоном. — Если ты думаешь, что Ревик не почувствовал эту ситуацию между вами двоими, ты знатно себя обманываешь, Элисон. Он убьёт Джема на месте, а то и убьёт вас обоих... или как минимум уложит на больничную койку, бл*дь. Это при условии, что Менлим попросту не спровоцирует его убить тебя. Ты забыла про Дубай? Когда у него не было ни единой причины захотеть навредить тебе?

Я покачала головой, но по-прежнему молчала. Мой взгляд метнулся к Джему, после чего я укрепила щит вокруг своего света.

Когда Балидор не продолжил, я вздохнула, мягко прищёлкнув.

— Дело не в этом, Балидор, — сказала я, переключаясь на субвокалку. — Мне надо добраться туда наперёд Дракона, иначе Ревик — труп. Это всё, что мне важно на данный момент. Если я этого не сделаю, то уже неважно, что он подумает обо мне и Джеме... потому что я умру. И он тоже. И Лили.

— Это при условии, что Менлим ещё не нашёл способ разрушить связь между вами, — отрывисто парировал Балидор. — ...и при условии, что Дракон направляется туда не для союза с твоим мужем, а для его убийства.

Я покачала головой.

Не знаю, откуда мне это известно, но я знала, что это не так.

— Откуда ты можешь это знать, Элисон? — сказал Балидор, ощутив нить моих мыслей. — Я знаю, ты полагаешься на эти свои «чувства», но в данном случае, мне кажется, ты слишком далеко заходишь с этим Мостом, нет...?

— Может быть, — пробормотала я через субвокалку.

Мои ладони сжали подлокотники, когда самолёт тронулся с места. Двигатели издали более пронзительный шум, когда мы начали выезжать на армейскую взлётно-посадочную полосу.

— 'Дори, — сказала я. — Откуда, чёрт возьми, я знаю что-либо? Откуда знает моя мать? И зачем мне переставать верить этому сейчас, когда это как никогда важно?

Видящий из Адипана притих, но я чувствовала его раздражение.

— Слушай, — сказала я. — Балидор. Я не стану держаться подальше от Ревика из-за Джема. Не стану. Так что вам всем надо просто... не знаю. Смириться с этим.

Врег издал звук, полный неверия — первое, что я услышала от него с тех пор, как Балидор поднял эту тему.

Я проигнорировала это и продолжила, словно ничего не слышала.

— Я знаю, что мне надо добраться до Ревика до того, как это сделает Дракон. Не знаю, зачем. Я не планирую тратить время на отстаивание этого, когда я чувствую, что жизнь Ревика в опасности. Честно говоря, я даже не знаю, чего именно хочет Дракон, но я знаю, что все мы как-то связаны с ним...

— Ты имеешь в виду тебя и Ревика? — уточнил Балидор.

— Меня, Ревика... Фиграна, — я вздохнула. — Вероятно, Касс. Может, Стэнли, мою мать и других посредников тоже.

Я ощутила импульс несогласия от Балидора. Я почти видела, как он показывает отрицательный жест, хотя визуальная картинка была отключена.

— Нет. Всё выглядит вовсе не так, — сказал он. — Твоя мать даже не знала о существовании этого Дракона, пока ты его не нашла. Она ничего не чувствует от него, Элисон. Ничего. Она говорит нам, что видит чёрную дыру на месте его света, иногда получает картинки, звуки, но не видения. Она думает, что это скорее изображение его света и разума в реальном времени.

Вздохнув, он заговорил резче.

— Её муж... твой отец... запретил нам спрашивать её об этом, — добавил Балидор. — Он сказал, что она не признается в этом мне, но она теряет сознание, когда ищет его. Она начинает бормотать какую-то бессмыслицу о звёздах. «Тьма, которая есть свет» и что-то про место, откуда зарождается весь свет. Так что что бы ты ни знала о Драконе, по твоему мнению, ты тут сама по себе, Элисон. Твоя мать не может предоставить никаких сведений.

Я кивнула.

— Ладно. Так как это отличается от её обычных видений? — спросила я. — Почему Уйе запретил вам спрашивать её об этом?

— Потому что он боится, что она может не очнуться от этого состояния, — сказал Врег, впервые заговорив. Его голос звучал хрипло. — Обычно её видения болезненны, Высокочтимый Мост. Иногда они даже травматичны. Они могут навредить ей физически. Но обычно они не вытягивают её так далеко из её тела. Так что если ты не хочешь смерти собственной матери...

— Болезненны? — ошеломленно переспросила я. — Её видения болезненны? Почему?

На линии воцарилась тишина.

Я осознала, что они оба в шоке от того, что я этого не знала.

