- Ты-ы-ы после-е-едни-и-ий, – прошипел ему Вендиго в ярости.

Затем он прыгнул вперед, в крепкую стену перед ним, и та проломилaсь, как будто былa сделанa из рисовой бумаги.

Мари закричала от ужаса, и раздался звук двухствольного выстрела. Роберт что-то бессвязно кричал. Карл бросился к двери, но тут же обнаружил, что падает лицом на пол с хрустом сломанного носа. Его ноги запутались в ногах Эмбер и споткнулись. Он бы рассмеялся над черным ужасом всего этого, но едва мог дышать. Его глаза наполнились слезами, когда он поднялся и, пошатываясь, вышел в коридор как раз вовремя, чтобы увидеть тело Роберта, перекинутое через перила лестничной площадки и с грохотом приземлившееся на стену бара.

Карл посмотрел через перила и увидел, что Роберт не собирается вставать в ближайшее время, если вообще встанет, судя по тому, как он лежал на полу. Зеркало с гравировкой Маккензи лежало в комнате перед ним, разбитое вдребезги, как и его тезка. Чтобы усугубить ситуацию, духи разбрызгались по бару и стенам. Свечи вспыхнули ярко-синим пламенем, когда спирт потек по стене в канделябры. Языки пламени лизали стену и плясали на ликере.

- Черт! - воскликнул Карл, когда его страхи утроились. - Это последнее, что нам нужно, черт возьми.

Мари закричала, но ее крик оборвался на полуслове. Он бросился в дверь только для того, чтобы отскочить от нее. Он попробовал еще раз и получил больное плечо за свои усилия. Вместо третьей попытки он снял винтовку со спины и пробил дыру в двери и раме на месте замка. Он пнул дверь, и она распахнулась. Мари лежала на полу. Ее горло было разорвано, левая рука была сломана пополам в локте. Ее платье было разорвано, и казалось, что ее сердце было вырвано из груди. Вендиго нигде не было видно, но дверь на балкон была открыта. Он выбежал в ночь и увидел, как чудовище прыгнуло через окно в соседнюю комнату. Карл пробежал мимо него и пригнул голову, когда раздались выстрелы, молясь, чтобы шальная пуля не попала в него. Он увидел, как Отто крутанулся, и фонтан крови хлынул из того места, где только что было его лицо. Фрэнк прижался спиной к двери, отчаянно пытаясь перезарядить дробовик.

Он заглянул в соседнюю комнату и увидел, что она пуста, и продолжал двигаться, надеясь, вопреки всему, что Цзя-Ли и Михаил были в последней. Он подошел к окну и едва избежал выстрела, который прошел сквозь стекло.

Михаил понял, что это он, и открыл дверь.

- Какого черта ты здесь делаешь? - прошептал он. - Я мог бы убить тебя.

- Да ладно. Оно все еще дальше по коридору. Мы можем спуститься здесь, если поторопимся.

Цзя-Ли вышла и нежно коснулась щеки Карла. Ее глаза наполнились слезами. Михаил помог ей перелезть через подоконник, и она поспешила вниз по тяжелой угловой балке с удивительной грацией. Михаил посмотрел на Карла, который жестом велел ему идти. У Михаила не было такой же легкости, но он сделал это с несколькими ворчаниями и стонами. Карл поднял ногу, чтобы последовать за ним, когда дверь в комнату, которую они только что покинули, распахнулась. Карл уставился в черные глаза Вендиго. Его плоть была покрыта запекшейся кровью и полосами черного ихора. Вендиго улыбнулся ему, и он почувствовал, как его внутренности содрогнулись.

- После-е-едни-и-ий.

Карл сглотнул, когда он двинулся к нему. Он посмотрел вниз на Михаила и Цзя-Ли, которые в ужасе смотрели на него.

- Бегите!!! - закричал он.

А потом он почувствовал удар, когда Вендиго бросился на него. Подоконник треснул, как и его левая бедренная кость, и боль пронзила бок. Он обхватил Вендиго руками, и они оба перелетели через край. Ему каким-то образом удалось использовать силу существа, чтобы вращаться достаточно, чтобы приземлиться на него сверху. Он скатился с него и неподвижно лег на земле, так как от полученных побоев все его тело сотрясала агония. Он почувствовал, как его дыхание перешло в хрипы – явные признаки сломанных ребер. Существо неподвижно лежало рядом. Он потянулся за пистолетом, но его не было на боку. Он ощупал землю, но его не было в пределах досягаемости. Вендиго начал дергаться рядом с ним, а он просто смотрел на звезды над головой.

Затем он услышал хруст шагов и поднял голову, чтобы увидеть Михаила и Цзя-Ли, стоящих перед ним. Цзя-Ли подняла дробовик и выстрелила Вендиго прямо в лицо. Звук был оглушительным на таком близком расстоянии, и он почувствовал, как остатки головы брызнули ему в лицо. Она не торопилась и перезарядила оружие. Михаил схватил Карла за плечи и потащил прочь. Дробовик снова взорвался в ночи. И еще. И еще.

- С тобой все будет в порядке, босс? - с беспокойством спросил Михаил.

- Я же сказал тебе бежать.

- Ты думаешь, что можешь указывать хозяйке, что делать? Ты еще больший дурак, чем я думал раньше, - oн рассмеялся и прислонил Карла к бочке. - Детка, я думаю, уже все, - крикнул он Цзя-Ли.

В ночи раздался еще один выстрел, который показался Карлу забавным. Он добавил сотрясение мозга к своему списку травм. Он наблюдал, как счастливая пара подобрала куски Вендиго и начала бросать их в огонь, который бушевал в доме Кензи. Кроваво-красные письмена начали чернеть по мере того, как пламя медленно пожирало внешнюю стену.

Пусть ублюдок попробует вернуться оттуда.

Цзя-Ли буквально разнесла его на куски с хирургической эффективностью. Они бросили в огонь конечности, а затем, наконец, туловище и остатки головы. Сквозь боль на окровавленном и избитом лице Карла появилась улыбка, а затем мир потемнел.

Дункан

Всадник натянул поводья, когда добрался до центра городка с одной улицей. Он посмотрел на беспорядок, который встретил хмурым взглядом. С одной стороны города не было ничего, кроме обгоревших балок. Даже церковь представляла собой не что иное, как обугленный шпиль на едва стоявших бревнах, выпотрошенный тем, что вызвало пожар. Он слез с лошади и привязал ее перед магазином.

- Привет! - крикнул он.

Только его эхо отозвалось в приветствии.

Он заглянул в магазин и снова крикнул. Ничего. Он огляделся и обнаружил, что все было тщательно обшарпано. Его рука потянулась к оружию на бедре, когда он шел по улице. Все оставшееся здание, чертовски мало похожее на то, что ему сказали ожидать, было пустым. Дойдя до конца дороги, он увидел маленький домик, довольно причудливый, подошел к двери и постучал. Когда его кулак ударился о дерево, оно открылось. Он осторожно вошел. Он был так же заброшен, как и весь город. Он огляделся, и его взгляд упал на окровавленную бумагу на столе. Старая кровь, - заметил он. - По крайней мере, неделю или около того. Он взял и прочитал тщательно написанные слова.

"О людях и чудовищах, о Голоде на Чизхолмской тропе. Коди Хиггинс по прозвищу "Костоправ".

- Что, черт возьми, это должно означать? - тихо спросил он.

Рядом с бумагой он увидел блеск металла. Перед ним лежала звезда шерифа, за которой он приехал в город. Он поднял ее и внимательно осмотрел. Затем бросил ее обратно на стол и закрыл за собой дверь. Он снова сел на лошадь и недоверчиво покачал головой, прежде чем поскакать к водокачке. Он наполнил корыто и смыл грязь с лица, пока его лошадь жадно пила.

- Похоже, мы проделали весь этот путь зря, девочка. Что ты скажешь? Повернуть назад или продолжать двигаться на запад?

Лошадь, не обращая на него внимания, пила, а он вытащил щетку и принялся счищать пыль с ее боков.

- Значит, на Запад. В городе-призраке шериф не нужен.

Абилин

Карл лежал в постели и смотрел в окно. Михаил и Цзя-Ли тихо сидели за столом рядом с ним.

- Ты уверен? - в тридцатый раз спросил Михаил.

- Бери свою красавицу жену и садись уже в этот чертов поезд. Я в порядке. У вас есть адрес, чтобы отправить мне письмо, как только вы устроитесь. Через пару недель я вернусь к своим старым привычкам и отправлюсь в Висконсин. Как только я закончу там свои дела, отправлюсь на Восток, а потом сяду на поезд, чтобы повидаться с вами. Я не знаю, сколько раз я смогу объяснить это, пока это не войдет в твой толстый череп.

- Оставь его в покое, пупсик. У него свой путь, как и у нас.

Михаил покачал головой.

- Дурацкий путь. В погоне за Удачей. С нами ты мог бы сковородить золото. Уйти в отставку. Найти себе хорошенькую даму и остепениться.

Карл даже не взглянул на него.

- Это не для меня. Это для того, чтобы спасти мир. Кроме того, у нас с хорошенькими дамами не всегда получается так хорошо.

- Ты не знал, что произойдет в Дункане. Никто из нас не знал. Мы едва выжили, не выжили бы без твоей помощи. Проклятый идиот. Предложение остается в силе, - глаза Михаила были мягче, чем выдавали его слова.

- Скажи ему! - взволнованно воскликнула Цзя-Ли.

- Что сказать? Если это очередная уловка, чтобы сделать меня похожим на идиота с кастрюлей, клянусь...

- Она беременна.

- Что?

- Цзя-Ли беременна.

- Как?

- У нас был секс. У Михаила и меня. Это было очень мило. Видишь ли, пару месяцев назад он вернулся домой в отвратительном настроении. Напряженный. И я поняла, что лучший способ снять его стресс – это...

- Черт побери, я знаю, как это бывает. Как давно вы это знаете?

Михаил рассмеялся.

- Сказала мне, когда мы бросали куски Вендиго в огонь. Ты уже лег спать.

- Две недели! Ты знаешь уже две недели и только сейчас говоришь мне?

- Ты был занят тем, что дулся. Не хотел портить тебе настроение, - Цзя-Ли улыбнулась и встала. Она нежно поцеловала его в щеку. - Если это мальчик, мы назовем его Карл Бенджамин. Если это девочка, то она будет Трейси Роуз.

Карл посмотрел на нее с улыбкой. Он почувствовал, как слезы катятся по его щекам.

- Ей бы это понравилось. И я польщен.

- А теперь ты поедешь с нами? - Михаил пригнулся, когда Карл швырнул в него сапогом. - Прекрасно. Ты злобный старый хрыч. Только не говори, что я не спросил. Мы уезжаем сегодня днем. Твоя доля наличных из почтового сейфа здесь. Если передумаешь, мы будем в Сан-Франциско в течение нескольких месяцев, поскольку мы ищем земельные гранты и хорошие места на будущее.