Более того, несмотря на подкол Врега, им обоим казалось, что они переступили черту и раскрыли нечто личное об одном из моих родителей.

Осознав, что у нас нет времени это обсуждать, а также лавировать в этикете видящих касаемо семейных отношений, я отмахнулась от своих слов.

— Забудьте. Я спрошу у неё позже.

Ощутив облегчение от них обоих, я глянула в окно, наблюдая за движущимся горизонтом, пока видящие в рядах передо мной начали занимать свои места и пристёгиваться с небрежностью, которая отличалась от любых коммерческих рейсов, на которых я бывала. Я заметила, что Джем остался впереди с остальными — возможно, чтобы дать мне уединение.

Вытолкнув его из головы, я постаралась не думать о враждебности, которую всё ещё ощущала в свете Врега.

— То есть, Уйе посчитал, что попытки спровоцировать видения о Драконе действительно могут убить её? — уточнила я нейтральным тоном. — Или я тебя неправильно поняла?

— Правильно, — сказал Врег таким же лишённым эмоций голосом. — Брат Уйе беспокоится, что это убьёт её, да. Похоже, он считает, что со стороны Дракона это даже не намеренно, просто это как-то связано с характеристиками света Дракона.

Подумав над его словами, я поколебалась, стоит ли спросить, затем всё же сказала это.

— А что насчёт Мифа? — спросила я. — Там есть какая-то помощь?

Тишина.

На сей раз молчание нарушил Балидор.

— А что насчёт Мифа, Высокочтимый Мост? — вежливо переспросил он.

— Священные тексты, — сказала я. — Те, что о Старом Боге. Те, что о Драконе. Вы можете использовать их, чтобы выудить дополнительные сведения о том, чему я могу противостоять?

Я почувствовала, как и Врег, и Балидор отреагировали на другом конце линии. Я также ощутила, что Врег стал слушать внимание, хотя его злость не ослабла.

Когда никто ничего не сказал, я продолжила.

— Джем... — сказала я, но умолкла, когда ощутила их реакцию. Я прочистила горло, сделав свой тон деловым. — Брат Даледжем говорил, что в Мифах много говорится о Драконе. Он упоминал конкретные священные тексты.

— Я в курсе, да, — сухо сказал Балидор. — Мы с братом Врегом оба в курсе, Высокочтимая Сестра. Мы обучались в Памире, как и брат Даледжем.

— Так что? — спросила я, проигнорировав намёк, что я прислушиваюсь к Джему больше, чем к ним двоим, и позволяя сарказму просочиться в мой голос. — Что вы, два «эксперта», можете мне сказать? У Джема имеются кое-какие теории. Он изучал те тексты, к которым у него есть доступ здесь, но он упоминал некоторые письмена, которые не могут быть переведены в электронный формат по религиозным причинам. Он подумал, что там может содержаться больше действительной информации о Драконе как о существе. Большинство поздних священных текстов утверждают, что Дракон больше не принимает материальную форму. Думаю, эта часть в данный момент уже опровергнута.

Заставив себя говорить спокойнее, я добавила:

— Я задавалась вопросом, может, вы двое обсуждали это с ним. С Джемом. Или, может, у вас есть собственные теории, опирающиеся на то, что мы видели на данный момент.

— Если я и поговорю с этим мудаком, то точно не о священных текстах, — прорычал Врег.

— Врег, — холодно произнесла я. — Уймись. Немедленно. Мне надо, чтобы ты сосредоточился на работе. Приоритет здесь — Ревик. И то, как остановить Дракона. Я не желаю слышать от вас что-либо, если это не касается двух этих вещей.

Меня приветствовало молчание. Китайский видящий сердито выдохнул.

— Понял.

Я открыла рот, чтобы сказать больше, потом глянула в переднюю часть самолёта и ощутила что-то своим светом. Посмотрев вперёд по проходу, я сосредоточилась на синих занавесках в конце, которые отделяли друг от друга разные части салона.

Через щёлочку в занавесках я мельком увидела лицо того видящего, который прерывал меня ранее — того, что со странной татуировкой солнца. Он, среди прочих, остался стоять, хотя самолёт набирал скорость, выруливая на взлётную полосу. Я смотрела, как он закрыл дверь туалета, и слегка расслабилась, поняв, что он просто вышел оттуда.

Но он не вернулся в главный салон.

Я его больше не видела, но вынуждена была предполагать, что он стоит в алькове между отсеками самолёта, спрятавшись за шторами.

Мой взгляд нашёл Джема.

Он сидел на переднем ряду, рядом с Джасеком и двумя его разведчиками.

Он сейчас говорил с Джасеком, вообще не обращая внимания на тот альков.

Я скорее почувствовала, нежели увидела, когда что-то изменилось.